Ее голубые глаза встретились с моими с желанием и любопытством, когда я провел пальцами по ее нежной плоти до клитора.

Ария издала самый мучительный стон, прежде чем наклонилась для еще одного поцелуя, удивив меня, когда углубила его самостоятельно, слегка покачиваясь под моими пальцами, когда я поглаживал ее.

Я отстранился, мое дыхание было прерывистым.

— Хочешь попробовать еще раз?

Я продолжал дразнить ее, зная, что это снизит ее сдержанность, и я был прав.

Когда я приблизил Арию к освобождению, ее собственная рука скользнула вниз по моему телу, пока она, наконец, не добралась до моего члена.

Она сжала его сильнее, чем раньше, но все еще слишком нежно. В то время, как мои пальцы продолжали работать над киской Арии, я обернул другую руку вокруг той, которая сжимала мой член и обхватил ещё крепче.

Удивление промелькнуло на лице Арии от силы моей хватки. Потом я показал ей, как меня гладить. Я наблюдал за ней, пока она смотрела, как наши руки работают над моим членом. Я уже истекал пред-спермой, как мальчишка достигший половой зрелости.

Ария задыхалась, почти отчаянно прижимая свою киску к моим пальцам, преследуя свой оргазм, когда наши руки двигались на мне сильно и быстро.

Глаза Арии расширились.

— Лука. — восклицание дошло прямо до моего члена, который стал еще больше.

Я щелкнул ее клитор, и она взорвалась, выпячивая свою задницу назад, толкаясь в мою руку. Это зрелище заставило меня переступить через край, и сперма выстрелила из моего члена, как проклятый новогодний фейерверк.

Я вздрогнул и застонал, будто только что трахнул свою жизнь, когда это была всего лишь работа рукой. Черт.

Ария прислонилась к моему боку, уставившись на беспорядок, который я устроил на животе. Я неохотно убрал пальцы с ее набухшей киски и погладил ее попку.

Ария выглядела счастливой, когда закрыла глаза и прижалась щекой к моей груди.

Я нежно поцеловал ее в макушку. Зачем? Я никогда не делал этого раньше, никогда не испытывал желания делать это. Мысль о том, что чьи-то волосы покрывают все мое лицо и губы, определенно никогда не привлекала меня.

Раздраженный собственным замешательством, я потянулся за несколькими салфетками и вытер сперму.

Я дал Арии пачку салфеток, и она вытерла руку, не встречаясь со мной взглядом. Я всмотрелся в ее лицо, когда она нахмурилась. Она выглядела такой же смущенной, как и я, но я не был уверен почему.

Я погладил ее по руке, пытаясь отвлечь, еще одна новинка. Почему, черт возьми, я чувствовал желание делать все это дерьмо?

Ария резко села.

— Ты истекаешь кровью. — ее пальцы замерли над порезом на моих ребрах. — Больно?

Я посмотрел вниз. Я совершенно забыл об этом. Мое тело пульсировало тупой болью, но это то, с чем я мог справиться, и этот порез сослужил мне хорошую службу, позволив этому ублюдку подойти слишком близко ко мне.

— Не сильно. Ничего страшного. Я к этому привык.

Брови Арии сошлись вместе, когда она погладила кожу под раной.

— Нужно зашить. Что, если будет заражение? — ее ресницы затрепетали, когда она посмотрела на меня. Она беспокоилась за меня?

— Возможно, тебе повезет, и станешь молодой вдовой. — это была мечта многих жен, и я не обманывал себя, думая, что Ария была счастлива в нашем союзе. Быть прикованной к такому мужчине, как я, было судьбой, от которой многие девушки сделали бы все, чтобы спастись.

Она прищурилась, глядя на меня.

— Это не смешно.

Я смотрел на нее, пытаясь уловить обман в ее выражении или тоне, но не мог найти его. Она казалась серьезной. Ее рассуждения было трудно понять. Может, она боялась, что выйдет замуж за следующего монстра, если я умру, хотя вряд ли она могла думать, что есть монстры хуже меня. Но были монстры, которые не скрывали свою чудовищную сторону.

Я мог бы успокоить ее, сказав, что она не выйдет замуж снова, даже если я умру. Если бы Маттео был Капо, он не стал бы ее принуждать, это было ясно. Но мой отец? Я бы не исключил того, что он избавится от Нины и сам женится на Арии.

— Если это тебя так беспокоит, почему бы не принести мне аптечку из ванной. — сказал я, прерывая свои тревожные мысли.

Ария не колеблясь выпрыгнула из кровати.

— Где она находится?

— В ящике под раковиной.

Мой взгляд проследил за ее красивой попкой и тонкой талией, когда она зашла в ванную.

Черт. Я не боялся смерти, но мне была ненавистна сама мысль, что я умру прежде, чем у меня будет шанс взять Арию хотя бы один раз. И даже один раз казался совершенно недостаточным, чтобы удовлетворить мое желание к

молодой жене.

Ария вернулась с аптечкой. К моему разочарованию, она надела ночную рубашку, прежде чем забраться на кровать. Она избегала смотреть куда-либо рядом с моим наполовину возбужденным членом.

Я провел большим пальцем по ее разгоряченной щеке.

— Все еще стесняешься смотреть на меня после всего, что произошло. — я коснулся ее атласной ночной рубашки. — Без этого ты мне нравишься больше.

Ария проигнорировала мой комментарий.

