Всё дело в том, что высшего вампира убить невозможно. Их бессмертные тела созданы так, что даже будучи сожженным, оно через некоторое время восстанавливается. На мой вопрос, а как тогда вампиры вообще умирают, Ад ответил, что они покидают этот мир лишь тогда, когда сами пожелают. То есть, когда душа устаёт от мира, вампир просто ложится и покидает надоевшее тело, устремляясь на перерождение.

— А как же осиновый кол? Серебро там и святая вода?

— Всё это может высшего вампира лишь ослабить, остановить ненадолго, но не более.

— А если отрубить голову и разделить с телом? — с жаром спросила, очень заинтересовавшись такой интересной темой.

— Тело будет неподвижным. А потом через некоторое время голова вырастет новая. Правда это займёт много времени. А также много сил. После нужно будет усиленное питание. Собственно, я так сюда и попал. Мой брат отрубил мне голову, перенёс и приковал моё тело проклятым металлом, оставив тут навечно. Он, видимо, надеялся, что я, поняв, что выхода нет, сам покину эту оболочку, но я поклялся отмстить. Ждать пришлось долго, так как за все эти тысячелетия тут никого не было. Даже крысы старались сюда не забредать.

В общем, немного посовещавшись, мы решили, что вампир не опасен для нас. Предупредив, что кушать ни Ренольда, ни Эйнара не стоит, мы отпустили его. Было напряжно, конечно, мало ли набросится с голодухи. Но нет, Ад вёл себя с достоинством. Хотя на меня старался не смотреть, но на вопросы отвечал. Явно мой облик как-то затрагивал его эстетические вкусы, раз он даже взглядом меня не удостаивал.

Эйнару быстро это надоело, поэтому он ту же разъяснил вампиру, что обижать меня не стоит, и вообще, если бы ни я, то быть ему сушёной мумией и дальше.

На мой вопрос, а я тут причём? Мне был дан ответ, что если бы не свалилась, то и вампира бы мы не нашли. Мне пришлось согласиться с такой своеобразной логикой.

Ад проникся, но воротить нос стал незаметно.

— Что не так? — не удержавшись, спросила, обходя подозрительный камень, который почему был покрыть плесенью.

— Запах. У вампиров крайне чуткое обоняние, — просто ответил Ад.

Я невольно покраснела, а потом ужаснулась. Началось! Ещё немного и конец.

— Послушай, — Эйнар пнул показавшийся мне подозрительным камень. Камень вздрогнул, запищал, развернулся, превратившись в здорового жука, и на всех порах скрылся в туннеле. Асвальд успел лишь отскочить сторону и открыть рот. — Что это? — спросил он после того, как отмер.

— Жук, — Ренольд пожал плечами, причём вид у него был в этот момент такой, словно он каждый день с такими жуками встречается. — В следующий раз не пинай то, что выглядеть подозрительно.

— Но он выглядел, как обычный камень, — тут же попытался защитить себя Эйнар.

— Да? Тогда почему Лера обошла его аккуратно? — ехидно поинтересовался Риваль.

— Почему? — спросил у меня Эйнар, который, видимо, не догонял, что хочет ему сказать Ренольд.

— Потому что он был подозрительным. Везде сухо, а этот камень выглядел так, будто его только что с какого-то сырого леса приволокли. Весь в плесени и во мхе.

— Не обратил внимания. Ладно, я что хотел спросить, Адальстейн, а вы случаем не знаете, как закрепить душу в теле. Мы слышали, что вампиры это могут.

— В смысле закрепить? — заинтересовался Ад.

Вообще, мне кажется, что он благосклонно относиться только к Эйнару. Ренольда он явно воспринимает, как еду, так как я уже несколько раз перехватывала его голодный взгляд, направленный на Риваля. От меня его воротит. А вот с Эйнаром он ведёт себя, как будто бы с ровней. Ну, почти с ровней. Если точно, то, как с несмышлёным подростком. Согласитесь разница между едой и подростком огромная.

Асвальд быстро рассказал как так получилось, что я теперь немного неживая, красочно при этом описав, какая я замечательная и хорошая и что мне обязательно нужно помочь. На это Ад окинул меня задумчивым взглядом, будто пытался понять, каким таким макаром эльф умудрился влюбиться вот в это худющее, бледнющее недоразумение.

