Больше стрел полетело из леса, они отлетали от камней, что обрамляли ручей, падали в воду с плеском. Одна просвистела мимо головы Дамиена, оставляя жаркий след боли на щеке.

Рейдин закричал на старом языке, поднял копье и побежал к лесу. Финн следовал за ним с луком. Виверны взлетели с ревом в небо.

Еще стук. Тэгис пошатнулся и упал на колено. Стрела торчала из его руки.

— Ми… лорд, — сказал он, убирая ткано со рта. Струйка крови стекала и уголка его рта.

Дамиен моргнул, тело словно окаменело. Он знал, что ему нужно было бежать, искать укрытие от стрел, но он не мог двигаться.

Это не могло происходить.

Он должен был увести их от ручья и открытого участка, пока их не атаковали снова. Огонь озарял лицо Тэгиса, пот на его коже блестел в оранжевом свете. Дамиен обошел и сунул ладони под руки Тэгиса, а потом потянул Тэгиса и закричал, голос сливался с ревом пожара.

«Свет, помоги», — кричал Дамиен. Паника впивалась в него, но он отгонял ее. Если он сорвется сейчас, ничего хорошего не будет.

— Прости, друг. Нужно тебя передвинуть.

Тэгис дернул головой, стон сорвался с его губ. Дамиен потянул его от огня за деревья, прислонил его к большой ели. Деревья вокруг укроют их от лучников, пока Рейдин и Финн не найдут их.

— Д-Дамиен.

Дамиен повернулся к Тэгису, и его сердце остановилось. Он упал на колени рядом со своим стражем. Тэгис смотрел на него блестящими глазами.

— Тебе нужно… спастись.

— Я тебя не брошу, — сказал Дамиен, ткань приглушала голос.

— Тебе нужно жи… — Тэгис с болью вдохнул. Красное пятно растекалось на тунике под кожаной жилеткой. Каждый удар сердца проливал больше крови, и другая стрела торчала из его предплечья. Дамиен смотрел, а Тэгис бледнел, жизнь угасала в его глазах.

Дамиен сорвал ткань со рта, чтобы говорить без помех, сжал ладонь Тэгиса.

— Тэгис, останься со мной. Мы уйдем отсюда и найдем тебе целителя.

— Нет, — его веки трепетали, но он смотрел на Дамиена. — Тебе нужно… закончить. Этот народ нуждается в тебе. Тебе нужно выжить, чтобы ты мог… остановить пожар.

— Нет! Я не потеряю тебя, — Дамиен поднял голову, выглядывая Рейдина или Финна, чтобы они улетели отсюда.

Тэгис опустил ладонь на руку Дамиена.

— Отпусти… меня.

Лицо Дамиена исказилось.

— Не могу. Я не умею отпускать людей.

— Ты должен. Или… никогда… не исцелишься, — Тэгис выдохнул, и его тело обмякло.

— Тэгис? Нет, Тэгис! — он сжал жилетку Тэгиса кулаками и закричал на небо. Дым окружал его, сгущался с каждой минутой.

Финн появился из-за кустов.

— Лорд Дамиен, нужно уходить!

Дамиен покачал головой, слезы жалили глаза, легкие пылали от дыма и горя.

«Я не могу его оставить», — кричал разум. Пальцы сжались от мысли, он оскалился.

— Я не уйду без него.

Финн опустился рядом с Тэгисом, потом покачал головой.

— Он мертв, — он провел ладонью по лицу Тэгиса и закрыл глаза мужчины, а потом посмотрел на Дамиена. — Он не хотел бы, чтобы вы остались тут и умерли.

Дамиен поднял ладони в крови Тэгиса. Он не мог думать, не мог дышать. Тэгис не мог умереть. Он только что стоял тут, приглядывал за ним, поддерживал. Они вместе смеялись ночью от историй из его прошлого. Это не должно было закончиться вот так, быстро. Тэгис должен был еще много лет оставаться рядом, смотреть, как растет дом Марис, ведь его отец не смог это сделать.

