- Боссо, подожди! Да подожди же!..

Высунув язык, пёс бежал вдоль Коровьей канавы и размахивал хвостом, как флагом.

На полпути к пляжу командир Типпольд, доктор Кремер и Штифф встретились с Ковальски и с командой одной из полицейских машин. Вторая команда вместе с фрау Типпольд продолжала поиски выше по течению. Типпольд коротко рассказал сержанту, как объявился и снова пропал Боссо.

Старший сержант спросил, в каком направлении, примерно, исчезла собака. Потом он взглянул на компас и, включив карманную рацию, сообщил Другой группе, куда она должна двигаться.

- Кажется, мы напали на след мальчиков, - добавил он.

В той стороне, куда убежал Боссо, вдруг подняли переполох птицы.

- Злятся, что им помешали спать, - заметил Штифф.

Когда оба поисковых отряда добрались до заповедника,. стало очень темно. Ничего нельзя было разглядеть даже в десяти метрах.

- Роберт! Роберт! .. - то и дело звала фрау Типпольд. Но что толку кричать в таком громадном заповеднике, как Мюггельвальд. Густой кустарник сразу заглушает любой звук.

Ничего не зная о косуле, фрау Типпольд забеспокоилась ещё больше. «А вдруг Роберт лежит где-нибудь в чаще со сломанной ногой?» - думала она, продираясь сквозь заросли и не обращая внимания на колючки, которые царапали ей лицо и руки.

Остальные прочёсывали лес медленно и внимательно. Доктор Кремер забыл даже про свой ужин, а жестянщика Штиффа перестал мучить вопрос, не подменили ли ему попугая. Младший лейтенант Копфле, несмотря на своё высокое воинское звание, во всём слушался старшего сержанта. У того была карта Мюггельвальда. Развернув её, сержант установил, что они прочесали уже ровно треть всей площади. И что на этой трети от них не мог ускользнуть даже заяц.

Шаг за шагом продвигались вперёд семнадцать человек, разыскивая двух потерявшихся мальчиков. Ах да, и одну собаку в придачу.

Знаменитый зверолов Роберт сидел в своей крытой хворостом хижине, которую он построил собственными руками. Ему предстояло провести ночь в девственном лесу, в обществе раненой антилопы. Сквозь тонкие стены хижины донеслось вдруг рыканье льва.

Роберт затаил дыхание. Страх вырвал его из полудрёмы, и он сразу сообразил, что находится не в африканском буше, а в Мюггельвальде. Тем не менее он отчётливо слышал, как лев с рычанием рвёт когтями хворост. Он слышал дыхание зверя!

«Гав-гав!»

- Боссо! - крикнул Роберт, смеясь и плача. - Боссо, миленький, это ты?!

Большая голова Боссо просунулась сквозь стенку шалаша. Косуле, очевидно, тоже снились джунгли, потому что она явно приняла добряка Боссо за свирепого льва и даже попыталась вскочить. Роберт одной рукой удержал её на месте, а другой стал обороняться от Боссо, который совсем потерял голову от радости и лез целоваться.

- Да уймись же, Боссо! - сказал Роберт. - И веди себя потише. А то косуля и впрямь подумает, что ты лев. А где же ветеринар?

Ветеринар? Он тоже скоро будет здесь.

Обе поисковые группы подошли к убежищу Роберта уже так близко, что стал слышен торжествующий лай Боссо.

Все стремглав бросились к шалашу: доктор, отец и мать Роберта, полицейские, мастер Штифф и прочие соседи. Только шофёр Ковальски остановился как вкопанный, и спросил заикаясь:

- А… г-где же Кай?

И люди, которые только что бурно радовались и шумели, сразу умолкли. А мама Роберта, ещё секунду назад самый счастливый человек в мире, посмотрела на Роберта так же испуганно, как и отец Кая.

- Где Кай?

- Но он же побежал домой, - растерялся Роберт. - Часа три назад… или четыре…

Честно говоря, прошло не больше часа с тех пор, как Роберт остался один.

Слова Роберта привели всех в ужас. Стало так тихо, будто перед хижиной стояли не живые люди, а статуи. Но где же Кай?

