Тем более он ничего преступного не совершал. Включая сексуальное домогательство. Отчет гинеколога прилагался и подтверждал слова девушки. Парень понимал, что она несовершеннолетняя и у нее есть карьера в гимнастике, которая длится до двадцати лет. Он обещал вернуться, когда она подрастет.

В итоге, дело замяли, потому как не было состава преступления. Хотя дедушка, старый волкодав, не бросал попыток разговорить девушку. Все это я узнал, застав ее пару раз в одиночестве в спортивном зале. Не знаю, что так повлияло на девушку. Вера в волшебство, в невидимых заловых, ангела-хранителя за плечами или загадочного Князя. Но она приступила к тренировкам с еще большим упорством, и оставалась в зале даже после занятий, доводя себя и свою технику до совершенства. Тренеры сначала боялись допускать девушку к тренировкам, но врачи разводили руками. Диагноз – «чудо», звучал все чаще. Со столицы даже приезжали академики, но тоже ничего не узнали. Дедушка Яны быстро завернул их. Думаю, он сам хотел узнать всю правду. Так что ее допустили, а бесстрашие и трудолюбие девушки быстро вывело ее на первые позиции среди сверстников. Нагвали не только оздоровили девушку, но за месяц ее тренировок рядом развили тело под задачи, которые она ставила. Это дало толчок ее способностям и возможностям.

Порой я тренировался с девушкой, вызывая ее улыбку и даже смех, когда я кривлялся, после неудачи. И эти тренировки нам обоим нравились, и с каждой такой она брала новый уровень.

По вечерам ее забирал или отец, или дедушка на машине. И их контролировали Шум и еще пара бойцов. Так что я успевал свалить вовремя и не показаться на глаза. Условным знаком был лазерный прицел, которым Шум маяковал в окно. Все подходы они просматривали, а зал уже был закрыт, и кроме сторожа там никого не было. Так что никто не пропустит посетителей. Если только старый волкодав не пронюхает и не примет каких-нибудь хитрых мер. Но на такой риск я готов был идти.

А еще я доставал записи соревнований Яны и старался ненавязчиво продвинуть их на Астрее. Они должны привыкнуть к будущей Княгине. Чем больше я с ней общался, тем больше она мне нравилась. И чего уж скрывать, я в какой-то мере подстраивал ее под себя. Разница в жизненном опыте между нами огромна, потому получалось это легко и непринужденно. Со временем она привыкнет ко мне, а я к ней, и когда придет время, она сама не заметит, как станет моей. Если конечно гормоны не снесут голову, и она не влюбится в кого-то другого.

Впрочем, загадочность волшебного Князя, простершего над ней руку покровительства и делающего различные романтические жесты, незаметные родным, вроде маленького букетика полевых цветов или красивого кристаллика, найденного в горах второго поселка, не даст ей забыть обо мне и о своей исключительности. А так же о великом предназначении. И сильно усложнит задачу обычным парням ее возраста. Ухаживать за женщиной тоже нужно уметь. А гимнастика забирала у нее и все время, и всю энергию, так что секс отошел на последнее место. Его затмили мечты о будущем, которое уже сбывалось. Ведь она выиграла поездку на всесоюзный чемпионат. И это ее шанс.

К концу лета был готов первичный вариант конституции. Довольно черновой вариант, но уже рабочий. Со временем он будет меняться и дорабатываться, но для колонии в тысячу человек вполне рабочий эскиз, решающий многие вопросы взаимодействия и очерчивающий границы дозволенного от преступного. Особое внимание я уделил вопросам, которые были запрещены или считались неэтичными в Союзе. Религия, бизнес, свобода слова, частная собственность, секс и тонкости брака. Все это там обговаривалось в подробностях, возможно, порой, даже излишних, но необходимых в будущем.

А вот чего я не ожидал, так это «тайного заговора» за моей спиной. Я вскользь упомянул, что хочу провести «День Астреи» в конце лета и объявить трехдневный праздник, вроде Нового Года, и с первого сентября начать считать астрейский год, хотя официальным оставался земной календарь.