Дамиен поднялся на ноги, тело бросало то в жар, то в холод. Краем глаза он видел, что огонь приближался к ручью.

— Мне нужно остановить пожар, — сказал он в тумане.

— Вряд ли хватит времени.

«Тебе нужно закончить». Так сказал Тэгис.

— Я должен, иначе все это было зря.

Дамиен пошел по лугу к ручью. Он ощущал себя как пьяный. Тело не могло делать то, что он от него хотел. А голова была набита ватой. Он моргнул, огонь расплывался перед глазами. Он покачал головой, поднял руки и приготовился поднять ручей.

«Мне нужно закончить это. Ради Тэгиса».

Раз. Два. Три.

Он выпрямил ноги и поднял руки, но ничего не произошло.

«Что…?».

Он смотрел на свои ладони. Что происходило? Он не ощущал вес воды, пальцы не покалывало от силы.

Дамиен согнул колени и попытался поднять воду еще раз, но ничего не произошло, вода даже не волновалась. Огонь был ближе, и дым начинал душить его.

Он смотрел на свои ладони, глаза слезились. Он сжал кулаки. Почему сила не работала? Это был лишь ручей! Даже если он не мог управлять водой, он мог хотя бы поднять ее остатками сил в нем.

Рейдин появился рядом и сжал его плечо.

— Огонь слишком близко. Нужно отступать.

Он понимал, что Рейдин был прав. Времени не хватало, и нужно было убираться, пока огонь не поймал их. Но упрямая его часть хотела остаться, сделать хоть что-то, чтобы не думать о…

«Нет, не думай об этом».

Тьма охватила его сердце. Где-то в глубине души ему даже хотелось, чтобы огонь забрал его, чтобы он больше не ощущал пронзающую пустоту. Все, кто был ему дорог, умерли, так зачем продолжать?

Селена.

У него все еще была Селена.

И будущее для его народа. Но кем он был без своей силы? Как он мог управлять домом, если потерял свой дар?

«Сын мой, иди».

Он знал тот голос, который направлял его с детства. Он пробился сквозь его разум, позволил Дамиену снова управлять телом.

— Хорошо. Идем.

Дамиен повернулся и пошел к другой части поляны. В тени он видел Финна, стоящего там, где он оставил Тэгиса. Боль охватила грудь, но он шагал дальше.

Деревья за ними загорелись, огонь перепрыгнул ручей. У них оставались минуты, чтобы покинуть место. Ветер налетел на поляну, красные угли и горящие ветки полетели в них.

Огонь вспыхнул на его правом боку, такой горячий, что его кожа будто таяла. И Дамиен ощутил запах: горящая плоть и волосы.

Он не успел отреагировать, Рейдин схватил его и бросил на землю, потушил огонь своим плазом.

Дамиен смотрел на него в агонии. Казалось, с него сдирали кожу раскаленным кинжалом. Тьма заполнила все перед глазами, Рейдин поднял его на виверну. Он закричал, а потом обмяк, правый бок жгло, легкие горели, разум онемел.

Последним, что он увидел, были деревья, пронесшиеся мимо него, и огонь, готовый проглотить их всех.

30

Тьма то возникала, то пропадала перед глазами Дамиена. Когда он просыпался, он горел. Когда засыпал, разум страдал от воспоминаний. Призраки любимых и врагов не давали покоя, напоминали ему, что он жил, а они — нет.

Ладонь держала его, давя на грудь, его тело двигалось вверх-вниз в ритме. Тихий свист звучал возле его уха, а за ним неразборчивые слова. И он полетел вниз, вниз, вниз, пока минуты спустя его тело не замерло.

Крики и слова.

— Тебе тут не рады, всадник.

— У меня лорд Дамиен Марис. Он сильно ранен.

— И что нам с того?

