Я представила, как открываю створки.

Письмена вспыхнули, гудение стало громче.

У меня была власть. Я могла сделать это. Могла использовать диск.

«Ты можешь убивать этим».

Но я могла и спасать им жизни. Гевегцев и басеэри.

- Как только Данэлло вернется, мы потащим эту штуку в бой.

Армия Гевега заполняла улицы. Мы боролись всю ночь, одни улицы удерживая, другие теряя, третьи отбирая. Силы герцога все еще пытались захватить Северный остров, и они крепко впились в остров ген-губа. Бой на Островах аристократов был жестоким, было много потерь.

Там был Джеатар.

Туда мы и шли.

Пятьдесят стражей Лиги окружали меня. Мы смогли разбудить лошадь, и она тянула телегу со мной и оружием на ней. Я прижимала ладони к оружию, и письмена сияли, как и мои глаза. Свет блестел на броне мертвых, на разбитых стеклах, сломанных душах.

Айлин клялась, что это напугало бы и Святых.

- Что… как это? – Джеатар раскрыл рот, кровь засохла под его волосами над ухом.

- Это оружие герцога. Он мертв. Объясню позже.

- Ей нужно добраться до синих, - добавила Айлин. – Пока еще темно.

Джеатар еще миг смотрел на меня, Вианд встряхнула его, тоже глядя на меня. Он отошел. Только через минуту он смог отдавать приказы.

Наши солдаты расступились, пропуская меня и мое сопровождение.

Звуки боя стали громче, мы приближались. Крики, лязг металла, звон мечей. Вопли потрясения.

- Что такое?

- Это Преобразователь!

- Это Святые!

Я подула мысленно на синий огонь, оружие засияло ярче. Солдаты герцога закричали и попятились.

- Святые защищают Гевег! – закричала женщина. Я не знала, кто. Было подозрительно похоже на Эллис.

Крики стали воплями, вопли – визгом. Солдаты герцога бросали оружие и бежали – стена отступающих спин. Гудели рожки, сигналя отступление. Стена стала потоком, уходящим от наших берегов в озеро.

Я следовала за ними по улицам, мостам и террасам. Мимо виллы, на которой выросла. Джеатар и наши силы присоединились ко мне, их мечи блестели в синем свете. Басэери убегали еще быстрее.

Они бежали к острову ген-губа, бежали по трапам на корабль, возвышающийся над поместьем губернатора. Солдаты толкались, сбивали людей с досок в каналы.

Они еще бежали на борт, когда корабль поднял паруса. Ветер натянул ткань с треском, корабль поплыл, доски потянулись по стене.

Мы победили. Мы на самом деле победили.

Крики радости заглушали вопли и топот ног тех, кто пытался попасть на корабль, пока он еще не отплыл от Гевега. Наши солдаты бросились мимо меня на последних синих, басэери и захватчиков.

- Ниа, ты слышишь это? – спросила Айлин, подпрыгивая рядом со мной.

Я прислушалась и улыбнулась.

- Они скандируют «Святая Сэя».

Айлин рассмеялась и шлепнула меня по ноге.

- Нет, они скандируют «Ниа».

Невозможно! Ветер донес слова до моих ушей.

- Ни-а!

- Ни-а!

- Ни-а!

Восемь дней их не было. Восемь дней мы уже были свободными.

Первые два дня горели огни. Последние солдаты герцога убежали из Гевега в ужасе, побросав лампы и факелы, поджигая дома и ограды на Северном острове и Островах аристократов. Пожарные тушили все, что могли. Солдаты герцога собрались и не вернулись. Они оставили Гевег горящим, как и хотели, но ушли.

Дальше мы шесть дней собирались.

Семьи находили друг друга, друзья скорбели по мертвым. Мы горевали по тем, кого потеряли, и праздновали с теми, кого спасли.

Солнце грело мое лицо, пока я стояла в комнате, что была моей. Она была черной от пожара, который бушевал на террасах и в районе аристократов.

- Все пропало, - сказала Тали, пройдя в мою старую комнату. Ей уже было лучше, она немного говорила, но не полностью восстановилась. Гинкев не знал, сможет ли она исцелиться полностью, но я не теряла надежду.

- Раньше было красиво. Мягкие цвета, мягкая мебель. И всегда пахло едой.

- А мама пахла цветами.

