Я больше не могу ждать, - сказала Айлин, она стояла с нами на балконе самой высокой башни Лиги. Джеатар поднял всех, пинвиум был готов, общежития и классы были полны гевегцев, нуждающихся в защите. Дети, старики и женщины, которые не могли сражаться. Они приходили два дня, несли остатки вещей в корзинках.

- Скоро они будут здесь, - Данэлло был в форме стража Лиги. Он решил защищать Лигу с отцом.

Я потянула за воротник своей формы. Я в форме Целителя Лиги. Это было точно странно.

- Видели? – Айлин указала на воду. – Мне там что-то показалось.

- Еще слишком темно, - сказала я. – Мы их увидим раньше, чем они причалят, не переживай.

Она поежилась.

- Я могу только переживать.

Я смотрела во тьму. Бледный свет виднелся на горизонте. Еще немного.

- Как думаете, сколько у него кораблей? – спросила Ланэль, тоже в зеленом Лиги.

- Мы все остановим, – ответил Данэлло. Звучало лучше правды. Джеатар не говорил о силе герцога, хотя все всплывет, когда он прибудет. Было сложно скрывать правду, когда она плыла навстречу.

Отряды Джеатара были рассредоточены по острову в важных точках. Он не думал, что герцог рискнет вторжением, когда провалятся огненные лодки, но он хотел быть готовым. Вианд ушла в этот раз с ним, настояв, что это моя идея. Я была не против посидеть в Лиге. Я видела в бою ее с командой и понимала, что такая может защитить Джеатара.

Он нахмурился, но не спорил.

Территория была большой, наши люди были сильно рассредоточены. Все судна были в озере, огненные камни – наготове, как и копья. Сферы пинвиума, топильщики, как назвала их Эллис, были под водой за пределами броска из катапульты. Наша пехота была на островах аристократов, где мог решить высадиться герцог. Лига была в меру защищена, но нам нужны были люди на внешних островах, чтобы тушить огни. Мы оставили пару топильщиков в бухте Полумесяца. Корабли герцога не могли добраться в Лигу без этой бухты.

Мы были готовы, насколько это было возможно за короткое время.

Небо светлело, черный стал серым. Тени рассеивались, но тьма все еще двигалась.

- Вот они, - сказала Айлин. В этот раз без колебаний.

Черное на озере. Корабли всех размером, паруса не были развернуты. Первыми плыли большие корабли, угрожающие. Маленькие судна следовали за ними.

- Посмотрите на них, – сказала Ланэль. – О, Святые, они здесь. Начинается.

- Сначала будут ожоги, - сказала я, думая о том, что мама говорила о лечении. – Нужно намочить ткань.

- Мы знаем, что делать, Ниа. Нас учили… а тебя – нет.

Я стиснула зубы.

- Будет не как обычно, - слова с урока не могли приготовить к грядущему. Конечно, не могли и истории, какими бы жуткими они ни были. Или воспоминания.

- Острова окружает не меньше сорока кораблей, - сказал папа группе мужчин и женщин вокруг нашего стола. – Десятки огненных.

Оханье тех, кто до этого был сильным.

- Он хочет сжечь нас? Как Сорилль?

- Он грозится.

- Мы отобьемся. У нас есть лодки. Мы можем бросать огонь, как и он. Сожгите огненные лодки, пока они не сожгли нас.

Они этого не сделали, а у нас мог быть шанс.

- Целители, пора, - сказал Гинкев, и я вздрогнула. Я не знала, что он там был. Сильно раненых будут приносить в Лигу, но остальных будут исцелять на поле боя. Половина наших Целителей ушла с армией, забрав несколько кирпичей пинвиума.

- Я буду на периметре, если потребуюсь, - сказал Данэлло и ушел. У него был свой пост. Он прошел десять шагов, и я поняла, что не получила прощальный поцелуй. Я хотела побежать за ним, нормально попрощаться на случай, если кто-то из нас сегодня умрет.

- Ниа, идем! – завопила Ланэль.

Я пошла за остальными, не зная, ощущали ли себя так мама и бабушка в день, когда на них напал герцог.

И были ли они так напуганы.

Колокол на часовой башне ударил два раза. Предупреждение. Добровольцы побежали к палатам, готовили кровати, ткани и миски, наполняли кувшины водой.

