— Темный, — ласково пропела я, чувствуя, как сердце решило устроить внеплановый забег галопом по грудной клетке, — Откуда ты взял, что ты меня вообще знаешь?

Кэйрисар только усмехнулся. Закончив с промыванием, он придирчиво выбрал какие-то травы, которые я даже не успела толком разглядеть, растер их в порошок и, сложив к деревянную чашку, залил кипятком.

— А вот этого делать не стоит, — попыталась я отодвинуться от темного, который явно готовил припарку для раны, — Я от твоего первого лечения чуть копыта не отбросила!

— Отодвинешься еще чуть дальше и упадешь со стола, — хмыкнул кайш'ларрит, от которого не укрылись мои попытки сделать ноги, — Я уже понял, что ни моя, ни Михаэля магия на тебя не действует. И того мальчишки, по всей видимости, тоже. Не объяснишь ли мне значение столь любопытного феномена?

— А может тебе сразу всю мою родословную выдать? — ухмыльнулась я, наблюдая, как темный ровным слоям накладывает припарку из трав прямо на открытую рану. К его чести, ничего вредного среди трав, если судить по запаху и ощущениям, точно не было. Следом за припаркой, мою руку быстро и ловко перебинтовали. Так, вот теперь-то этот целитель-самоучка местного разлива соизволит меня развязать, чтобы я с чистой совестью смогла его прибить к бесовой прабабушке и феиному дедушке?!

Нифига. Вместо этого, кайш'ларрит, подцепив двумя пальцами веревки, которыми были связаны мои руки, встал сбоку от стола и резко дернул вверх. От неожиданности я расстелилась поперек стола, и даже моргнуть не успела, когда темный навис надо мной с улыбочкой, которая не предвещала ничего хорошего:

— А я ведь и сам могу выяснить всю правду.

— Что, темный, любопытство покоя не дает? — усмехнулась я, даже не собираясь волноваться. Хотя от него можно всего ожидать, вот только после Охотников бояться его по меньшей мере глупо, тем более, что я отсюда слышу шаги Хени, спускающегося по лестнице. Но какого же тогда ляда у меня так бешено колотиться сердце?

— Рано или поздно я удовлетворю свое любопытство, — спокойно известил темный и, чуть отстранившись от меня, прочертил когтем дорожку по моему лиц, вдоль линии скулы, а затем по шее и спустился к линии декольте. При этом руки мои он отпускать не сбирался, прекрасно осознавая, что ими он тут же и получит.

— Ты об этом еще пожалеешь, темный, — пообещала, пытаясь взять себя в руки, чтобы не дернуться от его прикосновений. Нельзя показывать свои страхи, нельзя… Так, тормозим на повороте, я что, его боюсь? Определенно нет. Тогда какого пьяного гремлина у меня мурашки по коже?!

— Это того стоит, — усмешкой ответил Кейрисар и, убрав руку, угрожающе наклонился вперед, к моему лицу…

— Что здесь происходит?!

Хени…

Черт, кучеряшка, как же я иногда тебя все-таки люблю!

Старший принц Темной империи, Кэйрисар Нийт'Ванд.

— Что здесь происходит?! — в голосе парнишки, который неожиданно нарисовался на моей же собственной кухне и испортил все удовольствие от игры с девушкой, послышались повелительные нотки, которые заставили меня мысленно скрипнуть зубами. Все удовольствие, гад, обломал, а я ведь рассчитывал славно повеселиться!

Заставить эту нахальную и язвительную брюнетку меня бояться и уважать — это теперь вопрос чести. Не могу же я посрамить собственную репутацию? Тем более что мне потом Мих спокойно жить не даст.

Усмехнувшись, я перевел взгляд на брюнетку… и чуть не выругался. Да плевала она на уважение к моей более чем скромной персоне с самой высокой колокольни во всех империях! В выразительных карих глазах застыла немая усмешка, а уголки пухлых губ едва заметно приподнялись, обозначив уже вполне реальную насмешку, полную сарказма. Я иногда подозреваю, что сарказм — это пожизненный попутчик этой особы и без него она ну просто не выживет.

