— Фигурным выцарапыванием замысловатых ругательств по железу, — закусив язык, и старательно сдерживая нарастающее желание разразиться очередным потоком ругани на весь подвал, ответила я. замок не поддавался. В душе начло появляться глухое раздражение. А когда я злая у меня случаются неконтролируемые приступы ярости. Жалко Охотники не пришли к нам в гости. А то ощутили бы все прелести изящной словесности. — Касси, не отвлекай меня. Если я сломаю этот кусок металла, не уверена, что вообще смогу снять с тебя эти цацки.

— А что ты задумала? — Подозрительно спокойно и даже ласково протянула брюнетка, потрепав меня по щеке. Этот жест напомнил привычку моего папочки лохматить волосы любимой, в кавычках, дочурки, сидящей за учебниками. Всегда терпеть не могла подобное обращение. А она, как знает, что меня злит больше всего!

— Диверсию, — пробормотала и радостно хлопнула в ладоши, услышав долгожданный щелчок. Браслет упал на пол. — Ещё один и ты свободна, ля-ля-ля-ля!

— Фу, какой у тебя противный голос!

— Слушай, ну мне вообще-то горло сдавливали! Если кто-то сказал тебе, что после подобного голосовые связки начинают издавать звуки, похожие на пение райских птиц — плюнь ему в рожу! Учитывая твою природную вредность, а также ядовитость, умрёт в страшных муках! — Фух, даже сама прибалдела от подобного ответа на её выпад. И поняла, что стало как-то и не так тоскливо уже. Вследствие чего, более активно начала ковыряться в замке второго браслетика.

В этот раз вышло лучше, к тому же никто не комментировал, не подначивал, а просто молча следил за моими действиями. Пессимизм тут же преисполнился подозрениями и предложил на всякий случай отползти подальше. Стоически проигнорировав этот глас разума, хотя в его разумности я периодически очень сильно сомневаюсь, выпрямилась и потёрла ноющую шею. Брюнетка тоже приняла сидячее положение и прислонилась к стене рядом со мной, массируя запястья.

— Так, — спустя пять минут, выдала Касси. — Что ты предлагаешь?

— В смысле? — Удивлённо на неё воззрилась, даже не представляя, что она имеет в виду.

— Ну давай поясню, для особо недогадливых. Что ты предлагаешь делать с этими весёлыми мальчиками, а? Ты же не хочешь с ними ещё ближе познакомиться, — брюнетка устало вздохнула и бесцеремонно устроила голову на моём плече, явно намереваясь вот так прикорнуть. — Давай уже, излагай мысли. А то я усну и ничего путного мы не придумаем.

— Судя по твоему поведению, думать мне придётся, — хмыкнула, но продолжила рассуждать. — Если эта жертва несчастной любви не обманула нас, то, как вариант, можно проводить небольшие диверсии, сопряжённые с разведкой на верхних этажах. Раздобудем еды, лекарств. Может, что-нибудь из оружия найдём, хотя, как подсказывает мне мой пессимизм, хрен там что перепадёт.

— Надо же, принцесса умеет думать, — поддразнила меня Касси. Я беззлобно на неё шикнула. — Ладно, ладно. Не шипи, как кобра недодавленная. Дальше излагай. Мне впервые за наше знакомство начинает казаться, что из тебя выйдет толк!

— Ну спасибо. Шикарный комплимент, — закатила глаза и фыркнула. — Касси, а если серьёзно, то коли нам никто не придёт на помощь, то вряд ли мы отсюда выберемся. Во всяком случае, я точно не смогу. Магии ноль, как таковых боевых навыков тоже нет. Так, умею ножиками кидаться, ну ещё огреть кого-нибудь по голове тяжёлым предметом.

— А я что, по-твоему, рыцарь, долбанутый на всю голову? — Хихикнула брюнетка. — Но в чём-то ты права. В том, к примеру, что справиться я лично смогу только с одним. Охотники это не булка с маслом, так просто не сломаешь. А идея с диверсиями мне нравиться-а-а-а-а… — Она зевнула и поудобнее устроилась на моём плече. — Всё, меня вырубает. Если что, ори. Твой голоc и мёртвого поднимет.

— Что-то ты подозрительно добрая, — устало вздохнула и щекой прислонилась к её затылку, прикрыв глаза. — Что б этим Охотникам икалось две недели кряду!

Выдав сиё весьма умное примечание ко всем своим словам, погрузилась в состояние тревожной полудрёмы. Завтра явно предстоит весьма нелёгкий день, чует мой пессимизм!

