— Я голоден, — объявляет он после, как будто это новость, что то, что он называет своим желудком, по сути черная дыра. — По стейку?

— Тебе никогда не надоедает стейк? — спрашивает Майк, но это риторический вопрос, потому что Лиаму он не надоест, впрочем, как и самому Майку.

Они направляются в стейк-хаус, снова с завышенными ценами, как и на стадионе, но, в отличие от еды за просмотром игры, Майк может съесть стейк размером с собственную голову и выпить добрый бокал скотча, поэтому склонен простить Лиаму выбранное заведение, невзирая на его дороговизну.

Когда они возвращаются в номер, Лиам уже немного навеселе, хотя больше от солнца, чем от алкоголя. Он оживленно рассказывает об игре, как будто Майк не смотрел ее вместе с ним, костяшками пальцев подталкивает Майка каждые несколько шагов, прикидываясь простачком, которым, как Майк уже знает, никогда не был.

До завтрашнего полудня ни у одного из них нет дел, так что Майк не торопится в постели, расслабляет их до и после, медленно трахая Лиама, неторопливо вбиваясь в податливое тело. Кожа к коже, каждый вдох на двоих, жар тел друг для друга. Запястья Лиама — свернутый провод под руками Майка, и каждый раз, когда Майк толкается глубже, Лиам изгибается.

— Это было крутое свидание, — восхищенно произносит Лиам, глядя в потолок.

Майк подавляет желание застонать.

— Это не было свидание, — возражает он.

— Бейсбол, — перечисляет Лиам, начиная загибать пальцы. — Выпивка. Ужин. Эпический секс. Похоже на свидание.

— Похоже, мы так проводим большую часть времени, просто добавили бейсбол.

Лиам бросает на него торжествующий взгляд, и Майк понимает — слишком поздно, его разыграли.

— Иди на хрен, — бормочет Майк.

— У тебя было классное свидание, Майкл? — спрашивает Лиам, перевернувшись и уперевшись острым подбородком в грудь Майка.

— У меня был прекрасный день, — отвечает Майк.

Лиам сильнее нажимает подбородком и получает щелчок по виску, затем он немного отстраняется, устраивается поудобнее, прижимаясь щекой к широкой груди. Потом замолкает, и Майк вознаграждает его, проводя пальцами по волосам, наблюдая, как тот расслабляется и засыпает.

— У меня было крутое свидание, — бормочет Лиам, когда Майк, наконец, начинает расслабляться. Майк тут же спихивает его с груди. Единственное, что спасает Лиама от падения на пол — он хватается за Майка, как за якорь, яростно впиваясь пальцами в его кожу.

— Ты не можешь заставить меня перестать быть твоим бойфрендом! — восклицает Лиам, когда Майк отрывает пальцы один за другим, но Лиам выглядит слишком самодовольным, в конце концов, для того, кто только что приземлился задницей на пол.

***

Майк не жалеет о поездке в Торонто. Нет… дело не в Лиаме, хотя объективно… так оно и есть. Обучение было важным. Обучение было полезным. Лиам тоже кое-что получил от своих тренировок, так что никто не терял времени даром.

Он не жалеет, но трудно не думать о том, что они вот-вот снова расстанутся. Лиам, конечно, хочет превратить это в какое-то безумно долгое прощание, как будто они снимаются в слезливой мелодраме. Пацан так и не понял, что иногда легче резко сорвать пластырь.

Но, с другой стороны, Лиам любит боль, и как бы ни настаивал, что это только в контексте секса, Майку на самом деле не верится. Все, что связано с Лиамом отдает драматизмом, и Майку кажется, что пацан любит боль почти так же сильно, как и все остальное, и в своей голове превратил их — себя и Майка — в судьбоносную любовную чушь, что-то большее, чем есть на самом деле.

— Я мог бы приехать в Дулут или… — начинает Лиам.

— Лиам, — останавливает Майк, прежде чем пацан начнет прокручивать сценарии, которые, как они оба знают, не произойдут.

— Тогда я вернусь в Эдмонтон пораньше, — капитулирует Лиам. — Я тебя ни о чем не прошу, пока ты не начинаешь важничать…

Майк не важничает.

— Просто, знаешь, — продолжает Лиам, — я дам тебе знать. Если ты приедешь пораньше, я буду там.

— Я подумаю, — говорит Майк.

— Всякий раз, когда ты говоришь так, это означает «нет», — хмурится Лиам.

— Нет, — не соглашается Майк. — Это значит, что я подумаю. И иногда после того, как я все обдумаю, ответ — нет.

— На этот раз не говори «нет», — просит Лиам.

— Я подумаю, — повторяет Майк.

А когда Лиам пишет, что едет в Эдмонтон на три недели раньше, Майк пакует вещи и следует к нему.