Когда отец их Ахсар отправился на склон Черной горы за можжевельником, чтобы топить камин в хадзаре, а мачеха пошла к роднику за холодной водой, Будзи говорит брату:

— Бежим, Кудзи!

А Кудзи отвечает ему:

— Бежим, Будзи!

— Бежим! — сказали оба.

Недолго собирались в путь близнецы. Сняли они со стены два отцовских меча. Взяли стрелы в колчанах, луки взяли. Еще взяли братья старый отцовский нож. Потом пошли они по горной тропинке. А куда ведет тропинка, про то они ничего не знали.

Идут братья день. Идут они ночь. Идут еще день и ночь. Без устали идут. Пить хотят — нет воды. Есть хотят — есть нечего. Не встретили они в пути ни человека, ни зверя; даже птицы не увидели они в дороге.

На третий день пришли Будзи и Кудзи в дремучий лес. А как вошли они в дремучий лес, видят — навстречу им заяц бежит. Схватились близнецы за луки и стрелы, чтобы зайца убить и шашлык себе зажарить из заячьего мяса. Ведь целых три дня ничего не ели, ничего не пили братья Будзи и Кудзи!

Вдруг заяц повернулся к ним и говорит человечьим голосом:

— Не убивайте меня. Пригожусь я вам когда-нибудь.

— Хорошо, — сказали братья.

Положили они стрелы в колчаны и отправились дальше по лесной тропинке. А заяц прыгнул в кусты и глядь — двумя зайцами обернулся.

Идут Будзи и Кудзи по тропинке, а два зайца за ними бегут.

Идут, идут братья и видят — впереди по тропинке бежит лиса и пушистый хвост то вправо повернет, то влево повернет. Выхватили братья стрелы из колчанов, тугие тетивы натянули и только хотели убить лису, чтобы сшить себе шубы из лисьей шкуры — уж очень оборванная одежда была на бедных близнецах, — как лиса повернулась к ним и говорит человечьим голосом:

— Не убивайте меня, хорошие мальчики. Я еще вам пригожусь.

— Хорошо, — сказали братья, спрятали стрелы в колчаны и пошли дальше по лесной тропинке.

А лиса побежала к большому буковому дереву, шмыгнула под ним в нору и глядь — двумя лисами обернулась.

Идут Будзи и Кудзи по лесной тропинке. За ними бегут два зайца, за двумя зайцами бегут две лисы.

Идут, идут братья и видят — впереди по лесной тропинке волк бежит; бежит, от злости зубами щелкает; так щелкает, что из пасти его искры сыплются на тропинку. Схватили братья стрелы и только хотели убить волка, чтобы из шкуры его сшить себе шапки, как волк обернулся к ним и говорит человечьим голосом:

— Не убивайте меня, отважные братья. Придет время, я вам пригожусь.

— Хорошо, — сказали братья и не стали убивать волка.

Спрятали близнецы свои стрелы в колчаны и пошли дальше своей дорогой — по тропинке лесной. А волк забежал за куст и глядь — двумя волками обернулся.

Идут братья-близнецы по тропинке, а за ними бегут два зайца, за зайцами бегут две лисы, за лисами бегут два волка.

Дальше идут братья и видят — впереди по лесной тропинке идет медведь, переваливается, земля под ним дрожит, такой он большой-пребольшой. «Вот убьем мы этого медведя, а из шкуры сошьем себе мягкие-мягкие, теплые-теплые одеяла. А из мяса шашлыки себе понаделаем», — думают они.

Тут Будзи и Кудзи выхватили из колчанов стрелы острые, натянули тетивы. Вдруг медведь остановился, повернулся к братьям, встал на задние лапы и говорит человечьим голосом:

— Не убивайте меня, братья-близнецы. Я вам еще пригожусь.

Ну, братья, конечно, пожалели медведя, не стали убивать его, спрятали свои стрелы в колчаны и пошли дальше по тропинке. А медведь вошел в лесную чащу и вмиг двумя медведями обернулся.

Идут братья-близнецы по неведомой тропинке, а за ними бегут два зайца, за зайцами — две лисы, за лисами — два волка, за волками идут два медведя, идут, с боку на бок переваливаются.

