— А нельзя чаще двух раз в неделю?

— Дайте попить, а то так кушать хочется, что и переночевать негде, — невесело усмехнулась Ольга. — Перед вашим приездом я говорила со своим шефом. Я ведь наемный работник и не могу свободно распоряжаться своим даром. В моем положении нужно или работать с государством, чего я не хочу, или искать сильного покровителя, иначе я просто не выживу. А у него свои планы на мой счет. Он многое теряет, идя вам навстречу. Делается это по нескольким причинам, и одна из них заключается в том, что вы прикрываете меня от попыток других государственных структур насильственно склонить к сотрудничеству. Я уже сотрудничаю с вами, и баста! И скажите спасибо, что Рогожин сохранил порядочность, другие бы просто вас послали. Скажете, я не права?

— Правы, — вздохнул Горский. — А когда вы планируете нас навестить?

— Да сейчас и планирую. Для таких повреждений, как у вчерашнего клиента, одного сеанса будет мало, нужно провести еще один. Скоро должна прибыть моя машина, тогда и поедем.

На этот раз на больном не было никаких шлангов, как не было и маски на лице, только множество проводов от различных датчиков.

— Аппаратуру для исследования вашего состояния мы подготовим к следующему разу, — сказал Горский, — а пока только понаблюдаем за пациентом. Сколько вам нужно времени?

— От двух до трех часов на тяжелых больных, — ответила Ольга. — Во время лечения я обычно занимаюсь медитацией. Игорь поехал на занятия и должен через три часа за мной приехать, так что вы меня не беспокойте без необходимости до его приезда.

Как всегда, сначала поехали в стрелковый клуб, а уже потом на борьбу. К недовольству Рощина, у Игоря не получалось уделять занятиям больше двух часов в день.

— Так вы сильно затягиваете время обучения, — говорил он. — Необходимо, чтобы приемы отложились у вас в подсознании, а для этого их отработке нужно уделять больше времени, иначе в реальной схватке вы или растеряетесь, или начнете думать и проиграете.

Когда Игорь закончил заниматься, принял душ и переоделся, подошел взволнованный телохранитель.

— Геннадий не отзывается на вызовы! — сказал Сергей. — Я выглядывал из окна второго этажа, но возле нашей машины не видно посторонних. В салоне кто–то сидит, но из здания не рассмотреть. По инструкции нужно вызывать подкрепление.

— А если просто сдох телефон? — неуверенно предположил Игорь.

— И кто пойдет это проверять?

— Давай посоветуемся с Рощиным, — предложил Игорь. — Пусть пошлет кого–нибудь из ребят пройти мимо. Заодно он и посмотрит.

Рощин отнесся к их сообщению предельно серьезно.

— Не вздумайте идти сами, — предупредил он обоих. — Сейчас Сашок смотается в магазин и по пути осмотрит салон вашей машины. А ты, Сергей, в это время сделай несколько вызовов.

Сашок был самым низким, щуплым и обманчиво безобидным в группе Рощина. Насвистывая что–то немузыкальное и помахивая пластиковой сумкой, он вышел из клуба и вприпрыжку направился к небольшому магазину, в котором ребята покупали минералку. Маршрут его движения прошел аккурат по краю площадки, на которой помимо машины Геннадия стояли еще несколько иномарок. Ненадолго зайдя в магазин, он вскоре вышел и тем же путем вернулся обратно.

— Ваш водитель сидит в салоне, — говорил он в своей обычной неторопливой манере. — Руки держит на руле, а сзади за креслом есть кто–то еще. Если идти так, как будете вы, его совсем не видно. Я увидел, только когда миновал машину, да и то плохо. Не мог я там слишком крутить головой. Телефон в салоне курлыкал, но водитель его не брал. Скорее всего, сидит под стволом и боится чихнуть. Когда я шел обратно, осмотрел остальные авто. Все пустые, кроме стоящей неподалеку «хонды». В ней три лба, один из них за рулем, все трое курят.

— Я вызываю подкрепление! — решительно сказал Сергей.

— Если сидящий в вашей машине тип настроен решительно, можете потерять парня, — задумчиво сказал Рощин. — У меня есть идея получше. Но ничего в нашем мире не делается просто так.

