— Я лучше на Ниесе женюсь в таком случае, — выдал в ответ, издав неприличный «ик» и хватился за сердце.

— Опять перепутал сторону, дружок, — ласково поведал Кэй и подойдя ко мне, переместил мою ладонь на нужное место. — Вот здесь сердце находиться, мой пернатый друг.

— Ну подумаешь, перепутал слегка, — отмахнулся от него и кивнул головой на дверь, за которой скрылся Оршан. — Он сможет разузнать всё, что нужно?

— Будешь смеяться, но его мать один из лучших шпионов при дворе нашей семьи, — Кэйрисар вздохнул и покачал головой. — Как он на свет появился, это печальная история, и рассказывать её я не буду, потому что знаю тебя. Сразу ржать начнёшь, как сивый мерин, после мы подерёмся, потом будем пить, что бы помириться и, в итоге, опять проснёмся где-то непонятно где и не известно с кем. Повторения той ситуации, что была у магов, мне не сильно хочется. А тебе? — Дождавшись моего отрицательного мотания головой, кайш'ларит продолжил толкать впечатляющую по своей продолжительности речь. Одно что, была она не про что и ни о чём. Я ж его не про историю рождения этого недоразумения спрашивал! — Ну и я не хочу. Поэтому и промолчу, а на твой вопрос ответ такой: если надо что-то узнать, причём быстро и желательно незаметно, то лучшей кандидатуры, чем этот сборник неприятностей на свой зад, не найти. Поверь, я пробовал.

— А то, что он себя так ведёт и так одевается, это не мешает разве? — Я удивлённо округлил глаза, пытаясь сопоставить образ разведчика, с тем, что из себя представлял Оршан. — Кэй, не в обиду будет сказано, но, по-моему, ни черта у него не выйдет!

— На что спорим? — Сразу же почуял выгоду Кэйрисар, насмешливо меня разглядывая.

— А что ты предлагаешь? — Включился в игру, понимая, что теперь он от меня уже не отстанет, пока либо не докажет, что его брательник чего-то стоит, либо тот не облажается.

— Как только найдём принцессу, ты даёшь мне фору, в налаживании с ней отношений, — тёмный хмыкнул, увидев, как я скривился. — Это если я выиграю. А если ты, то наоборот, я даю тебе фору. Ну так что?

— Отлично, — протянул ему руку, и мы скрепили наш договор крепким рукопожатием, которое Кэй разбил, тем самым установив факт спора и ставки в нём.

— Надеюсь, мухлевать не будем? Или как всегда, а? — Подколол меня кайш'ларит, но не успело я ему что-то на это возразить, как он вскинул руку в предупреждающем жесте и кивнул головой на дверь.

Та словно ждала его подачки и распахнулась, прижав каким-то образом забравшейся сюда кошке пушистый хвост. Несчастная киса издала пронзительный мявк и бросилась… На меня. Не понял, а я-то тут причём?!

Схватив кощару за шкирку, поднял её до уровня глаз и погрозил пальцем, за который меня беспощадно укусили. Вскрикнув невольно, выпустил животное и подул на пострадавшую конечность. Нет, тут определённо какая-то атмосфера странная. Я бы даже сказал, слишком странная! Иначе, почему на меня всякие неприятности валяться, а?

Отвлёкшись от мыслей о той полосе невезения, что соизволила посетить меня после приезда в империю магов, перевёл взгляд со сверкающей злыми зелёными глазами кошки на вошедшего. И, впервые в жизни, пожалел, что язык нашей расы не столь богат на ругательства, как у тёмных. Впрочем, это, опять-таки, смотря, как использовать имеющиеся приличные выражения.

Итак, к нам вернулся Оршан.

Или не он? Кто его знает, как ему нравиться выглядеть. Как недодевушка или же как почти мужчина?

— Я пошёл, — коротко и ёмко выдал парнишка, одевшись в кои-то веки как нормальный (относительно) человек (что тоже не явно): простые штаны, кожаные сапоги, белая хлопковая рубашка на завязках, жилет и чёрный плащ. В общем, вроде как и по размеры всё и к лицу… А всё равно у меня остаётся такое ощущение, что в нём что-то неправильное есть.

— Что, напутствие выдать? — Язвительно поинтересовался Кэйрисар и указал ему на выход. — У тебя есть время до утра. А мы пока переоденемся, приведём себя в порядок и отдохнём.

— Только ничего тут не трогайте! — Посуровел Оршан и, чеканя шаг, удалился из комнаты. Спустя минуть пять, раздалось недовольное ржание, заставившее нас слегка напрячься. Не узнать кобылу тёмного просто невозможно.

