— Хорунжий войска Польского, Александр Новински. Уважаемый господин, нам с вами здесь нельзя оставаться, скоро появится еще один красный патруль. Пока у нас нет сил, всех их перестрелять, как бешеных собак. Поэтому я хочу вас вывести из здания вокзала. Прошу вас следовать за мной!

С этими словами Александр Новински твердо ступая, направился прямо в толпу людей, собравшихся вокруг них. Эти люди вежливо перед ними расступались, образовывая проход, при этом продолжая восторженно перешептываться о «героизме» простых поляков по отношению к русским оккупантам. Фролов пришел в себя, когда они оказались на свежем воздухе привокзальной площади. К этому времени он уже убрал пистолет во внутренний карман своей куртки. Рядом с ним стоял Новински, хорунжий с глубоким интересом его рассматривал, видимо, он ожидал от него каких-то слов. Так и не дождавшись этих слов, хорунжий Александр Новински сам обратился к нему со следующими словами:

— Мне приказали встретиться, познакомиться и помочь тому человеку, который окажется в условленном месте в условленное время! Таким образом, я свое задание полностью выполнил! Уважаемый господин, не хотите ли вы мне что-либо сказать в ответ?

— Встречу с вами я заранее не планировал, она для меня полностью неожиданна. Поэтому я не могу чего-либо ко всему этому добавить. Возможно, в будущем мы когда-либо снова встретимся, а сейчас я должен вас оставить!

Последние слова иван Фролов произнес потому, что увидел своего извозчика, который в этот момент махал ему рукой, чтобы привлечь к себе его внимание. Оставив за спиной хорунжего, он решительно отправился в своей коляске, которая должна была доставить его домой. Но, чем ближе он к ней подходил, тем ему больше не нравился обстановка, складывающаяся на привокзальной площади. Почему-то рядом с коляской его извозчика стояли целых три крестьянских телеги. Причем, они стояли так, что извозчик не смог бы отъехать, так как все пути отъезда были ему перекрыты этими телегами. Иван притормозил, решив лучше оценить свою позицию. В этот момент он краем глаза увидел взвод красноармейцев, куда-то спешивший.

Иван резко развернулся, чтобы вернуться к польскому поручику и вместе с ним попытаться мирно покинуть привокзальную площадь. Но Александра Новински не оказалось на прежнем месте, он уже успел куда-то исчезнуть! Тогда Иван перепрыгнул чугунные перила и по крутому откосу побежал к переулку, уходившему куда-то влево. Первые пять минут он пробежал, но так и не заметил кого-либо, кто бы его преследовал! Замедляя бег, Иван принялся вертеть головой по сторонам, пытаясь определиться, в какую сторону ему бежать?! В этот момент из переулка слева вылетела толпа красноармейцев с винтовками в руках. Встреча для обеих сторон оказалась настолько неожиданной, что некоторые из красноармейцев притормозили, чтобы не столкнуться с Иваном.

В тот момент послышался приказ молоденького лейтенанта, командира взвода красноармейцев:

— Всем рассредоточиться, окружить и взять под прицел этого литовца!

Иван Фролов размахнулся и рукояткой своего пистолета ударил по голове лейтенанта. Ускоряясь, он пробежал мимо уже лежавшего на тротуаре лейтенанта, а затем обернулся, поднял руку с пистолетом кверху и пару раз нажал спусковой крючок. Красноармейцы, словно подкошенные, повалились на тротуар, бросая свои винтовки, а от пронизывающего ужаса свои головы они прикрывали руками. Это небольшая заминка красноармейцев позволила Ивану от них отбежать метров на двадцать — тридцать, но он, по-прежнему, оставался у них на виду, поэтому они упрямо продолжали его преследовать.

На двадцатой минуте Иван Фролов сообразил, что этот его бег преследования не может продолжаться до бесконечности. Во-первых, этот их лейтенант оказался неплохим спортсменом, он неплохо умел бегать! Он мог бы уже давно догнать и перегнать Ивана, но не делал этого по одной причине, так как хорошо помнил о наличии у беглеца пистолета. Молодому парню совершенно не хотелось умирать раньше положенного ему времени! И второе, этот молодой лейтенант решил, измотать беглеца этим бесконечным и бессмысленным бегом, а затем его попросту повязать!

