- Надеюсь, он будет держаться так же низко, - сказал Джим.

Он отвернулся и принялся надевать на себя доспехи. Жиль и Брайен, закончив облачение в свои доспехи, уже были готовы выйти на палубу. Они оба помогли Джиму вооружиться. Вскоре все взобрались по трапу и согнулись под трехфутовой надстройкой на нижней палубе.

Впереди, там, где борта сходились под острым углом, Эдуард и три члена его команды соорудили трехстенное, с крышей, укрытие примерно в шесть с половиной футов высотой. Оно было сделано из грубых досок, в два раза более толстых, чем те, которые он использовал для сходней, чтобы погрузить лошадей.

Доски были связаны между собой, а не сбиты, и Джим увидел сквозь щель, что рулевое весло закреплено в таком положении, чтобы корабль следовал точно по ровному попутному ветру.

В укрытии хватало места, чтобы там встал Дэффид, повесив перед собой на гвоздь колчан со стрелами. Он мог стрелять оттуда как вперед, так и по сторонам через восемь длинных щелей от пяти до восьми дюймов шириной. Сейчас Дэффид стоял, держа в руках лук с наложенной стрелой, но в приближающегося неприятеля пока не стрелял.

Четыре моряка повернулись, когда Джим, Брайен и Жиль выбрались к ним; Эдуард удивленно уставился на Джима и застыл, разглядев герб на висящем на его левом плече щите. Команда, как и он, повернувшаяся на звук, увидя такую реакцию своего шкипера, тоже посмотрела на Джима и тоже застыла, переводя взгляд с лица на щит и обратно, наполовину озадаченно, наполовину со страхом. Джим открыл было рот, чтобы заговорить со шкипером, но тот его опередил.

- Милорд! - воскликнул он. - Я не знал.., милорд и в самом деле Рыцарь-Дракон?

- Да, - сказал Джим, - только я не ожидал, что ты узнаешь меня.

- Я более англичанин, чем француз, милорд, - ответил Эдуард, - но даже если бы я был обыкновенным французом, не мог бы не слышать о Рыцаре-Драконе, молва о деяниях которого достигла по крайней мере этой части Франции. Этот герб хорошо известен здесь, так же как и в Англии. Если я не ошибаюсь, милорд и раньше бывал на французской земле?

- Да, - сказал Джим, - и эти рыцари вместе со мной. О них ты тоже слышал?

Эдуард посмотрел на щиты Брайена и Жиля, потом перевел удивленный взгляд на Дэффида, который, не обращая на него внимания, сосредоточился глядя прямо перед собой, в щель защитного сооружения. Эдуард снова взглянул на Джима. На его лице появилось странное выражение.

- Маг - сказал он, - для меня честь хоть раз в жизни встретиться со всеми вами, пусть даже в такой момент. Но особая честь встретить волшебника такого ранга и такой репутации.

- Не следует обращаться ко мне как к магу, - устало проговорил Джим. Сколько раз и скольким уже людям он пытался это объяснить? - Как у волшебника у меня очень низкий ранг. Обращение "маг" относится к тем кто достиг самого высокого ранга. Ты можешь обращаться как к магу к Каролинусу, моему учителю, и будешь прав; ты мог бы так обращаться к Мерлину, если бы жил в его время. Обращайся ко мне просто "милорд", как и раньше.

- Как милорд пожелает, - ответил Эдуард. - И все равно я счастлив находиться среди таких легендарных рыцарей. Это дает мне надежду, что мы все же победим.

- Не стоит ожидать слишком многого, - сказал Джим, - в конце концов, мы всего лишь люди и не в силах сделать невозможное. Возможно, этот Кровавые Сапоги осилит нас, точно так же, как это сделали бы латники, если бы Секох не превратился обратно в дракона.

- Вот тогда-то я и заподозрил, что милорд не простой смертный, - сказал Эдуард. - А разве драконы могут превращаться в людей и обратно, как оборотни? Я этого не знал.

- Нет без посторонней помощи они этого не могут - сказал Джим. - Но раз уж разговор коснулся Секоха, то ты видел, как он только что улетел; я послал его посмотреть, не найдет ли он помощи от другие драконов. Я не знаю, на что мы можем рассчитывать без этой помощи.

- Сначала у меня вообще не было надежды... - начал Эдуард, но его прервал глухой стук, который, казалось, раздался прямо у него за спиной.

- У них, похоже, есть лишние стрелы для арбалетов, - прокомментировал Дэффид, не отрывая взгляда от щели перед собой. - У меня стрел менее тридцати, и каждая должна убрать их человека, потому что, когда они кончатся, я буду уже не лучником, а просто еще одним человеком с ножом.

- Почему же ты тогда не стреляешь? - спросил Эдуард.

Не проронив ни слова, Дэффид указал на доску, которая покрывала его убежище. Острый металлический наконечник стрелы дюйма на полтора высовывался из доски. Эдуард тихо выругался.

- И это через двойную толщину! - сказал он. - С близкого расстояния они пробьют доску насквозь. Но почему ты не стреляешь в ответ, лучник?

- Ты не заметил, что стрела ударила сверху вниз? Она взлетела настолько высоко, насколько ее сумел пустить арбалетчик, и все равно не упала точно. Она так глубоко вошла в дерево больше из-за силы падения, чем из-за своей первоначальной силы. Но то, что падает сверху, когда-нибудь прилетит и снизу, и это правда, что с близкого расстояния она не только пробьет доску, но и пролетит насквозь. Это мощное оружие, арбалет, хотя медленное и неуклюжее. А почему я не стреляю, посмотри сам, шкипер. - Дэффид немного подался назад, а Эдуард сделал шаг вперед и заглянул в бойницу.

- Клянусь всеми святыми! - воскликнул шкипер. - Он все еще на том же расстоянии от нас.

- Вот именно, - сказал Дэффид. - Сейчас отсюда, с моим луком и умением, я могу попасть в любого на том корабле, но не уверен, что убью того, в кого целился. А раз у меня, как я уже сказал, менее тридцати стрел, я попридержу их, пока каждая не сможет выполнить свою задачу. Займись своим кораблем, мастер шкипер, а работу лучника оставь мне.

Эдуард отступил:

- Конечно, прости меня за мое нетерпение, мастер лучник.

- Извинения приняты, - сказал Дэффид, опять уставившись в бойницу. - Я начну стрелять, как только буду к этому готов.

Эдуард повернулся к остальным:

- Нам всем лучше укрыться, пока они не подойдут поближе. При таком легком бризе мой корабль не может двигаться быстрее, а даже если бы и мог, Кровавые Сапоги все равно плывет еще быстрей. Его корабль больше нашего, его паруса больше наших, и его корпус быстрее движется по воде.