– Это еще не все! Великанша еще сказала мне: «У моего мужа теперь другая жена. Пойдем, я покажу тебе ее». Она посадила меня на плечо и понесла.

Принесла она меня к огромной горе, а в горе было отверстие, и из него шел дым. Это и был новый дом великана. А возле дома какая-то женщина доила коз. Она была высокого роста, широкая в плечах. Она повернулась, и я увидел у нее черную бороду! Это был ты, Орм!

– Что? – взревел Орм, мгновенно побагровев от ярости. – Да ты все врешь, козявка! Да я тебя задавлю!

И под общий хохот он бросился за Маленьким Троллем. Тот бежал от него вокруг двора, ловко огибая бочки и углы построек, а Орм, ничего не видя от ярости, на все натыкался. Ило исчез за углом свинарника и вдруг неведомо как оказался на крыше. Не видя, каким образом он туда забрался, багровый от ярости Орм прыгал внизу и изрыгал чудовищные проклятья. Викинги плакали от смеха, наблюдая эту погоню.

– Стой, Орм, стой! —заговорили они, немного успокоившись, держась за животы. – Он соврал, ты сам признался! Значит, ты проиграл!

– Я соврал, соврал! – подтвердил с крыши сам Ило. – Мое кольцо!

– Кольцо его! – поддержали его викинги. – Ты, Орм, хорошо сражаешься, но в искусстве вранья он превзошел тебя!

– Ладно уж! – Орм немного остыл. – Только пусть он скажет, что это вранье.

– Внимайте словам моим, боги и смертные![184] – закричал Ило, встав во весь рост на крыше свинарника. – Я, Ило Маленький Тролль сын Кауко и воспитанник Кетиля Железного Бока, объявляю с этой крыши, что я все наврал, и никогда меня не уносила великанша, и никогда Орм Роговой Щит не был женой великана! Все славные мужи, присутствующие на этом тинге, свидетели моим словам! Они же свидетели тому, что золотое кольцо Орма теперь мое! Если же он нарушит уговор, то я расскажу эту басню еще у тридцати очагов!

– Ладно тебе, козявка! – Орм стянул с пальца кольцо и бросил его вверх. Ило ловко поймал его и сжал в ладони.

– Отныне прозвище тебе – Метатель Кольца! – напыщенно возгласил Маленький Тролль. – А подарок попроси у Эйрика. У меня тут на крыше нет даже комка навоза[185].

– Обойдусь и без твоих подарков! – проворчал Орм и пошел прочь.

Метатель Кольца – совсем неплохое прозвище. Как бы к нему теперь не пристало другое – Жена Великана. Тогда хоть в воду!

Загляда наливала в кувшин пива из бочонка, когда за спиной ее вдруг зазвучало:

Загляда обернулась: за ее спиной никого не было. Женщины и челядь занимались своими делами, а незнакомый глуховатый голос шел из ниоткуда.

– Кто здесь? – крикнула Загляда.

Голос этот поражал ее в самое сердце: ведь этот стих передал ей Снэульв, еще когда она любила его и верила в его любовь.

Из-за большой бочки в углу вылез Ило и выплюнул орех.

– Ах, сын турса и росомахи! – в сердцах воскликнула Загляда. – Чтоб тебя кикимора щекотала! Ты чего еще придумал!

– Я ничего не придумал, – невинно ответил Ило. Подойдя поближе, он потянулся к кувшину с пивом, но Загляда отодвинула его подальше.

– Ну вот, ей для меня и пива жалко! – обиделся Маленький Тролль. – А я для тебя ничего не жалею! Вот, смотри, что я тебе принес!

Он сунул Загляде ладонь, и она увидела на ней кольцо из золотой проволоки. От многократных перегибов оно было помято, но все же она сразу узнала его.

– Откуда у тебя?

– Мне сам Орм отдал. Ему стало стыдно носить кольцо чужого обрученья.

– Врешь ты все! – недовольно ответила Загляда. Ей было стыдно думать обо всем этом, стыдно и грустно.