Дамиен медленно повернул голову и попытался открыть глаза. Но от движения тела спину и бок пронзила боль, и он закричал. Все болело: тело, мысли, душа.

Больше слов. Он не знал, как долго лежал там, и где он был. Часть его хотела отдаться тьме, что манила его, но огонек в нем отказывался гаснуть.

А потом тихий музыкальный голос сказал:

— Я его исцелю.

— Но, леди Аяка…

— Несите его в палату.

— Ваш отец не будет рад.

— Я получила этот дар не для того, чтобы позволять людям умирать. Пусть отец поступает, как хочет. А я исцелю лорда Дамиена.

Больше слов.

— Да, миледи.

Тело Дамиена снова содрогнулось, он пропал под волной агонии, все почернело.

— Такие раны, — сказал нежный женский голос. Ветер дул на его тело. Он едва ощущал, что с него сняли одежду. — Я не видела раньше такие ужасные ожоги. Почему он был в лесу?

— Всадник говорит, он тушил огонь, — ответил хриплый голос.

Миг тишины.

— Дом Марис пришел к нам на помощь, — вздох. — Отец, почему мы не с ними?

Прохладные нежные ладони двигались по его коже, успокаивая огонь, горящий в его теле, словно струя воды. Что-то холодное и влажное прижалось к пламени в его коже. Больше слов звучало, но он едва мог их разобрать, тонул во тьме.

Больше нежных прикосновений. Мягких слов. Но это не помогало его разуму. Его тело принимало исцеление, но это не задевало его сны, где все еще пылал огонь, воспоминания терзали его разум, и темная фигура нависала. Он мог лишь сжаться в себе, защищаясь от боли.

— Проши дни. Почему он еще не проснулся?

— Он сильно пострадал. Тело только начало исцеляться, — ответил знакомый музыкальный голос.

— Но это могло повлиять на его сознание? — сказал другой женский голос.

— Могло. Остается ждать.

— Что насчет огня, что приближается к Сурао?

Ладонь легла на его лоб.

— Судя по тому, что я слышала, лорд Дамиен уже многое сделал для войны с империей. Нам повезло, что он решил помочь нам, хоть мы и не в альянсе.

— Думаешь, он поможет нам, когда проснется? — спросил другой женский голос.

Пауза.

— Не знаю. Но я знаю, что мы не заслуживаем его помощи. И все же я сделаю, что смогу, чтобы спасти его жизнь.

Дамиен вернулся в кокон, который создал в своем разуме, подальше от смерти, от воспоминаний, от темного присутствия в тенях его снов.

— Не понимаю, — прошептала женщина рядом с ним. Ладони прижались к его боку и животу. — Я исцелила его тело. Почему он не просыпается?

— Это его разум, — сказал старый голос.

— О чем ты, отец?

Прохладное прикосновение сменилось тонкими и сухими пальцами с запахом мяты. Пальцы ощупали его скулы и виски.

— Похоже, лорд Дамиен закрылся в своем разуме. Я видел такое у людей, которые испытали жуткие события или несут сложные воспоминания.

— Что мы можем? — спросил тихий женский голос.

— Ничего. Мы можем исцелять только тело, не разум.

— Тогда он умрет?

— Возможно. Потому я не хотел его тут. Это не наша война.

— Но это наша война. Наша земля горит, наши люди в опасности.

— У нас есть средства по борьбе с пожаром, — сказал хриплый голос. Дамиен его узнал. Лорд Харук Рафель.

— Нет, судя по словам разведчиков, — продолжила женщина. — И беженцы каждый день прибывают в Сурао. Где они будут жить, если сгорит весь лес? И что будет, когда империя прибудет к нашему порогу?

— Хватит, Аяка. Я дал тебе исцелить тело лорда Дамиена. Мы больше ничего не можем для него сделать. Я уже послал весть альянсу, чтобы они знали, что он тут, и чтобы забрали его.