Целители ожидали раненых. Несколько десятков вместо сотен. Должно было быть на двух больше. Здесь должен быть Соэк. И Тали помогала бы, но я знала, что с ней будет в этом хаосе. Гинкев занимался с ней, был прогресс, но она не была готова исцелять на поле боя.

Жертвы с ожогами скоро должны были появиться, но сейчас палата была пустой. Было время увидеть, что происходит, как плохо сражение. Как близко корабли герцога. Я побежала по лестнице в комнату на третьем этаже. Окна ниже были заколочены, а на верхних этажах – не защищены.

Несколько огненных лодок герцога были у пристани, некоторые уже горели от наших атак. Поднимался дым из ящиков с огнем, катапульты взлетали над палубами. Шары огня летели к пристаням. Еще больше летело к приближающимся огненным лодкам. Дым был над зданиями, но не такой сильный, как я боялась. Пожарные там держали огонь под контролем.

Я разглядывала город, полуденное солнце разгоняло тени. Еще около шести огненных лодок плыли у района рынка. Тяжелый дым поднимался там над зданиями, пожарные там не справлялись? Я не видела наши лодки.

Высокие мачты поднимались над Верхним островом аристократов, эти корабли прошли мимо топильщиков. Мы получали отчеты, что солдаты были в городе, но ран от сражений пока не было. Это скоро изменится.

ВЖИХ!

Вода плескалась. Дерево исчезало. Треск ударял по воздуху, вспышка разорвала корму одного из кораблей у Северного острова. Большие трещины потянулись паутиной от дыры в дне. Корабль склонился на бок, солдаты в броне летели в воду. Крики последовали за этим, а потом плеск.

ВЖИХ!

Еще вспышка, в этот раз огненная лодка. Крики послышались раньше, вспышка ударила еще и по экипажу. Пар зашипел, когда вода столкнулась с огнем.

Вопли радости заглушали крики, шипение и плеск.

Мой желудок сжался.

Я отвернулась. Это сделала я. Я придумала топильщиков, изобрела способ убить тех людей. Я старалась не представлять это, но картинки проникали в голову. Падение. Вода. Смерть.

Я ушла с балкона. Люди заполнили коридоры: солдаты, охраняющие Лигу, люди, которым было некуда идти. Люди бегали и передавали сообщения. Я добралась до этажа с палатами. Ланэль кричала направления, и Целители бегали от койки к койке.

- Раненых несут, - прокричала она, колокол зазвенел. Маленькие колокола снаружи, сигналы для Целителей.

Следующая волна раненых. Не последняя.

- Ниа. – позвала, размахивая руками, Ланэль. – Помоги пациентам и иди. Остальные закончат. Утром было слишком долго.

Я промолчала и кивнула. Я подошла к первой кровати. Женщина с порезами, что подтверждало, что солдаты герцога были в городе. Я прижала ладонь к ее лбу, а другую – к ее сердцу. Пронзено легкое, плохо исцеленное на поле боя тем, кто не умел закрывать такие раны. Скорее всего, это не последние такие раны сегодня. Я потянула боль, запечатала рану и ослабила ее шок. Я могла только это, но она доживет до тех, кто правильно ее исцелит. Это их работа, а не моя.

Я перешла к следующей кровати, мужчина слишком истекал кровью, чтобы его передвигать. Я потянула боль и закрыла артерию. От кровати к кровати, пациент за пациентом, пропуская тех, кто не был на грани смерти. Я закончила ряд, живот болел, легкие пылали, а голова кружилась. Я пошатнулась в конце ряда и вышла из-за ширмы.

- Ты полная? – спросила она.

Я кивнула.

Она закрыла глаза. Я хотела передать боль ей, так было быстрее, но ей было проще забрать самой.

Мои ладони покалывало, боль ускользала, пальцы болели, пока она перетекала из меня к Ланэль. Она стиснула зубы, костяшки ее побелели.

А потом боль пропала.

- Готово, - она отвернулась к нашей скромной Плите, кубу пинвиума размером с пуфик, и втолкнула туда боль.

Тали как-то вызвалась забирать мою боль. Она глупо думала, что я присоединюсь к Лиге, буду исцелять, а она будет забирать мою боль и толкать в пинвиум. Это было тогда невозможно, Светоч бросил бы меня в тюрьму, но теперь я это делала.