– Иногда я вру, – согласился Маленький Тролль. – Но зато я думаю, прежде чем объявить человека моим другом или врагом. А моим врагам бывает очень плохо, поэтому я думаю особенно хорошо. А вот ты, Береза Серебра, не умнее дерева, и ты совсем не думаешь. Ты совсем разлюбила Фенрира Волка?

– А тебе какое дело?

– Мне, может, и никакого. Тебе какое дело было до меня, когда ты отдала Орму это кольцо? Тебе теперь больше нравится Лейв, да?

– Никто мне не нравится! – в отчаянии ответила Загляда. Ей хотелось плакать.

– А чем Лейв лучше Снэульва? – неумолимо продолжал Маленький Тролль. – Ведь это Лейв, а не Снэульв, связывал тебе руки. Однако на Лейва ты не обижена и даже улыбаешься ему. Он вроде как ни в чем перед тобой не виноват, потому что раньше не был в Альдейгье. А Снэульв был, и потому не имеет права приходить сюда с викингами. Так ты думаешь?

– Ничего я не думаю!

– Вот и я говорю – ты не умеешь думать. Правду говорят, что от женщин не дождешься благодарности. Тормод и Кетиль – умные люди, они не хотят жениться. А вот Снэульв – глупый человек. Он дал тебе слово и держит его. Он обещал вовек не потерять твоего подарка и до сих пор носит его на руке. Я сам видел. Так что – ты будешь хуже его? Это кольцо тебе больше не нужно?

Ило бросил кольцо на колени Загляде. Она осторожно взяла его, словно боялась, что оно раскалено в огне.

– Хорошо подумай, не поторопилась ли ты сделать Фенрира своим врагом, – сказал Ило. – Послушай мудрого тролля. Фенрир не придет к тебе просить прощения за то, чего не делал. Но если ты сама захочешь с ним помириться – он будет только рад. А если нет – то стать мне самому женой того великана, за которого я выдал толстого Орма!

Ило прыснул от смеха и бегом бросился прочь. Загляда не поняла его последних слов, но и не задумывалась над ними. Осторожно держа кольцо, она рассматривала его, как новость, и не знала, что решить. Снэульв больше не искал с ней встреч, но она не раз видела его в гриднице и на дворе среди других викингов. Не ища его взглядом, она в любой толпе видела его первым, как будто его освещал особый свет, и все время чувствовала, где он, даже повернувшись спиной. И его лицо, замкнутое и напряженное, говорило о чем угодно, только не о равнодушии. Загляде было жаль прежней любви, она уже смутно стыдилась чего-то при мыслях о Снэульве. В самом деле – почему она не так сердита на Лейва? Потому что он не был в Ладоге? Так он уже десять лет плавает с викингами, и меч его в крови по самую рукоять. Если бы Снэульв не пошел с Эйриком – он ничем не помог бы ни Ладоге, ни самой Загляде. Помочь Ладоге он, конечно, и не мог, а вот ей… Загляда вспомнила рассказ Зимани о том, что Снэульв искал ее в самом начале набега. Наверное, он хотел как-то уберечь ее от других викингов. И он не виноват, что в те мгновения она оказалась не дома, а на дворе Середы. Так за что она на него сердита?

Ничего не решив, Загляда тряхнула головой и взяла свой кувшин с пивом.

В гриднице было тихо, челядинцы чистили столы, собирали с пола грязный затоптанный камыш, выгребали угли и золу с очагов. Спящих на полу и на лавках викингов они осторожно обходили, стараясь никого не потревожить. Гости здесь все время менялись: отдохнувшие уходили в город или к кораблям, вместо них приходили другие.

Прямо на полу меж двух очагов лежал широкоплечий викинг со спутанной русой бородой и волосами, обсыпавшими низкий лоб. Покрыт он был плащом из вытертого волчьего меха, а одну ногу в стоптанном сапоге из бычьей шкуры забросил на край очага. Рядом мялся один из ярловых челядинцев с корзиной для углей и золы, но не решался его потревожить. Великан уже проснулся и потягивался, не открывая глаз, брови его и борода смешно шевелились.