А Кай тем временем находился в трёхстах метрах отсюда. И в этом не было ничего странного, как может показаться с первого взгляда. Подгоняемый грозой и страхом, Кай мчался домой, не разбирая дороги. И с ним случилось то, что может случиться в лесу с любым человеком: он заблудился! И не смог найти дорогу домой даже тогда, когда гроза уже кончилась. Правда, он почти вышел к первым домам посёлка, но не увидел их, потому что глаза ему застилали слёзы. Спотыкаясь, он побежал обратно в лес и трижды обошёл по кругу хижину, в которой прятались Роберт и косуля. Но и хижины он не увидел. Такое тоже бывает, когда человек заблудится, и неважно где - в Мюггельвальде или в африканских джунглях.

Остановившись на мгновение, Кай прислушался. И услышал рядом с собой частое дыхание! Это могла быть только собака.

- Боссо! - вне себя от радости завопил Кай.

Но вместо ньюфаундленда из кустов выскочила овчарка и залилась торжествующим лаем: «Вау-вау!»

На языке ищеек это означало: нашла!

В этом тоже не было ничего странного. Когда проводник служебных собак получил задание отыскать в Мюггельвальде двух пропавших мальчиков, он тотчас сел на велосипед и вместе с овчаркой Аргусом добрался до конечной станции. Фрау Ковальски осталась дома - на случай, если Кай и Робер г вдруг вернутся сами. Отворив на звонок дверь и увидев вместо Кая полицейского, она снова зарыдала. Но проводник сказал уверенно:

- Волноваться нечего, фрау Ковальски. Мой Аргус найдёт мальчика в любом лесу. Дайте ему понюхать что-нибудь из вещей вашего сына.

Аргус -понюхал старый носок Кая и взял след сразу же за посёлком, на опушке леса. Ну, а дальше всё было просто. Кай не успел уйти далеко, и пёс его сразу обнаружил.

В поисковом отряде услышали лай полицейской собаки. Боссо откликнулся, и все побежали в ту сторону, откуда доносился собачий лай и громкий рёв Кая.

- Вот ты где, парень! - воскликнул Ковальски, увидев сына. В голосе таксиста звучали и гнев и радость.

Роберт и Кай посмотрели друг на друга. Вид у обоих был довольно жалкий. Оба промокли до нитки и чихали наперегонки. Боссо тоже чихнул и помахал хвостом.

Все обнимали друг друга. Только доктор Кремер внимательно осматривал сломанную ногу косули Закончив осмотр, он сказал:

- Через три недели будет прыгать.

Словно нарочно, чтобы осветить людям обратный путь, из облаков выглянул месяц, и все отправились в посёлок. Последними бежали Боссо и Аргус, усталые как собаки, но очень довольные. Уж в этом-то они ничем не отличались от людей.

В Долгом озере, как в зеркале, отражался месяц и звёзды. В Коровьей канаве давали ночной концерт лягушки. Проснулась сова и грозно закричала: «Шу-ху! Шу-ху!» Но её крик мог напугать разве только лесных мышей.

Мыши шныряли на покинутой туристами стоянке, время от времени находя всякие вкусные вещи: огрызки колбасы и ветчины, полупустые консервные банки, крошки от кексов и яблочных пирогов и десятки других лакомств.

Мягко ступая, пересекла заповедник лиса. Даже если она теперь и забредёт в хижину Роберта, то уже не застанет там косули. Её забрал с собой доктор Кремер, чтобы наложить гипс на сломанную ногу. Завтра утром он собирается отвезти её в зоопарк, где бедняжка сможет прийти в себя от пережитого страха. Таким образом, мечты «знаменитого зверолова» Роберта почти сбылись.

Роберт спал в своей постели тихо и спокойно. Наверное, ему снилось что-то очень хорошее. Например, дельфин, который вдруг вынырнул из Долгого озера и стал играть с ребятами.

А вот Каю не спалось. Вздыхая, он ворочался с боку на бок и думал: «Честно говоря, я не должен был оставлять Роберта одного. Это было нехорошо».

Но ещё больше Кая беспокоило другое: завтра им с Робертом нужно было явиться в больницу на уколы. Для профилактики. Оказывается, трогать диких животных нельзя, от них можно заразиться бешенством. Даже от такого славного создания, как маленькая косуля. Интересно, боится ли уколов Роберт?

Нет. Потому что Роберт спал и видел во сне дельфина. Дельфин приплыл из Чёрного моря в Долгое озеро, чтобы поиграть с ребятами и с Боссо в водное поло.