Мне тоже очень хотелось обругать Семена Ефимыча, но я сдержался и ограничился повторным одобрительным хмыканьем. А он резюмировал:

- Рассказал тебе это потому, что побаиваюсь за свою судьбу. Знаешь, что? Отдам я тебе один конвертик, а ты его только тому покажешь, кто тебе предложит виски морсом запить.

Он хихикнул, а я кивнул.

- Своим, родным рассказать стыдно, - капитан насупился, - а ты и так почти все знаешь. Я тебя за КУНГами сразу приметил. Но на особиста, кажется, ты не похож. Из любопытства, что ли, или как?

- Ага, - вылетел из меня универсальный ответ.

- Так, согласен взять конвертик? А я, тогда, на все вопросы отвечу.

- Согласен. А, почему МОРС? - задал я свой первый вопрос.

- Это просто. Помнишь, из какой ягоды морс делается? Знаешь, наверно, что означает - "развесистая клюква". Я сам придумал расшифровку: многоцелевой ... и так далее.

- А почему сорок второй? - меня радовала открытость собеседника, хотя и настораживала.

- Размер моей обуви - и только. - Он усмехнулся.

- Да, уж. А теперь Вы куда со своим МОРСом? - осторожно подбирался я к самому главному.

- Полная смена названия, позиции, дислокации и всех параметров. С сегодняшнего дня МОРСа больше нет на ЧФ. Наверно, он передан на флотилию, а там, уже расформирован. Где он возродится - не знаю. А тебе лучше, и не знать. - "Язык", казалось, ничего не скрывал. А, нет ли здесь подвоха?

- Почему ты не смоешься? - Взял я капитана за локоть. - Неужели, невозможно? Давай, что-нибудь придумаем, может я помогу.

- Дурные привычки появляются быстро, а избавляться от них приходится долго. У меня есть сейчас все, что пожелаю. - Он явно играл на публику. - Люблю виски, хороший табак, мотоциклы и веселых подружек. Но, кроме того, на меня есть где-то дело, заведенное. Как его закрыть?

Нет, подумалось мне, на "Подвиг разведчика" это явно не тянет. Совсем другие коллизии. Из классики, ближе всего к "Золотому теленку". Андрей со своей компанией - изображают Корейко А.И. А Остап Ибрагимович сидит в столице, пасет этих гусей и командует парадом. Хорошо, что они от меня отказались. А то, пришлось бы работать Шурой Балагановым, а не очень-то хочется.

- Послушай, а что там за дворец такой, необыкновенный? Никогда не видел, ничего подобного. - Попытался я перевести ход беседы в другое русло.

- Территория эта - база отдыха, - откликнулся на вопрос Андрей, пытаясь носком сандалии столкнуть медузу в море. - Место выгула местного и столичного начальства. Вот, кто-то из них и заказал, кажется, в Индии уменьшенную копию знаменитого памятника архитектуры и культуры. Привезли, как миленькие. В обмен на поставки чего-то скорострельного. Говорят, что через месяц комиссия приедет на приемку объекта. В правый ангар уже завезли бочки с вином из Золотой Балки. Будет, чем приемку обмыть.

- Мне-то теперь куда податься? Я, ведь, сюда, кажется, назначен, снова подкорректировал я тему.

- Думаю, тебя уже переназначили. Построят - скажут. Гуляй пока.

Все было ясно, но очень туманно. Откровения капитана вызывали у меня доверие, но оставляли впечатление чего-то недосказанного. Больше ничего существенного мне узнать не удалось. Покончив с последними заключительными каплями любимого напитка, Андрей упаковал дорожную сумку и мы присели на дорожку. Пройдя сквозь стену, разошлись в разные стороны.

Пока я крутил педали велосипеда, мне стало очевидно для себя - одно. Хорошо заниматься ясным и честным делом. Мысленно я подал в отставку из агентурной разведки кадровых органов.

Взяв с шефа еще одну страшную клятву молчания (связанную с вопросами интимного свойства), я поделился с ним всем, что узнал. Мы дружно решили никому ничего не рассказывать, во избежание неприятностей, что и сделали. Всю эту ночь мне снились медузы в полосе прибоя. Наутро МОРС, как и ожидалось, испарился из числа подшефных организаций. Его, как будто, и не было. Учетные листы и книги увез нарочный.

* * *

Я получил назначение на прекрасную должность в научно-исследовательской организации, [*1]производившей на флоте испытания совершенно экзотического оборудования, за что очень благодарен МОРСу.

Через год ко мне явился Андрей и сообщил, что уволен в запас по болезни. Врезался куда-то на мотоцикле, вследствие чего, якобы, страдает потерей памяти и головными болями. Возможно, был еще и тик - уж больно активно он подмаргивал левым глазом. Или подмигивал? Кто их знает - этих фиников. Капитан забрал свое письмо и угостил меня виски, а уходя, оставил блок американских сигарет. Лет двадцать с гаком ничего о нем не слышал, но недавно увидел по телевизору на какой-то крутой тусовке. Как я понял, он оказывает консультационные услуги частным фирмам в области финансов. Пользуется авторитетом. Выглядит отлично.

Думается, что срок хранения тайны МОРСа давно истек и ее разглашение никому не повредит.

Да! А тот дворец, кажется, похож на Тадж Махал. Очень похож.

ВОЕНМОРКОР

(Лица, события и обстоятельства изменены, но факты, несомненно, имели место быть)

Году, кажется, в семьдесят пятом или около того отправили меня в очередную экспедицию на эсминце ЧФ " B-вый". Был я в то время младшим научным сотрудником одной военной исследовательской организации в старлейском звании и готовности к "бою и походу". Снабдили меня четырнадцатью ящиками аппаратуры, которую надо было проверить в экстремальных условиях морского похода, и помощником - мичманом, мгновенно исчезающим из виду при малейшем намеке на потребность в выполнении любой работы. Прикомандирование на корабль перед походом на боевую службу (БС) редко обходилось без проблем и разногласий. Командир эсминца - пожилой (в моем тогдашнем восприятии), среднего роста, полноватый капитан второго ранга тяжело вздохнул, понимая, что отделаться от меня он не сможет (есть директива сверху), а для размещения железяк и двух человек требуются помещения, каюты, места за столом и дополнительные пайки на камбузе. Он поинтересовался - будет ли какая польза от нас и нашей техники, кроме очевидного вреда. Я пообещал разбиться в лепешку, но показать на практике преимущества перспективной аппаратуры для облегчения военной службы.