Но к его чести вслух говорить он ничего не стал, надолго погрузившись в себя. Перед самым выходом у нас вылезла небольшая проблемка — солнечный свет. Нет, как оказалось, высшие вампиры вполне могут нормально чувствовать себя на солнце, но сейчас у Ада не было ни грамма сил, чтобы сплести защитное заклинание.

Пришлось приодеть нашего вампира. Порыскав в своих вещах, нашли ему всё необходимое, даже плащ с глубоким капюшоном.

При выходе мы определились, что вышли за пределами города. Так сказать, пересекли его под землёй. Все этому крайне обрадовались, ни на минуту не забыв о змее и о том, что его убило. Вампир, прослушав наш рассказ об этом, хмыкнул и сказал, что нам повезло. Видимо в этом полуразрушенном городе водится крайне редкая нежить, у которой немерено сил, а ещё она очень любит свежие мозги.

Мы как-то сразу поверили, что да, водится, да, сильная, и да, нам очень повезло.

Через несколько часов решено было вставать лагерем на ночлег. Рисковать и путешествовать ночью совсем не лучшая идея. Да и вампир хоть и держался, но всё-таки было видно, что ему пока трудно долго ходить.

Вечером, после ужина, Ренольд с Эйнаром ещё раз напоили Ада кровью. Он, правда, отнекивался, но потом лакал с превеликим удовольствием. А вот от моей энергии отказался, сказав, что она причиняет ему боль, хоть и лечит.

— На самом деле, я и в правду знаю способ присоединить душу к телу, — Ад внимательно посмотрел на меня, но потом всё-таки не удержался и поморщился. — У вампиров очень чуткое обоняние. Я буквально ощущаю запах вашей остывшей крови. Поверьте, это не самый приятный запах из всех.

Я даже не обратила внимания, что этот вампир снова сказал, что от меня воняет, обрадовалась. Неужели? Неужели мне не придётся ждать слишком долго?

— И как это сделать? — сглотнула, отпивая из кружки. Жажда меня не мучила, как и голод, но просто так было скучно, поэтому я изредка пила отвары или же просто воду.

Эйнар подошёл и сел рядом, тут же обнимая за плечи. Ад удивлённо посмотрел на него, потом на меня, затем покачал головой и вздохнул.

— Я расскажу, если пообещаете мне помочь.

Вот опять. И почему в этом мире и не только в этом, никто, ничего и никогда не сделает просто так, безвозмездно? Хотя, так даже лучше. Если бы он делал это от широты душевной, (не верю я, что у него она очень уж широкая) то всегда можно было бы ждать подлянку и ещё какую неприятность. Да, даже с учётом обратной помощи никто не гарантирует того, что он не обманет, но всё-таки такой способ хотя бы немного, но гарантирует, что мы не пролетим, как фанера над Парижем.

— Что вы хотите? — спросил Эйнар, после долгого молчания.

— Я слаб. Пока что слаб. Доведите меня до ближайшего крупного города, в котором я смогу пополнить запасы силы. А также расскажите, что сейчас происходит в мире. Думаю, этого вполне достаточно. Больше вы мне всё равно ничем помочь не сможете.

Мы переглянулись. В принципе, условия не такие уж и невозможным. Мы всё равно собирались идти дальше, так почему бы и нет.

Естественно, мы согласились.

— Хорошо, — Ад улыбнулся, обнажая клыки. Вот странность — у Эйнара тоже есть клыки, но я почему-то перестала обращать на них внимания, а вот стоит глянуть на вампира, как передёргивает. — Я расскажу. Если согласитесь со всем, то даже помогу ей. Сейчас ты, — Ад кивнул на меня, — похожа на мёртвый сосуд, в котором находится душа. По сути, ты просто завладела телом, как дух. Если бы в момент вселения тело было бы живым, то есть со времени, когда его покинула душа, прошло бы не больше пяти-семи минут, то вполне возможно, что тебе бы и удалось вновь запустить работу организма. Но, как мы видим — тело успело полностью прекратить свою работу. Сейчас, находясь внутри, ты немного влияешь на тело, отчего оно выглядеть вполне нормально. Но не стоит быть наивными, долго это не продлится. Месяц-другой и оно начнёт разлагаться. Чтобы этого избежать, нужно связать душу и тело очень крепко и попытаться запустить работу главного органа — мозга. После него сердца, и так далее, далее. Предупреждаю — боль будет невероятной. Вполне может статься, что ты не выдержишь. Если дух слабый, то душа откажется от этого тела, предпочтя уйти на перерождение, а это значит только одно — смерть. Ты готова рискнуть? Может, стоит найти другое тело?