Влад сверкнул злым взглядом на друга, который перебирал все эти версии и, разозлившись, рявкнул ему в ответ:

— Ага! А может она банально испугалась, когда инфу через телефон слила и решила по-тихому свалить?! Такой вариант ты не рассматривал?

Михен закатил глаза к потолку и громко вздохнул.

А Влад опять уставился в окно, прекрасно понимая, что, хоть он сам и привел весомый довод, побега рыжей ведьмы, но и в словах друга, тоже было зерно истины. Не в сексе, конечно же, было дело…. В этом он уверен на сто процентов. Дело было, скорее всего, в ребенке…. А Влад настолько разозлился на нее, что мозг напрочь отключился, да еще охранник этот под руку наговорил…

— Знаешь Влад, как-то это попахивает уязвленным эго… — ухмыльнулся Михен, — не слишком ли ты палку перегибаешь?

Влад вскочил с кресла, не понимая на кого больше злится — на себя, за то, что явно накосячил или друга, за то, что указывает на его косяк? Но на друга злиться было гораздо проще, чем на себя.

— Можно подумать, ты у нас весь такой белый и пушистый! — с усмешкой на губах проговорил Влад и, вкладывая, как можно больше ядовитых ноток продолжил: — и всегда все делаешь правильно и палки никогда не перегибаешь?! Может напомнить историю с Лизаветой?

Михен отвел взгляд в сторону.

— Слушай, я же уже уладил давно ту ситуацию! — начал злиться он. — И вообще, нашел с кем сравнивать? Лизавета шлюха элитная, содержанка, укравшая наркоту у одного из важных клиентов. Как, по-твоему, я должен был поступить? По голове эту дуру погладить? Да мне потом людям в глаза было стыдно смотреть! Это ведь я проворонил, что она подсела! Вот и пришлось радикальные меры принимать. Кто ж знал, что ее клиент сам и подставил, потому, что та вдруг вздумала ему отказать? Где блядь это видано?! — вскрикнул Михен, еще сильнее распаляясь из-за давней истории, которую Лисовский вечно «любит» вспоминать. И выразительно посмотрев на Влада, добавил: — Шлюха! Вздумавшая отказать клиенту! Да такого же не бывает!

— Не надо передо мной оправдываться, я знаю эту историю, поэтому не тебе мне о перегибании палок говорить, — отмахнулся Влад и направился к окну, вытаскивая сигареты. И плевать на недовольное лицо Махачутуряна. — Это мой кабинет, и я блядь хочу курить! — зарычал он, как только тот скривился и уже хотел что-то сказать по поводу мерзкого запаха дыма, — и вообще, чо ты приперся? Нотации мне читать? С каких это пор? Я сам разберусь, не маленький мальчик вроде бы! Так что пошел нахрен отсюда! — гаркнул он, и со злости сломал замок на окне, так как тот, почему-то не поддавался.

— Слушай, — Михен встал с кресла, понимая, что Лисовский будет теперь гнуть свое, и они просто-напросто сейчас окончательно поссорятся, — я то уйду, а вот ты, подумай, прежде чем в очередной раз свою паранойю и баранизм подкармливать. Я же вижу твое отношение к этой Мировой. Мне то что? Я компенсацию Лизавете выплатил, и думать про нее забыл, она мне была никто. А вот ты, вполне еще можешь пожалеть за свои действия. И еще не забудь, что у нее ребенок маленький сейчас у подруги находится.

Влад уже было открыл рот, чтобы опять отправить на три советских буквы дотошного блондина, но застыл так и не начав говорить, из-за странных криков в коридоре возле кабинета. А через несколько мгновений дверь открылась с таким грохотом, словно ее выломал здоровенный амбал.

Вот только вместо татарского князя, стояла разъяренная, словно дикий енот брюнетка. Влад сразу же узнал ее — это была подруга Маши. Сзади нее стояла потрёпанная Лида и попыталась схватить за руку брюнетку.

— Только попробуй ко мне прикоснуться! — зашипела Геля на секретаршу, что та от страха отшатнулась от нее, — я тебе все твои наращённые ресницы повыдергаю, и губы силиконовые сдую, лягушка крашеная!

— Я вызываю охрану! — взвизгнула Лида, и перевела напуганный взгляд на Влада, — Владислав Викторович, я пыталась ее остановить, но она же сумасшедшая и…

Геля не дала ей договорить и просто закрыла перед ее носом дверь.

А затем повернула замок.