— Что нужно делать?

То, как она поджала губы, сразу же пришло мне на ум.

— Многое.

Она закатила глаза, но я уловил радостную дрожь, пробежавшую по ее телу. Ария чувствовала себя более менее комфортно рядом со мной.

— С твоей раной.

— Там дезинфицирующие салфетки. Очисти рану, а я подготовлю иглу.

Ария вытерла мою рану, пока я распаковывал иглу. Резкий запах дезинфицирующего средства покалывал мой нос, и знакомое жжение заставило мою рану онеметь.

— Жжёт?

— Я в порядке. Протри сильнее. — обычно Маттео или Чезаре заботились о моих ранах, если я не справлялся с ними сам, и они определенно не были так осторожны, как Ария.

Я зашил себя под ее пристальным взглядом, гадая, о чем она думает. Я выбросил иглу, когда закончил.

— Нужно перевязать. — сказала Ария, ища в аптечке бинт.

Я остановил ее.

— Заживет быстрее, если будет дышать.

— В самом деле? Уверен? Что, если внутрь попадет грязь?

Если бы я часто говорил ей, что был ранен за последнее десятилетие, она бы поверила мне на слово.

— Нет причин для беспокойства. Это не последний раз, когда я прихожу домой раненым.

Я распахнул объятия, еще не в настроении вставать.

— Иди сюда.

— Разве тебе не нужно уходить? — Ария бросила взгляд на часы.

До сих пор мы редко проводили утро вместе в постели, но мне очень хотелось это изменить.

— Не сегодня. На данный момент с братвой все спокойно. Я должен быть в одном из клубов Фамильи сегодня во второй половине дня.

Ответная улыбка Арии была ослепительной и выбила дыхание прямо из моих легких. Она прижалась ко мне, положив одну руку мне на живот, и я крепко обнял ее, ошеломленный всплеском эмоций, который почувствовал.

— Не ожидал, что будешь выглядеть такой счастливой. — признался я, хотя сразу же пожалел об этом.

Мне нужно было быть более осторожным в том, что я упустил. Эмоции можно использовать, как оружие, и даже если я не думаю, что Ария сделает что-то подобное, я должен быть настороже.

— Мне одиноко. — прошептала Ария.

Жизнь рядом со мной всегда будет золотой клеткой, и найти друзей будущей жене Капо было почти невозможно. Большинство людей искали бы близости Арии только потому, что надеялись получить от нее что-то. Ее сестры, вероятно, навсегда останутся ее единственными настоящими друзьями. Может, одержимость Маттео Джианной была бы хороша для чего-то, в конце концов. У Арии будет одна из ее сестер в Нью-Йорке. Это сделало бы ее счастливой, даже если раздражающая рыжая, вероятно, не принесет мне ничего, кроме неприятностей. К сожалению, я не мог рассказать ей о Джианне, пока все не было готово к объявлению.

— У меня есть пара двоюродных сестер, с которыми ты могла бы общаться. Уверен, им понравится ходить с тобой по магазинам. — сказал я вместо этого.

— Почему все думают, что я хочу ходить по магазинам?

— Тогда займись чем-нибудь еще. Выпей кофе или сходи в спа, или я не знаю.

— У меня все еще остался сертификат в спа, который получила на свадебной вечеринке.

— Видишь? Если хочешь, могу спросить одну из сестер.

Она быстро покачала головой.

— Я не в восторге от перспективы встретиться с одной из твоих сестер после того, сто сделала Косима.

Косима была одной из моих наименее любимых сестёр. Она была хорошей подругой Грейс, и они обе жили для того, чтобы быть суками.

— Что она сделала?

Ария подняла голову, ее глаза расширились от того, что выглядело как осознание. Меня охватило чертовски плохое предчувствие.

— Она дала мне письмо, которое привело к тебе и Грейс. — прошептала Ария прерывающимся голосом.

Она отодвинулась от меня и прижала ноги к телу, выглядя маленькой и обиженной.

Я приподнялся, притягивая нас ближе, желая утешить и успокоить ее, как это часто бывает. В недоумении, как это сделать, особенно сейчас, когда моя забота о жене боролась с яростью с моей кузиной в моем уме.

Повинуясь инстинкту, я поцеловал ее в плечо.

— Косима дала тебе письмо, в котором говорилось идти в квартиру? — она бы не сделала этого сама. Грейс и она придумали этот план.

Я собирался убить эту суку.

Ария вздрогнула, и я коснулся ее талии, скользя большим пальцем по ее мягкой коже.

— И ключ. Он все еще в моей сумочке. — тихо сказала она.

— Чертова сука. — Грейс была вне себя из-за моего брака с Арией.

Безмозглая дура, вероятно, надеялась стать следующей миссис Витиелло. Будто я когда-нибудь женился бы на чужой, особенно на одной из проклятых искательниц острых ощущений, которые всегда будут со мной только для того, чтобы быть в центре внимания и добавлять огня в их жалкую жизнь. Такая девушка никогда не поймет, что значит быть связанной с мафией, какие жертвы требуются, чтобы быть частью нашего мира. Жертвоприношения были чуждым понятием для такого существа, как Грейс.

— Кто? — спросила Ария.

— Обе. Грейс и Косима. Они подруги. Должно быть, Грейс подтолкнула ее к этому. Чертова шлюха.

Ария отпрянула от моего гнева, широко раскрыв глаза потрясенная. Черт.