И тут отличился Шум. Этот парень стал моей тенью. Сначала мне казалось в нем взыграли отцовские чувства. Но он недавно женился на одной из бывших секс-рабынь, и она уже была на втором месяце беременности. Потому наши отношения, по мере знакомства, перетекли в дружеские, которые возникают между двумя взрослыми мужиками, пусть один из них и выглядит как ребенок. Порой доходило до того, что он спрашивал у меня совета в отношениях с женой, когда они ссорились.

Вот ребята и подсуетились, собрав большую толпу народа. И очень тихо от меня, в десяти километрах от поселка нашли уютную долинку, в которой отгрохали неслабый коттедж-сруб. Я не сильно любил старорусский стиль, со всеми этими яркими красками и орнаментами, но выбора материала у ребят не было. Тем не менее, они нашли творческий подход и оформили все в несколько фэнтезийном стиле. Тем более, я сам слегка был художником и, общаясь со своими штатными мастерами, делился вкусами. Потому коттедж мне понравился. Большой и практичный, с кучей служебных помещений, где располагались основные кадры бюрократического аппарата. Всего три этажа, но по факту, комнат тридцать и весь верхний этаж мой. Заказы ребята брали под себя и прятали их среди остальных, тем более весь учет вела Валькирия, которая и скрыла от меня все приготовления.

Замок строился в авральном режиме, так что украшательства продолжатся еще не один месяц. Но главное, чему они уделили время и силы, это балкон-помост второго этажа перед большой площадью. Там же поставили два кресла-трона одно из которых пустовало.

И вот за моей спиной все сговорились провести официальную коронацию Князя перед народом, как это проводилось во времена монархии. И ребятам пришлось за неделю до этого признаться в своих злодеяниях, чтобы просветить меня в тонкости ритуала. Тут должны будут стоять все самые важные члены нашей общины из всех отраслей, и благословить меня на правление. Чистый официоз, потому как мой статус определялся порталом и выбором более развитой расы, но людям нужно чувствовать свою значимость и то, что я их выбор, а не навязанный сверху диктатор. Это сохранит их самодостоинство и позволит мне править по праву, с которым все пришедшие на церемонию согласятся. Пусть даже в реальности от их слова ничего не зависело.

Уже после того как меня поставили в известность, пришлось ускоряться и дорабатывать церемонию. Придумывать государственные символы, включая флаг, герб и гимн. И таких талантов у нас не нашлось, так что пришлось искать их на стороне. Потому пока просто выбрали подходящую музыку. Точнее заказали несколько вариантов у талантливого русского эмигранта, что пытался пробиться в Нью-Йорке. Слова пока не нашли, а пару стихов что набросали наши поэты – я забраковал. Можно и их заказать, но тогда нужно пояснять суть будущего устройства государства и многое другое, а давать такую информацию человеку со стороны – опасно.

Гербом я избрал Клинок и Розу на каплевидном щите, символ нашего будущего – наших детей. Будущей элиты. Флаг решил сделать сапфирово синим с небольшим гербом в левом верхнем углу и с двумя звездами рядом. Одной большой и второй поменьше. Это должно символизировать количество Князей и княжеств на Астерее. И чем их будет больше, тем будет больше звезд.

Все это быстро и без объяснений стали устанавливать в общественных местах. Народ удивлялся и задавал вопросы, но все посвященные молчали, как рыба об лед. Только усмехались и обещали, что все скоро прояснится. А по радио, каждое утро в восемь утра и официальном времени начала рабочего дня, крутили гимн без слов. И снова без объяснений.

Но народ чувствовал, что что-то грядет и некое напряжение завитало в атмосфере, хотя не столько тревожное, сколько предвкушаемое. И это радовало. Народ не боялся. Народ верил. Верил в Князя, верил в меня. Это грело душу. Значит, я правильным путем иду.

– Волнуешься? – Спросил Шум меня перед выходом на помост.

– Есть немного. – Поморщился я. – Я не был публичной личностью в прошлом. Такой же парень как те, что собрались там.