Я кивнула со слезами на глазах.

- Да. Она была красивой, доброй и сильной, - я цеплялась за ее силу. Она нужна была мне сейчас.

Я прошла к шкафу и сбила почерневшую дверь. Там была мокрая одежа в сажу. Я вытащила первую вещь. В штаны мы бы влезли с Тали вдвоем. Я бросила их.

- Глупо. Тут нет ничего моего, - я не знала, почему ожидала найти тут что-то наше. Только то, что… мы победили. Все должно было вернуться на места.

«Что сделано, то сделано, и я это изменить не могу».

Мама была мертва. Папа, бабуля, Уэн и Ленна, Соэк и Квенджи. Даже Ипстан. И еще сотни тех, чьи имена я не знала, а лица не видела.

Я больше не поиграю в фонтане. Не буду кататься на траве с Тали. Мы больше не сможем свернуться на диване, пока мама нам читала.

Моя старая жизнь стала пеплом, как мой старый дом.

- Идем, - сказала я. – Тут только сгоревшая вилла.

Я повела Тали по железной витой лестнице сзади – осталась только эта лестница – и вывела в дыру, что была раньше дверью на кухне. Мы пересекли то, что было садом, где мама растила фиалки, а Тали бегала за бабочками. Чайки и канюки кружили над головой, искали, чем можно поживиться.

Два стража ждали у двери, стояли на почерневшей каменной дорожке, где умер Уэн. Они отодвинулись, я прошла, и один страж пошел впереди, а другой – сзади. Джеатар сказал, что это предосторожность, пока интерес ко мне не утихнет.

Я думала, все успокоится, когда мои глаза перестанут сиять. Они были нормальными уже три дня, но не было признака потери интереса. Я не была против хвалы, мы это заслужили, но восхищение? Я бы прожила без этого.

Стало лучше. Люди сначала не давали прохода, хотели коснуться меня, встретить, а потом понимали, что я не была святой. Я была обычной девочкой.

Странной, да, но не отличающейся от них.

Мы покинули виллу и пошли по улицам. Уборку приостанавливали, и люди радостно вопили мое имя, как делали солдаты в последнюю ночь войны.

Я молилась, чтобы и это прекратилось. Айлин сказала, что героем я буду дольше, чем святой.

Карета ждала в конце тропа, вокруг было много стражей, но не моих. Они были в зелено-золотой форме Лиги, хотя стиль формы Гевега был новым.

- Погодите, это не моя карета, - эта была лучше и больше.

- Герцог хотел поговорить с вами, - сказал один из стражей, открывая дверь кареты.

Мне хотелось бежать, но я не могла больше бояться этого титула.

Я забралась. Джеатар сидел в дальнем конце, скрестив руки, взглядом говоря, что у меня снова проблемы.

«Может, стоило немного бояться».

- Что ты здесь делаешь? – выпалила я. Он должен был уже отправиться в Басэер.

- Я собирался спросить это у тебя.

- Я хотела увидеть мой… виллу.

Его взгляд смягчился.

- Стоило сказать мне. Я бы сходил с тобой.

Я села, Тали устроилась рядом со мной.

- С нами ходили Низкий и Грозный, - я махнула на своих стражей. Тали дала им клички, они посчитали их забавными и оставили. И тогда они мне понравились.

- Но не внутрь виллы, - тихо сказал он.

- Нет.

Я молчала, он не спрашивал. Он сказал Низкому отвезти нас в Лигу, и карета поехала.

Люди уже были на улицах, махали и радовались, когда мы проезжали.

- Они могут радоваться тебе? – сказала я.

- Нет, - рассмеялся Джеатар. – Не я спас город.

- Ты. Ты сдерживал солдат герцога и планировал защиту, вел атаку на отряды герцога. Гевег не стал бы свободен без тебя.

- Ты бы нашла способ.

- Они думают, что я – святая.

Он улыбнулся.

- Они считают тебя героиней.

- Ниа спасла город, Ниа спасла всех. Они думали, что победят, но Ниа сказала им «нет», - тихо пропела Тали, глядя на проносящийся мимо город.

- Видишь? Даже она это знает.

Я вздохнула и прижалась к спинке сидения. Я не хотела этого внимания. Было приятно, что меня ценили, но мое лицо знало столько людей, что это пугало. Было безопаснее, когда тебя не замечали.