— Я уже звоню в охрану, — закричала блондинка из-за двери.

Влад приподнял бровь от удивления. А Михен не удержался и улыбнулся. Ему все больше и больше нравилась эта бесстрашная и упорная девушка в своем стремлении спасти подругу.

Геля не зря решила вернуться и дождаться Лисовского, она припарковалась как можно ближе к крыльцу здания и начала ждать.

Буквально через пятнадцать минут заявился Лисовский. И Геля уже хотела поймать его на автостоянке, но ей помешала машина, пытающаяся припарковаться рядом с ее, и на время, заблокировав ей выход. В итоге ей пришлось задержаться, и Лисовский скрылся в здании. Пока она ругалась с водителем, который все никак не мог припарковать свой громадный джип и боялся его поцарапать, Геля и блондина заметила, который въехал на своей черной «спортивке» и, не замечая ее, быстро зашел в здание.

Мысленно Геля поблагодарила бога, ведь теперь у нее есть какой-никакой, но заступник, если она, конечно, не ошиблась в нем, и отговорка для охранников, что она пришла вместе с блондином.

Правда охранники долго и нудно опять тянули время, тщательно рассматривая внутренности ее сумки.

И эта чертова «секретутка»! Ууу….

Геля опять накрутила себя и готова была придушить Лисовского, как только увидела его холеную физиономию!

— Прошу прощения, у нас разве назначено? — бесстрастным голосом спросил Влад.

— Нет! Не назначено! — почти выкрикнула разъяренная девушка. — Я пришла за ответами! Хочу знать, где Мирова Мария! Вчера она так и не вернулась домой, с работы! А я точно знаю, что работает она теперь здесь, в этом здании, лично на тебя! И ее до сих пор нет на связи, а здесь она оказывается, не появлялась, как утверждает ваша охрана. А у нее, между прочим, ребенок маленький.

Геля ожидала, что Лисовский хоть как-то отреагирует, на ее слова, но у него даже взгляд не изменился. Он уверенно и спокойно слушал ее, и не перебивал. И это доказывало его причастность к исчезновению Маши. Любой другой человек, хоть как-то отреагировал бы на эту новость, но на Лице Лисовского Геля не увидела ни единой эмоции. Пока она шла сюда, у нее даже были сомнения по этому поводу, но она решила действовать на авось, и теперь поняла, что была права.

— А что вы от меня хотите? — начал Влад, развернувшись всем корпусом к девушке и присев на подоконник, — я не совсем вас понял? Вчера Мирова ушла домой в шесть вечера, как и полагается по рабочему графику, так что я ничем не могу вам помочь.

Влад потушил сигарету и, прикрыв окно, невозмутимо направился к своему креслу, многозначительно косясь на Михена. Лисовский уже заметил интерес друга к девушке и намекнул ему, чтобы тот сам с ней разбирался. И даже мысленно выдохнул, что именно из-за интереса к подруге Маши, Махачутурян вдруг принялся защищать ее.

— Ангелина, — тут же начал блондин, за что заслужил удивленный и не менее злой взгляд Гели, — я только что разговаривал, как раз об этом с Владом, и он уже и мне сообщил, что, к сожалению, не знает где ваша подруга.

Геля переводила взгляд с Лисовского на блондина и обратно. И понимала, что ничего не добьется ни от одного, ни от другого. Они же друзья закадычные, это же видно невооруженным взглядом, и наверняка уже обо всем договорились. Ей на мгновение стало безумно страшно за Машку, видя холодный и уверенный взгляд Лисовского.

«Этот ведь и убьет, и глазом не моргнет», — поняла она.

Геля подошла к нему ближе и, проглотив свою злость и ненависть к этому мужчине, начала тихим и спокойным голосом говорить:

— Маша, очень хрупкая и добрая девушка, в ней нет ни стержня, ни сил, чтобы сопротивляться каким-то проблемам, которые обрушились на нее благодаря тебе, — она выставила палец в сторону Влада, тот в ответ даже бровью не повел, но это не остановило Гелю, и она продолжила, — к тому же, у нее очень плохое здоровье. И знаешь что Лисовский, я на девяносто девять процентов уверена, что ты замешан в ее исчезновении. Я очень надеюсь на то, что ты все-таки мужчина, а не мразь последняя, и что ты не замешан в ее исчезновении, и что ты не посмел обидеть ее, иначе я блядь в лепешку разобьюсь, но всю жизнь тебе испорчу! Потому что терпеть не могу мудаков обижающих женщин!