— Лесные Охту. — Вонк положил охотнице руку на плечо. — Нам повезло. — Старик кивнул головой на борозды. — На нас наткнулась небольшая стая. Всего несколько Охту. Было бы больше, речные Охту к берегу бы и носа не сунули.

— Я не успела их рассмотреть.

— Ещё успеешь.

Вонк бегло оглядел тело Орайи, потом Ношу и Кхааты, всех, кто остался в живых.

— Вроде, целы. Только царапины. — Старый охотник бросил взгляд на берег, где ещё продолжалась драка за еду, сокрушённо выдохнул. — Вот тебе и охота. Никогда не знаешь, когда из охотника превратишься в добычу. — Снова повернулся к внуку и девчонкам. — Всё. Возвращаемся в стойбище.

— Как? — Орайя едва не онемела от удивления. — А добыча?

Вонк мотнул головой в сторону реки:

— Охту вернулись. Значит, вернулась и рыба. В Лесу появился зверь. Нас осталось мало. До стойбища идти не один день. Даже если сейчас добудем мясо, до Трясущейся земли не донесём, завоняет. Нужно искать добычу перед Трясущейся землёй.

— Выходит, мы зря, столько дней, бродили по Лесу? — Орайя и сама не поняла, как произнесла эти слова.

Старик промолчал. А что он мог ответить? Впрочем, о чём следует сказать, он тут же вспомнил.

— Одна беда. Охту шли нашей тропой. По нашему следу. Придётся делать петлю.

— Зачем?

— Затем! — Зло отозвался старик, и тут же прикусил язык.

В том, что стая поредела, был виновен он, и только он. И Вонк это прекрасно понимал. Если бы они остались у Трясущейся земли, выждали, потерпели, то и стая бы сохранилась, и мясо уже добыли. А теперь нет ни стаи, ни мяса.

По щеке старого охотника пробежала слеза. Удивлению Ношу не было предела: он никогда не видел деда плачущим. Внук подошёл к Вонку, обнял его, после чего слегка отстранился, хлопнул себя ладонью правой руки в области сердца, после чего приложил её к груди деда. Тот только кивнул головой.

— Ладно, надо идти. — Старик смахнул слезу. — Значит, так… Конечно, может, это была и вся стая Охту. Только может и иначе. Охту далеко не глупы, и могли выслать впереди себя этих тварей. Если так, жди остальных. Поэтому, если будем возвращаться по тропе, они наткнутся на нас. Значит, идём в обход.

— А если они станут преследовать нас по нашему запаху?

Вонк с удивлением посмотрел на Кхаату:

— Ты посмотри… А я думал, у тебя весь ум в сиськи ушёл. — И тут же перешёл на серьёзный тон. — Пойдём вдоль ручья. Вода следов не хранит. И запах смывает.

Год 2014-й, после Р. Х., Космический центр имени Линдона Джонсона, Хьюстон, штат Техас, США

Войдя в комнату для курильщиков, плотно прикрыв за собой дверь, убедившись в том, что он в помещении один, Клайв Грэнвил извлёк из внутреннего кармана куртки сотовый телефон:

— Это я. Информация пришла. Нет, пока «завеса» остаётся, хотя Морз на один шаг в нужном направлении. Нет-нет, до правильного ответа ещё далеко. Можно, конечно, подсказать… Понимаю, рано, но так они будут биться ещё, как минимум, лет пятьдесят. И так совершили массу неверных шагов и решений….. Но ведь с кристаллами наша подсказка сработала…. Понял. Есть не вмешиваться. Да, Хельсману ссылку на статью Михайловского отправил. Пока не знаю, с ним не связывался. Да, перезвоню. Напомню.

Грэнвил отнял трубку от уха, слегка прищурившись, быстро нашёл в контактах знакомый номер.

— Хэлло, Курт. Это Клайв. Не отвлекаю?

Год 11568 до Р. Х., межпланетная трасса Отта — Эя (сегодня, Марс — Земля), Триста Седьмая экспедиция, транспортное судно «Элта»

Ощущения стали такими, будто тело превратилось в камень: гравитацию в тандо — отсеке искусственно увеличили к шестидесяти пяти процентам от силы притяжения Эи. Ол со стоном перевернулся на спину: интересно, как «вахтовики» живут на Третьем спутнике? Как ходят? Да что там ходят, как спят? Ведь невозможно на бок перевернуться без болевых ощущений. Ол попытался приподнять руку. Та упала, будто срезанный стебель. Боль мгновенно дала знать о себе сначала в мышцах спины, после перетекла в ноги и мышцы плечевого пояса.