Идут братья-близнецы по лесной тропинке, а за ними бегут два зайца и две лисы, два волка и два медведя. Кто знает, сколько шли они так, и вот дошли до черного леса. Идут, идут по черному лесу и дошли до большой реки. Недолго думая легли они на животы, напились, а потом подумали: «Хорошо бы поесть чего-нибудь». И только они подумали так, как две лисы побежали в одну сторону черного леса, два медведя пошли в другую сторону черного леса, а два зайца и два волка остались стоять возле братьев-близнецов.

Удивились братья-близнецы, переглянулись, но недолго пришлось им удивляться. В тот же миг из черного леса вышли на тропинку два медведя и глядь — в лапах тащат они по большой охапке дров. Засуетились тут зайцы и быстро сложили дрова в большую кучу. Подбежали к этой куче волки и так щелкнули зубами, что искры на дрова посыпались. Тогда зайцы задвигали ушами, да так быстро, что загорелись дрова. А как загорелись дрова, из чащи черного леса выскочили лисы. И каждая лиса держит в зубах большую-пребольшую, жирную-прежирную дикую индейку.

Братья-близнецы зажарили на костре диких индеек, сначала досыта накормили своих друзей, потом наелись сами. Запили водой из реки и только хотели прилечь на мягкую траву, как вдруг услышали такое рычание, что черный лес задрожал, засвистел ветер и закачались вековые деревья. Видят братья-близнецы — выходит из чащи дремучего леса лев. Идет лев, страшную пасть разинул. Идет он и рычит — оттого сильный ветер поднимается, ветер поднимается — листву с деревьев срывает, срывает и тучей по небу несет. Вскочили на ноги братья-близнецы, выхватили из колчанов стрелы с острыми наконечниками и только тетивы начали натягивать, чтобы убить страшного льва, как вдруг заговорил лев человечьим голосом:

— Не убивайте меня, мальчики. Ничего вам худого не сделаю, а придет время, я вам пригожусь.

— Хорошо, — сказали братья, спрятали стрелы в колчаны и опять сели на мягкую траву.

А лев прыгнул в чащу черного леса, и через миг выскочили оттуда уже два льва.

Золотое солнце зашло за деревья, наступил вечер.

Притих черный лес. И захотелось спать маленькому Будзи и маленькому Кудзи.

Лег Будзи на траву, положил голову на мягкую шерсть медведя и заснул крепким сном. Лиса своим пушистым хвостом, как одеялом, прикрыла спящего Будзи. А заяц одно ухо приложил к одной голой подошве Будзи, а другое ухо — к другой голой подошве Будзи. Рядом лег Кудзи. Он положил свою голову на мягкую шерсть другого медведя. Другая лиса прикрыла его своим пушистым хвостом, будто одеялом, и другой заяц свои длинные уши приложил к его босым ногам.

Потом один волк сел с северной стороны от братьев-близнецов, а другой волк сел с западной стороны от них. Один лев сел с южной стороны от братьев-близнецов, а другой лев сел с восточной стороны от них. И так охраняли два волка и два льва сон бедных близнецов — бедного Будзи и бедного Кудзи.

Когда золотое солнце выглянуло из-за вековых деревьев, проснулись братья-близнецы. Сели они верхом на львов и переправились на другой берег реки. А за ними переправились через реку медведи. За медведями переправились волки. За волками переправились лисы. За лисами переправились зайцы.

Долго шли братья по черному лесу, и вот дошли они до большой поляны. А на той поляне пасся олень, восемнадцать рогов было у него. Будзи и Кудзи вместе пустили в оленя две стрелы, и — да постигнет твоего недруга такая участь! — свалился олень на траву. Подбежали братья к убитому оленю и тут же сняли с него шкуру. Оленьим мясом накормили они своих друзей, а потом и себе приготовили шашлыки и поели их. Из шкуры оленя Будзи и Кудзи устроили большой шатер, такой большой, что не только им, но и зайцам и лисам, волкам и медведям и даже обоим львам хватило в нем места.

Вот живут братья-близнецы Будзи и Кудзи в черном лесу, живут на лесной поляне в своем большом шатре. Братья каждый день ходят на охоту, и с ними на охоту ходят две лисы, и два волка, и два медведя, а два зайца и два льва шатер стерегут.

Сколько времени жили так братья в своем шатре, кто знает, но вот подросли они. Они уже не были маленькими братьями-близнецами. Стали они взрослыми братьями-близнецами, совсем большими охотниками стали они. И порешили братья отправиться в разные стороны — силу свою испробовать, людей посмотреть, страны повидать и счастья поискать.