Но все-таки привычка, она же вторая натура, взяла верх и поэтому я, послав брюнеточке одну из своих самых обворожительных и многообещающих улыбок, с видом победителя неспешно покинул кухню, благополучно миновав стоящего в дверях аристократа, который внешне (!!!) оставался абсолютно спокойным и даже равнодушным. Вот только кажется мне, что парень уже мысленно меня не только придушил, но и расчленил и тихо прикопал где-нибудь в Нейтраральном лесу, что бы его Хранительница могла каждый день приходить и глумливо отплясывать на моей могилке. Впрочем, думаю, и Алладия не откажет себе в этом удовольствии. Хотя, кто знает, может и Михаэль присоединится к этой расчудесной компании? Надо будет вспомнит на досуге список своих прегрешений в отношении этого светлого и по возможности исправить ситуацию. Нет, ну мало ли что?

Не встретив по пути Михаэля, которому можно было бы пожаловаться на жизнь, я тихо выругался и обустроился в гостиной с первой попавшийся под руку книгой и бутылкой вина. Хотя с пребыванием в моем доме «долгожданных» гостей, некогда любимая и тихая гостиная перестала быть спокойным местом и стала больше походить на место боевых действий. Оставалось только надеяться, что на сегодня мой пернатый друг и эта брюнетистая стервочка закончили свои разборки, и дадут мне немного передохнуть. В чем я очень сомневаюсь, если честно…

Впрочем, остаток вечера прошел относительно тихо. Парочка «Алладия + Хени» прочно обосновались на кухне, и что они там делали, я предпочел не выяснять, впрочем, как и дегустировать плоды их бурной и совместной деятельности. Ну их, здоровье дороже, а от того запаха, что доносился с кухни, у меня уже раз пять желудок сводила, и отнюдь не от голода, вызванного «приятными» запахами! Кстати, к ужину меня позвал Хени, и, судя по многозначительной улыбке на его лице, у меня возникло два варианта ее значения. Первый: они хотят меня отравить. Второй: парень явно глумиться над тем, что принцесса доверяет свою персону только ему, а ко мне и к светлому не приблизится даже в случае крайней необходимости. Если честно, то мне больше понравился первый вариант, хотя… хотя и второй особого протеста не вызывал. Может причина в том, что мои мысли постоянно сводились не к плану завоевания возможной будущей супруге, а к соблазнению некой очаровательной, хоть и языкастой брюнеточки?

О, кстати, а куда эта стервочка подевалась?

Впрочем, если верить моим чувствам и магии, ни ее, ни Оршана, ни Михаэля сейчас в доме нет. Ну, со светлым-то все понятно, он пошел проветриться и осмотреть город, который я сотни раз уже видел, а по сему и наотрез отказался составить ему компанию. Дружище, пообещав мне страшную и обязательную месть, отправился с гордым видом посещать местные достопримечательности. Впрочем, насколько я знаю, таковых в этом городе нет, так что неизвестно, где этот светлый турист до сих пор шарахается. Впрочем, черт с ним, не маленький, не потеряется.

С Оршаном тоже все понятно. Тот, по всей видимости, вник наконец-то, что его очередное и отнюдь не романтическое рандеву с Касси не пройдет без тяжелых увечий и поэтому спешно покинул дом, и поэтому узнать, где скрывается лучший шпион и информатор нашей семейки, не представляется возможным. Хотя что-то мне подсказывает, что если брюнеточка захочет, то она моего родственничка из-под земли достанет. Угу, и в нее же закопает, если настроение плохое будет. Что ей сделал Оршан, на этот вопрос я так и не добился ответа, впрочем, не очень и хотелось — этот поганец вечно во что-то вляпывается.

Что меня волнует куда больше: куда эта мстительная особа исчезла, да еще и с открытой, хоть и обработанной раной? Если меня запах ее крови ввел в ступор и произвел на свет целую кучу вопросов, то что же будет с темными, что населяют этот город? Вампиров и оборотней еще никто не отменял!

Так, а мне вообще до нее какое дело? До ее чертовски соблазнительного тела еще может быть (да не может, а очень даже!), но не до нее самой!

Кэйрисар, когда ты стал волноваться о здоровье всяких там стервозных брюнеточках? Возьми ка себя в руки дружище, и обрати свое темное королевское внимание на то, что твою невесту на кухне добивается неизвестный тебе аристократ с неясным, а потому и сомнительным прошлым!