— И какая цена твоей идеи? — спросил Игорь, переходя на ты.

— Вы с Ольгой приглашаете меня отужинать в ресторане. Это подойдет?

— Что тебе нужно от моей девушки?

— Только поговорить по заданию серьезных людей и кое–что передать. Это ее ни к чему не обязывает.

— Дня через три, раньше не получится.

— Я, Игорь, никуда не спешу. Если договорились, подождите немного, я сейчас вернусь.

Он вышел минуты на три, после чего вернулся и скомандовал:

— Одевайтесь. Сашок, через несколько минут прибудет «кавалерия», а сейчас твой выход. Вариант — «курильщик». Теми, кто сидит в «хонде», займутся другие. Пойдешь по команде.

Игорь с Сергеем вышли в фойе и взяли в гардеробе свою одежду. Рогожин с Сашком последовали за ними, никого другого тренер не задействовал. Минут через десять после того, как они оделись, прошел сигнал по мобильному Рощина. Он кинул взгляд на дисплей и махнул рукой Сашку. Тот целеустремленно направился к магазину, по пути распаковывая новую пачку сигарет. Когда он поравнялся с машиной Геннадия, оказалось, что в зажигалке закончился газ. Попытка добыть огонь успеха не имела. Зажав сигарету в зубах, Сашок осмотрелся и радостно устремился к «Форду». Постучав в заднюю дверь, он одной рукой показал на салон, а второй на не зажженную сигарету. Видимо, парня послали, потому что он начал яростно жестикулировать, а потом снова постучал в стекло. Когда сидевшему на заднем сидении мужчине это надоело, он, приоткрыв дверцу, протянул вымогателю зажигалку.

Ухватив одной рукой запястье «благодетеля», парень рывком выдернул его из кабины, при этом вторая рука нанесла удар, отправивший здоровенного мужчину в беспамятство. Сидевшие в «хонде» ничего не успели предпринять: на площадку с обеих сторон, блокируя движение, въехали два «джипа». Распахнулись дверцы, и из машин повалили спецназовцы в касках и бронежилетах с короткими автоматами в руках, которые они сразу же недвусмысленно навели на пассажиров «хонды».

— Теперь можно на выход, — сказал Рощин. — Пойдем посмотрим, что с вашим шофером, заодно поговорим с ребятами.

Они подошли к своей машине, когда два бойца оттаскивали вырубленного Сашком бандита. Остальных мордоворотов уже вытащили из «хонды», разоружили и скованными рассаживали по «джипам».

— Товарищ майор! — доложил выбравшийся из салона боец невысокому крепышу, ничем по внешнему виду не отличавшемуся от остальных. — В салоне был парабеллум с глушителем. У «клиента» в кармане куртки нашли к нему два магазина.

— Привет, Саша, — поздоровался с ним Рощин. — Все воюешь?

— Привет, Алексей! — в тон ему отозвался спецназовец. — А тебе еще не надоело обучать бизнесменов? Это с тобой потерпевшие?

— У нас тут один потерпевший, — сказал Игорь. — Ты как, Гена?

— Отделался испугом средней тяжести, и синяком на скуле, — пошутил покинувший машину Геннадий. — Врезали, когда попытался рыпаться, и пригрозили пристрелить, если не поумнею. По–моему, не шутили.

— Какие уж тут шутки, — проворчал тот, кого боец назвал майором. — Клиенты первосортные. Хотя в розыске числится только один, зуб даю, что на каждого можно накопать, по крайней мере, на червонец. Не скажете, чем вы их так обидели?

— Мы их вчера видели у дома генерала полиции Михайлова, — ответил Игорь. — Жена лечила внука Дмитрия Алексеевича, из–за чего на нее попытались наехать представители какой–то частной фирмы, которая раньше безуспешно лечила мальчишку по договору с матерью. Генерал их выгнал, а задержанные вами типы, скорее всего, были группой силовой поддержки.

— Ладно, — сказал майор. — Мы не станем вас сейчас задерживать и снимать показания, это можно сделать и позже. Послушаем сначала, что будут петь задержанные. А по фирме наведем справки.

Ольгу вывела из медитации суета врачей, вызванная тем, что больной пришел в сознание. Она поднялась со стула, чувствуя легкую слабость, и вышла из палаты.