Ол застонал.

Голос Теора, главного врача тандо — отсека, донёсся откуда-то сбоку. Или сверху?

— Болит? Значит, тело привыкает. Присядьте.

— Не могу.

— Через не могу! — Приказал врач.

— По мне будто стадо фретов протопало. Особей, эдак, с пятьдесят. А то и сто.

— Вам ещё повезло. — Теор, находясь вне тандо — отсека, с помощью манипуляторов, помог учёному подняться. — По Ние пробежало стадо из двухсот голов. Постарайтесь сидеть ровно. Откройте глаза. — Перед лицом этнобиолога опустился кристаллический «глаз» скан-прибора. — Так, так, так…. — Снова донёсся голос врача. — Расширения и увеличения зрачков, кровенаполнения вен сетчатки не наблюдается. — Вспышка встроенного в скан — прибора стробоскопа на миг ослепила Ола. Док вздрогнул. — Отлично! Доктор, вынужден признать, вы редкий экземпляр. Практически, не подверглись гиперрефлексии^[53]. Хотя, нарушение координации имеют место быть. Вы ещё не завтракали?

— Смеётесь? — Тяжело выдохнул пациент. — Что не съем, всё, будто камень падает внутрь желудка. В том числе и вода.

— Привыкнете. Это у всех так, в начале. Потом, после адаптации, перестанете обращать внимание на процесс пищеварения. Всё будет проходить, как бы, самостоятельно. Как на Отте. Да, кстати, до завтрака сдайте анализы.

— Помню. Сколько ещё по времени займёт период адаптации?

— У кого как. — Теор, с помощью скан-прибора, приступил к визуальному осмотру. — Кожа бледная, сухая. Лицо одутловатое. Однако отёчности не наблюдается. Эксклюзив! Повторюсь, вы интересный экземпляр, доктор. Бьёте мой личный рекорд. Думаю, станете первым из состава Триста Седьмой, кто адаптируется к условиям Эи. Отличные показатели. Если анализы не подведут, могу с уверенностью сказать, через неделю будете бегать по всему отсеку при нагрузке в восемьдесят процентов. В то время, как остальные только приступят к работе на тренажёрах. Сердечнососудистая система у вас в полном порядке. Недостаток ретикулоцитов, эритроцитов и тромбоцитов скоро восстановится. Так что, никаких проблем не вижу в том, чтобы вы стали лидером. Единственное условие: постоянные физические нагрузки. Через силу. Через «не хочу». Три тренировки в день. Постарайтесь как можно больше двигаться, меньше лежать и сидеть. Причём, не только на тренажёрах. Бег, прыжки, приседания, скакалка, отжимание, подтягивания. Самые простые, примитивные упражнения дадут больше, чем все тренажёры вместе взятые. Хотя и их нельзя игнорировать. Да, обязательно займитесь плаванием. В воде, в условиях гравитации Эи, работают все мышцы тела. Ни с чем несравнимое удовольствие. Намного приятнее, нежели плавание на Отте. И запомните: чем больше тело примет нагрузок, тем быстрее мышцы станут эластичными, упругими, способными переносить усиленные нагрузки. Поверьте, в скором времени будете получать колоссальное удовольствие от притяжения Эи.

Год 11568 до Р. Х. третий спутник от Светила, Эя, координаты местности 014 — 277 (сегодня — планета Земля, юго-восток Зейского района Амурской области, Россия)

Ночью прошёл дождь. Сильный ливень.

Останки стаи Вонка спрятались в дупле огромного дерева. Оно, дупло, оказалось настолько огромным, что смогло бы вместить в себя весь изначальный состав отряда охотников, если бы все остались живы. Однако их выжило всего четверо. А потому, места в тёплом и сухом дупле имелось в избытке. Но, как отметила Орайя, Вонк, почему-то, решил устроиться на ночь не один, а рядом с Кхаатой.

Ещё два дня назад девушка заметила, старик, неожиданно, стал как-то по иному относиться к подруге. Перестал задевать острым словцом. Когда находил ягоду, срывал и отдавал Кхаате. При этом Орайе и Ношу только кивком головы указывал на то место, где растут сочные плоды: мол, собирайте сами. Один раз даже помог грудастой охотнице перелезть через ствол упавшего дерева. При этом, как отметила Орайя, слишком долго поддерживал ту под упругий зад.