Центральная часть Вильнюса, из которой Иван, преследуемый красноармейцами, хотел, но пока так и не смог вырваться, сейчас переливалась свистками дворников и участковых милиционеров. Если судить по этому свисту, то вскоре Иван Фролов лишится возможности свободным человеком покинуть эту часть города! Он вбежал в подворотню, справа открылась какая-то дверь, сильная рука заволокла его в темное помещение, а дверь захлопнулась перед самым его носом.

Тяжело дыша, мимо двери вглубь двора пробежала часть красноармейцев, но вскоре там послышались голоса:

— Товарищ лейтенант, да его здесь нет!

— Здесь тупик, товарищ лейтенант, глухая стена дома! Парень, повернув в эту подворотню, он не мог бы отсюда, куда-либо убежать!

— Ищите, парни, ищите! Я собственными глазами видел, как он, повернул в этот тупик! Идите, поспрошайте, литовцев, которые здесь живут! Может, они видели, куда он убежал, а, может быть, кто-нибудь из них его спрятал?!

В этот момент рука, удерживающая его, потянула его за собой вглубь помещения. Едва слышно захлопнулась вторая дверь этого помещения, сразу же умолкли голоса красноармейцев и их командира, лейтенанта. Щелкнул электровыключатель, в помещение загорелась единственная лампочка под потолком. Присмотревшись внимательно, Иван понял, что он находится в так называемой дворницкой, где проживал местный дворник и хранил инструменты, лопаты, мотыги, ломы и метла, которыми пользовался для уборки двора.

— С Моней все в порядке, он поправляется не по дням, а по часам! Часто тебя вспоминает и говорит, что, если бы, Иван, стал бы смотрящим Лиды, то с этим белорусским областным городком все было бы в абсолютном порядке. Что мы давно своей славой гремели бы по всему Советскому Союзу! Но и он сам этим городком правит так, что с ним за руку здоровается первый секретарь, а командир областного НКВД при виде его встает по стойке смирно, отдает честь. Сейчас Моня собирается посетить общесоюзный форум криминальных авторитетов, поделиться своим опытом. Форум же будет проводиться в Екатеринбурге в середине мая месяца!

Иван Фролов сидел на табурете за столом, с удовольствием пил крепкий чай с липовым медом. Напротив него сидел тот самый Александр, который в числе трех молодых уркаганов Лиды посещал его в доме тогда еще живого Мориса Берныньша. С того времени прошло не так уж много времени, но и за этот период Александр изменился, он повзрослел, в нем появилась этакая матерость в поведении.

Совершенно случайно Александр оказался в дворницкой своего дяди в тот момент, когда красноармейцы почти загнали Фролова в ловушку. Разумеется, тогда он еще не знал о том, что красноармейцы гонятся именно за Иваном Фроловым. В тот момент Саша из чувства солидарности решил помочь человеку, которому угрожала опасность. Да и к тому же красноармейцев он, как уголовник, как литовец в душе не очень-то любил! Вот Александр и решил, помочь человеку, который убегал от преследующих его по пятам красных. Причем, ему удалось проделать это таким образом, что красноармейцы не заметили, где, когда и как исчезла преследуемая ими дичь, которую они так азартно загоняли в угол!

Окон эта дворницкая не имела, поэтому Александр смело включил лампочку под потолком, чтобы осмотреться и познакомиться с беглецом. Каково же было его удивление, когда увидел, что в своих объятиях держит своего друга и учителя, воровского авторитета Ивана Фролова. При этом он повел себя так восторженно, что не обратил внимания на пистолет, который Иван держал прижатым к его боку.

Когда закончились радостные обнимания, дружеские и братские похлопывания по плечу, Александр самым сердечным образом предложил Ивану распить бутылочку водки. Но что тот, хорошо помня о неожиданностях жизни, о легкомысленном поведении Фортуны по отношении к нему, категорически отказался. Тогда Александру пришлось заваривать чай, так как кофе у дяди дворника никогда в помине не было, да и как это кофе могло бы оказаться у простого человека, когда этот человек русскую водку предпочитал всем другим напиткам мира!