— А не пробовал начать заново?

— Закрыли тему, — резко оборвал он и подошел к окну.

— Нет! Не закрыли! И не поворачивайся ко мне спиной! — грозно сказал я, что сам в шоке.

— Не трогай меня. Всё! — он махнул рукой резко в мою сторону.

Так болезненно для него.

      Он стоял с тоскою в глазах. Я хоть и не видел, но как будто стоял и видел его прямо перед собой, а я ведь на самом деле дальше от него. Я его обидел?

— Слушай, если я тебя обидел-то прости. Я просто хочу услышать, что случилось с тобой, — сказал спокойно я.

— Прости, — хмыкнул он и поправил ворот рубашки, в момент оказался перед моим лицом. — Никогда не спрашивай меня об этом! — приказал он резко и смотрел мне в глаза.

— Х-х-хорошо, — шепотом ответил я и сидел как статуя.

— Тебя это вообще не должно волновать! Зачем ты это хочешь знать? Ты, что-то изменишь?

Я бы всё отдал, чтоб душу вернуть, но не могу я! — его как будто молнией ударило.

— Не ори на меня! — ответил в два раза громче его.

Что с моим голосом?

— Нашелся тут мне. Психолог! — он стиснул челюсть.

— Хотел бы — вернул, — сложил руки я на груди.

— Да не могу я! Ты не слышишь?! — в ярости спросил он.

— Плохо хотел, — спокойно ответил я.

— Вот, что. — Он показал мне угрозу пальцем и долгая пауза была, после он сказал, — сначала с тобой разберемся, а потом другое. Понял?

      Он успокоился и смотрел на меня. Я не смотрел на него и обиделся. Всего-то хотел поговорить с братом по душам, а тут на тебе. Посылает меня — куда подальше, чтоб не лез я в его личное дело. Да я и не лезу, нужно мне это. Я просто хочу узнать, а там и увидим, может, что получится, а он судя по всему скрытный человек. Очень сильно. Лучше бы Джейк, а не он. С тем я бы шутил, а с ним. Невозможно. Совсем.

Всё так серьезно принимает и как он так живет!

      Не, я не такой. Не то, чтоб серьезно не воспринимаю всё, а чтоб одно дело делать. Не могу я так. Я серьезно всё принимаю, но всё равно хочу больше делать. Чем одно дело и не знать какие ответы. Хотя… Что я несу? Ведь если много дел-то и дела больше и это нужно решать, а я делаю много, но по чуть-чуть и немного. Ладно, я попробую быть как он, но от этого я не изменюсь.

— Я не слышу?

— Да понял-понял, — я лег под одеяло. — Дай поспать.

— Вот и спи.

      Он сел на своё место и принялся читать книгу. Я лежал с закрытыми глазами и не спал. Не хочу спать. Лучше бессонница пусть у меня будет, чем я совсем упаду в картинки прошлого или же вовсе усну.

      Вдруг я услышал крик. Девушки. Я вскочил и повернулся в сторону крика. Даймон на меня посмотрел как на психа.

— Ты чего?

— Ты слышал? — у меня сердце зашкаливало.

— Нет. Ты чего? Эй! — он подбежал ко мне в испуге.

      Меня переломало всего в спине я согнулся дугой — откидывая голову назад. Заорал от боли. Сжал кровать сильно у края. Чувствовал как клыки лезли изо рта, а волосы стали длиннее и поменяли цвет. Пальцы рук и ног онемели. Вены стали ярче видны. У меня сейчас сердце выпрыгнет к чёрту! На спине я чувствовал рисунок. Феникс? И на груди. Повязка сгорела и пеплом стала. Одежда, что на мне стала другой. Я превращаюсь? Больно.

— Уйди! — я слышал крики девушки и меня это напугало.

— Успокойся, — он не трогал меня.

      В секунду кровь пробежала по моим венам и я сломал кровать своим весом. Я стал в своем обличи. Увидел зеркало и меня бросило в жар. Даймон стоял и явно напуган моим выражением глаз.

      Я услышал снова крики и выпрыгнул в окно. Откинул штору, я чувствовал ступнями холодный подоконник, последнее, что я увидел — это как Даймон открыл рот. Я приземлился тихо так, что даже пыль не поднялась.

Кто же это?

      Я ничего не видел, только деревья, что росли в разброс. Снова слышу крики и чьё-то сердце девичье билось чаще. Она явно бежит. В меня, что-то врезалось. Мои руки это схватили-то, что врезалось. Я увидел перед собой девушку.

      На ней белое платье до колен, юбка порвана. Лямки еле висели и сзади неё я увидел… Крылья. Перья мягкие и гладкие, я даже не мог увидеть их, матовый цвет и как будто два крыла казались одним. От света Луны они стали белоснежные. Кожа бледная. Она смотрела на меня со страхом и немым криком. Глаза ярко-голубого цвета. Очень яркие… Губы тонкие, розового, бледного, цвета, края их слегка красные и пурпурные. На левой щеке ближе к скуле родинка. Милая. Ангелочек.

Я даже не знал, что добавить.

      Ноготочки на её руках квадратной формы, среднего размера. На ногах обрезаны. Цвет ногтей белый-белый. На шеи ожерелье с синих ярких, маленьких очень, бус, а на них лист дубовым в котором кристалл под цвет ногтей.

Босая.

      Ножки в зале как и руки, лицо. Платье в пятнах. Мне стало страшно за неё. Её тонкие брови слегка стали серьезные. Она поняла, что я добрый. Волосы до поясницы длинной, цвет их… Необычно красив. Я таких волос не видел ни у кого. Вы, когда-нибудь видели девушку цветом камня синий содалит?

Это просто чудо! Что я несу! Я влюбился? Бред! Так, вернемся к реальности.

— Спаси меня, — она обняла меня крепко и прижалась щекой к груди.

Её голос похож на шум моря. Красивый, что я слышу каждую ночь его. Боже! Это не выносимо.

Я поэтом стал? Бред. И ещё раз бред!

— Тччч. Успокойся.