— Утро… Тебе неведомо покоя… Утро… За что ты делаешь такое… — Громко, во всё горло, безбожно коверкая слова и мелодию, пела одна неугомонная брюнетка, постукивая браслетом по каменной кладке.

Ну, я была права. День уже стал нелёгким, учитывая, что начался он с такого вот пробуждения. С другой стороны, если бы она кривлялась… Голос-то у ней очень хороший, чувствуется рука мастера, ставившего его. Но как же я хочу спать, кто бы знал!

— Касси, тебе что, некому больше нервы потрепать? — Проворчала, поворачиваясь на другой бок и благополучно встретившись носом с полом. — Твою ж бога душу ма… — Оглянулась на брюнетку и предпочла промолчать, продолжая рассматривать поверхность, с которой состыковалась. И только спустя минуты три до, всё ещё спящего, мозга дошло, что упала я с возвышения. А насколько помниться мне, то спала я на полу. Мдя, чудны дела ваши, Боги! — Утро добрым не бывает, это точно.

— Тут вынуждена с тобой согласиться, — фыркнула Касси. — Но тебе в плане побудки ещё очень повезло.

— Это почему? — С пола я всё-таки поднялась, даже отряхнула то, что по идее когда-то было одеждой.

— Ну это не тебя же пришла будить крыса, размером с собаку, — пожала плечами брюнетка и неодобрительно посмотрела на потолок. — Ну слезай уже оттуда! Я же сказала, не буду тебя есть!

— А кто тебя знает, психически нестабильную?! — Пропищали сверху. Я подняла голову и захихикала. Под потолком, вцепившись когтями в кладку, висел Хранитель собственной персоной. Каким именно он там держался, я так и не поняла, но зато падать явно не собирался. — На фига в меня пульсарами швырялась? Что, жареное мяско вкуснее, да?

— Конечно, — улыбнулась Касси. Так улыбнулась, что я очень порадовалась тому факту, что это не моя тушка там висит. — Жареная крысятина вообще деликатес знатный. Веришь?

— Принцесса, спаси меня! — Завыл на одной ноте Хранитель и со всего маху сиганул с потолка ко мне на руки. Крыс очень быстро забрался ко мне на шею, свернулся вокруг несчастной части тела и вцепился передними лапами в собственный хвост, чтобы не свалиться с меня. — Она хочет меня съесть! Она каннибал! Как ты с нею общаешься?!

— Точно так же, как с говорящими крысами, — хмыкнула и попыталась разжать хватку Хранителя. Ага, так у меня это и получилось. Он же в меня как в круг спасательный впился. — Слушай, как тебя звать, чудо моё хвостатое? А то обращаться к тебе всё время «Хранитель» напрягает, как-то.

— Сюзан меня зовут, — пропыхтел крыс, старательно пытаясь не упасть. Вздохнув, стащила союзника с собственной шеи и устроила на руках. Так было значительно удобнее. — Не отпуска меня, а? Я ещё жить хочу. у-у-у-у… Я молодой, красивый, умный! Я сильный маг! Я имел успех у женщин! Я тебе пригожу-у-у-усь… Даже замуж согласен взять!

— Парень, давай без мужского внимания, — немного нервно дёрнулась я от такого предложения. — У меня два кандидата на ручку, сердце и все остальные органы тела имеются. Ещё одного ни даром, ни с деньгами не нать!

— А чего это так грустно? Свадьба это счастье! — Весело фыркнула Касси.

— Угу. Особенно, когда ты разменная пешка в игре собственного папочке, — хмыкнув, осмотрела нашу тюрьму и увидела, что с потолка свисает гамак, постепенно теряющий свои очертания. Ещё пара секунд и он совсем растворился. — Это добро откуда было?

— Откуда надо, — Касси улыбаться не перестала, но в глазах брюнетки, обычно весьма бедных на эмоции, появилось что-то новое и непонятное.

Впрочем, подумаем об этом позже. Раз крыс, пардон, Сюзан в камере, то ест вариант, что Охотников в доме нет. А мой желудок как раз очень настаивает на том, что нужно срочно найти что-то съедобное. И что ему очень навиться идея Касси насчёт жареной крысятины.

Однако мой пессимизм обломал организм, клятвенно заверив оный, и меня заодно, что Сюзан нам нужен. Причём желательно целый и невредимый. Ну или относительно целый.