— Слушай, если что, мы его не знаем, никогда не видели и хоронить не будем! — Громким шёпотом предупредил меня Кэйрисар, потянувшись и отправляясь вглубь дома. — А пока давай отдохнём, переоденемся и поспим. У меня такое впечатление, что ты сейчас уснёшь прямо здесь.

— Угу. И я даже могу тебя заверить, что оно вполне себе верное, — пробормотал, снова отрывая свой королевский зад от кресла и плетясь следом.

Спустя два часа я мог с уверенностью заявить, что этот день без каких либо усилий получил почётное звание — самый хреновый в моей слишком долгой жизни.

Впрочем, обо всём по порядку, пусть и кратко.

Для начала мы решили выбрать себе по комнате, где можно было бы разобрать вещи, переодеться и потратить часть времени вместо тупого ожидания на собственный внешний вид. Точнее, на его создание. Учитывая, сколько времени мы провели в дороге, то выглядели не очень, культурно выражаясь.

На втором этаже коттеджа имелось четыре, хорошо обставленных, спальни. И все они, к нашему с Кэйрисаром вящему изумлению, оказались… Заняты!

И кем? Парнями! Что вообще творится в этом городе?! Проблема с жилплощадью что ли? Массовая? У всей мужской части населения?!

Разборки с посторонними личностями, которым не посчастливилось в этот день встретить настоящего владельца данных апартаментов, заняли где-то полчаса, и за это время до меня дошло, что выспаться не получится. Ну только если кто-то будет настолько «добрым», что просто вырубит меня отнесёт бесчувственную тушку в комнату, устроив на кровати.

Дальше больше. Видимо, за сегодняшний день жизнь решила выдать нам авансом несколько пригоршней с неприятностями, что бы в будущем не расслаблялись. Поэтому вытолкав нелегально поселившихся здесь личностей, мы обнаружили, что вода имеется только в колодце, а туалет напоминает интересную помесь курятника с коровником и амбаром, для хранения сена. Что подобное возможно увидеть в наше время, я даже и не предполагал. Нет, о способностях предков находить несколько вариантов применения отдельным вещам, я наслышан. Но увидеть это воочию…

— Я это вижу или мне снится кошмар? — Громким шёпотом поинтересовался Кэй, совершенно не по-королевски уронив челюсть и старательно пытаясь вернуть глазам нормальную форму. Подозреваю, что выгляжу ничуть не лучше товарища, но ради собственного спокойствия в ближайшие зеркала не смотрю!

— Тебе соврать или сказать правду? — С трудом справившись со своим голосом, поинтересовался, рассеянно почесав затылок.

— Промолчи. Хоть раз в жизни, а? — Страдальчески простонал тёмный, отворачиваясь от занятного строения.

Вот дан деревянный, прямоугольный ящик, размером где-то три метра на полтора. Условно, конечно. С дверкой, в коей добрые соседи вырезали дырочку в форме некоего жеста, с оттопыренным средним пальцем. Видимо, чувство юмора до сих пор осталось на той же стадии развития, как и несколько сотен лет назад. Ещё есть выгребная яма под этим строением, не очень глубокая, метра три в землю. Иди два? Попросить что ли Оршана лично измерить, когда вернётся?

Правда, даже это ещё цветочки с тем, что сделали «умельцы». Кто-то особо предприимчивый вбил над седалищем (специальная дырка для исполнения естественных нужд организма была вырезана так же в форме всё того же жеста, тут фантазия иссякла, на большее их просто не хватило) две деревянные дощечки, не очень широкие, кстати. И устроил на них…

Ну кто бы мог подумать! Насест для куриц он устроил. С гнёздами. Вытекающие последствия прилагались в комплекте.

Но это ещё не совсем ягодки. Так, завязь, после цветочков.

Если курицы это ещё лёгкая форма беды, то за ними следовало более тяжёлая, что вполне могла привести к трагическим последствиям. От нечего делать, те же создатели рукотворного чуда, коим сейчас являлся обычный уличный туалет, решили, что для одного человека и десятка несушек с одним несчастным, полуощипанным петухом, здесь слишком много места. И додумались конструкторы до потрясающих нововведений! В двери проделали дырки, пониже уже имеющейся, и прикрепили к нижнему краю, с внутренней стороны, ясли, для кормёжки скота. То есть коров. Отверстие же было такой величины, что туда смело мог пролезть взрослый человек, что уж говорить про морду представительниц отряда парнокопытных!