– Да ёб твою мать, уж почти всё. Давай уже. – Она схватила затылок чистокровного и ткнула его лицо себе в промежность. Он понял намёк.

– А я-то почти и забыл, как ты громко орёшь, – сказал Шип из-за стола, когда Генри появилась. Она всё ещё чувствовала, как часто бьётся её сердце, но теперь это уже заканчивалось. Выражение лица Шипа напоминало улыбку, но по нему сложно было что-либо сказать.

– Ничё не могу поделать. Мне нравится открыто выражать свои чувства, – ответила она, по-волчьи ухмыляясь и показывая как можно больше зубов.

Спустя несколько мгновений пьяница сел рядом с кружкой пива в каждой руке и довольным видом на симпатичном лице.

Генри отметила, что Шип прищурил глаза, глядя на пьянчугу.

– Я решила его не гнать, – сказала она им обоим.

– Он так хорош? – спросил Шип, по-прежнему буравя пьянчугу взглядом. Генри лишь хмыкнула в ответ. – У него есть имя?

– Э-м-м… – Генри не пришло в голову спросить.

– Есть, милостивый государь. Я имею честь называться Андерсом. И совершенно точно большая… хм… честь для меня познакомиться с вами, мистер Чёрный Шип.

Генри увидела, что правая рука Шипа тянется к топору. Её собственная рука прикоснулась к рукояти кинжала. Ей не хотелось убивать Андерса, да ещё в своей таверне, хотя в красном цвете заведение выглядело бы неплохо.

– Объясни-ка, откуда знаешь моё имя, – спокойно сказал Шип.

– Хм, – проворчал Андерс с полным ртом пива, а потом сглотнул, увидев обнажённое оружие. – Несложно прийти к такому заключению. Эта милостивая госпожа называла вас Шипом. – Генри нравилось, когда её называют госпожой. Так она чувствовала себя кем-то важным, или что-то вроде того, но она не собиралась этого показывать. Не тогда, когда ей, возможно, придётся убить чистокровного ублюдка. – Принимая во внимание ваше… хм… лицо. Вы, должно быть, Чёрный Шип, прославленный убийца и вор. – Андерс закончил ухмылкой, а потом снова набрал полный рот пива, словно это был его последний глоток.

Шип не выглядел убеждённым, но всё равно убрал топор. Генри последовала его примеру.

– Чтоб без резких движений, – сказал Шип Андерсу. Тот лишь улыбнулся в ответ улыбкой пьянчуги.

– Так Генри, как те досталось это заведенье? – сказал Шип, откидываясь на спинку стула к стене. Своим одним глазом он уставился на неё.

Генри фыркнула.

– После… – она снова почувствовала, как поднимается гнев, и решила, что некоторые истории лучше начинать с середины. – После того, как я приехала в Солантис, начала тут ошиваться. Вроде ничё так местечко, и никто особо не парится, если кто-то из местных вдруг пропадёт. Иногда эт единственный способ поднять деньжат. Заправляла тут пожилая дама, вся такая сморщенная. Называла себя Элисс, и эта старая сука вроде как привязалась ко мне. Говорила, что увидала во мне себя в молодости. Пустила жить здесь, ага, и сказала, что могу работать, если тока перестану убивать за деньги. Где-т месяц спустя она просто сказала, что заведенье теперь моё. И Джозефу тож сказала, а потом просто собралась и свалила. И не возвращалась, так что… заведенье моё.

– Никогда не думал, что ты из тех, кто станет заправлять таверной, Генри, – сказал Шип. – Изувеченной рукой он почёсывал вокруг глазной повязки. – И не думал, что ты знаешь, как это делается.

– Блядь, Шип, я никакого понятия не имею, как заправлять заведеньем. Просто даю Джозефу ошиваться тут с напыщенным видом, словно чё-то понимаю. – Они оба посмеялись. Андерс поднял глаза на весёлые звуки, немного поводил кружкой и снова положил голову на стол.

– Так Шип, у тя план-то есть? – спросила она его.

– Слегка намахнуть разве на план не похоже?

– По-моему, ты легко можешь надраться в говно не хуже Андерса.

Шип улыбнулся, по крайней мере Генри решила, что это улыбка, и по правде говоря, она казалась немного грустной.

– Я уже не пью, как раньше, Генри. Но коль у тя найдётся пара монет взаймы, я б почистился, да одежонку нормальную прикупил, а после нашёл бы работу.

– Ага, – Генри снова по-волчьи ухмыльнулась. – Одно условие. Возьмёшь Андерса и приоденешь.

Шип громко застонал, но всё равно согласился.