— Чего это? — спросил я не своим голосом.

      Незнакомец повернулся ко мне и злорадно хихикнул. Я не мог разглядеть цвет кожи чужака, глаз, одежды — потому как он весь темный, даже лица не видно. Я почувствовал, что не один тут. Оглянулся в сторону леса и увидел блеск.

      Вспомнил, что я должен забрать кота и он оказался на моих руках. Я поднял глаза на парня, который секунду назад насмехался надо мной, а теперь задыхался. Его что-то держало за глотку.

— Ещё раз тронешь, — предупреждал захватчик, — убью.

      У парня пропал дар речи, и он испугался. Я ничего не понимал и прижал Зэйна к себе. Наконец сосредоточив взгляд на силуэте, что крепко держал обвиняемого за горло.

      Пятки и ногти или когти? Горели каким-то непонятным для меня пламенем. Длинные волосы до колен собраны в высокий хвост на затылке, а может быть и повыше. Челка, что касалась его щек, закрывала профиль.

Впечатал парня в стенку сзади меня. Силуэт повернулся фасом. Он показался мне знаком.

      Его глаза подобны инь и янь. Темные и светлые. Взгляд показался потерянным. Одет в черную жилетку с рваными краями и короткие, небрежно порванными штанинами, брюки. На шее толстая цепочка с большими кольцами, я бы даже сказал огромными. На руках, точнее, от плеч и до костяшек пальцев волны огня вили и что-то невидимое исчезло оставляя видимые, круглые, небольшие, следы.

Что это?

Он два с чем-то ростом. Здоровый, сильный.

Где же я их видел?

Еще, я заметил — два острых клыка. Тонкие как иголки, до подбородка длинной. Тень от его ног шел к моим. Я замер. Он исчез. На меня с разинутым ртом смотрел Рик.

— Ты, что-то видел?

— А ты? — я повернулся к нему.

— Нет. Его, что-то в воздухе держало.

— Что же?

— Я не знаю, но, выглядел он злобно.

— Что-то говорил?

— Да. Он сказал, если меня еще раз тронет-то, убьет его.Это ты говорил ему!

— Я?! — у меня чуть челюсть не отпала. — Это я говорил?!

— Да, — подтвердил кивком друг, — ты вытянул руку и взял кота, а второй держал парня. И сказал, еще раз тронешь убью.

— Это я говорил?! — эхом переспросил я. — Я совсем другое видел! Я держал кота и увидел высокий силуэт.

— Да ты бредишь! Я тебе говорю, что ты держал его! — он схватил меня за плече. — Леон, проснись! — он тряс меня за плечи.

— М?

Я открыл глаза. Мы сидели у моря.

— А что мы тут делаем? — удивился я. — Где Зэйн?

— Он спит. С тобой всё хорошо? — хихикал друг.

— Мы же… Подожди, мы не были на крыше?

— Какой крыше? — не понял он.

— На той! — Я смотрел на крышу и там никого.

— Ты бредишь. Мы пришли сюда, сели и ты уснул.

Так значит, Рик ничего обо мне не знает и не знает, как мы с братом попали сюда? Как это вообще может быть! И почему мне всё казалось явью?

      Я снял очки и потер глаза. Выдохнул. Одев очки, я посмотрел на кота, он спал на моих ногах. Рик немного удивлен и не отводил от меня взгляда. Я похож на шизофреника. Кто это был, который держал парня в воздухе? Он был добрый на вид, но, когда говорил — нет. Я зажмурился сильно и очки лопнули

— Эй, что с тобой? — испугался Рик.

— Ничего. Пойдем Зэйн, — я взял кота и пошел, как будто всё видел без очков.

— Ты же хотел поговорить со мной, что с тобой? — не понимал друг.

— Что я хотел сказать? — я повернулся к нему и был зол не на него, а из-за того, что не понимал, что со мной происходит.

— Ну, ладно. Просто ты сказал, что ослеп и я хотел помочь, — он говорил спокойно.

— Спасибо, я сам. Завтра увидимся, — уклонился от разговора я идя к замку.

— Ты куда?

— К себе.

Я приложил руку к холодной стене и появился лифт.

— Спать, — уточнил я.

Глава 14. Брат

— Да что же это такое! — злился вслух я.

Я точно всё четко помню. Если бы не потревожил Рик, возможно, я бы узнал имя того, кто помог.

Почему же так всё, что «Что-то» во мне, почему не могу никому ничего сказать?

      В комнате холодно. Я бросил сердитый взгляд на камин и угольки заискрились будто шептались и наливались теплом.

      Но, всё-таки плохо, что Рик ничего обо мне не знает и я зол был. Он наверно думает, что не дал мне поспать. Ничего, он парень отходчивый.

      Я закрыл глаза и перебирал угольки будто вату. Они для меня холодные. Я открыл глаза и увидел, что уголь стал алмазом.

Вот это да!

— Я же тебе говорил — никому не говорить ничего, — нравоучительно сказал дедушка за спиной.

— Так это ты всё… — я злобно оскалился глядя на него.

— Ты помнишь правило? — он держался за трость и бровью не пошевелил.

— Какие правила! Я устал от них, ничего не хочу слышать! Как мне тут жить? Сидеть без дела и ничего не делать? Выжидать, когда оно само всё образуется?

— Нет, подожди.

— Ничего не хочу слышать, — перебил я, — и не лезь, когда не просят! — я выпрямился в свой рост. — Я не просил меня вгонять в сон! Я не просил давать мне очки! Я и без них вижу отлично! Я не просил меня оставлять без друга! Разве я просил? — у меня всё смешалось и слёзы, и боль, и злость.

— Успокойся, — дедушка взял меня за руку.