НОЧНОЙ ПЕРЕПОЛОХ.

Хотя дон Мигель и говорил жене, что прямо на следующий день после разбирательства они уедут в Испанию, на деле оказалось, что выбраться из Парижа им весьма непросто. Против его отъезда был Людовик, выразил недовольство и Йорк, а от папы пока не было ответа на его просьбу об отставке. Из Лондона примчался взволнованный происходящим епископ Отемский.

- Вы не можете вот так всё бросить! - горячо доказывал он. - Без вас мы не справимся!

Дон Мигель относился к людям, уверенным, что на все милость Божия. По крайней мере, в оценке своего влияния на ход европейской истории его отнюдь не заедала гордыня. Он уже сделал свое дело, теперь была очередь других отличаться на дипломатическом поприще.

- Остались детали, ничего не значащие мелочи,- лениво отмахивался граф от вразумлений собеседника,- два года назад в Пикиньи был подписан мирный договор с Эдуардом. С остальным справитесь и вы! Я же написал его святейшеству прошение и жду ответа.

Да Вито не соглашался, горячился и приводил ему различные, весьма разумные доводы, но дон Мигель, как говорится, закусил удила.

- Эта мерзкая история - знак свыше, воля Господа,- отвечал он на все уговоры,- предостережение мне! Только благодаря Всевышнему, мне удалось выбраться из этой катавасии, не потеряв головы. Ведь настоящее чудо Господне, что юные простушки в один голос подтвердили мою невиновность. Счастье, что у меня оказался другой цвет волос, чем у пройдохи, обесчестившего их!

Асканио да Вито только разводил руками, слушая эти смиренные речи, зато Людовик был более откровенен и деловит.

- Оставайтесь, граф, во Франции! Я предлагаю вам сменить сюзерена, - в приватной беседе предложил король упрямому испанцу,- Фердинанд имеет подчиненное положение в паре Изабелла - Фердинанд. А служить женщине занятие неблагодарное - они капризны, тщеславны, больше следуют велениям сердца, чем разума! Изабелла вышла замуж против воли своего брата, узурпировала власть, и слишком большое значение придает религиозному рвению. Я знаю, что вы набожны не менее чем её величество, но для светского государя, поверьте, это минус! Государством не должны управлять личные духовники коронованных особ!

Такой прозрачный намек на Торквемаду не понравился дону Мигелю.

- Позвольте с вами не согласиться, ваше величество,- живо возразил он,- Францию нельзя сравнить с Испанией! И что хорошо для одной страны, вредно и даже опасно для другой. Мы уже не один век представляем собой авангард борьбы с самым опасным врагом христианства - исламом. Европа пережила только несколько крестовых походов, моя же страна находится в беспрестанном крестовом походе! В этих непростых условиях догматы веры являются самым главным, за что нужно держаться. Если мы будем снисходительны даже к малейшему отклонению от доктрины, то ислам поглотит нас, как сказочный змей! Другая опасность - иудеи, злокозненные христопродавцы! Во всей Европе не найдется их столько, сколько в наших королевствах!

Фанатичный огонь в глазах испанца сказал королю о многом, но он все-таки счел нужным, тяжело вздохнув, кротко заметить:

- Евреи, конечно, нехристи, но, честно говоря, где они - там процветание!

Дон Мигель взвился до потолка, как будто получив удар в самое чувствительное место. Граф ненавидел этот аргумент, от кого бы он ни исходил!

- Это не что иное, как уловка дьявола! Своими деньгами иудеи застят взор христианским правителям на совершаемые ими бесчинства! Дают в долг, ссужают необходимыми суммами, а сами, тем временем, подпольно открывают свои капища. Даже мусульмане и те признают Иисуса, а евреи отрицают его существование! Это очень опасно для неокрепших душ! Что же касается вашего предложения то, собственно говоря, ведь я не безземельный рыцарь, которому все равно, какому государю служить! У меня в Испании лен, и лен весьма богатый и обширный. Пора послужить своему королю!

Людовик согласно кивнул головой. Что ж, неудачная попытка то же многого стоит, и как знать, каким образом повернется жизнь?

- Дело ваше, но если у вас все-таки возникнет желание сменить сеньора, запомните, что вас ждут во Франции!- и в заключение разговора король поинтересовался делами графини. - Как ваша очаровательная супруга? Дама Стефания - одна из красивейших женщин, которых мне приходилось видеть! Вы счастливец! Хотя, если бы у меня кто-нибудь испросил совета, то я бы посоветовал жениться на женщинах более скромных и незаметных!

- Если бы этот кто-нибудь поинтересовался и моим мнением, сир, то я бы дал такой же совет,- горько усмехнулся граф,- но, увы, когда я женился, около меня не оказалось мудрого советчика! Донна Стефания занята сборами в дорогу.

Стефка действительно находилась в заведенном состоянии.

Со времени приезда епископа муж ни разу не посетил супружеской спальни. В доме постоянно толкалось огромное количество народа и дон Мигель, казалось, вообще забыл о существовании супруги, встречаясь с ней только за столом в обществе обширнейшей компании. Граф то закрывался в кабинете допоздна с Гачеком и епископом Трирским, то проводил бесконечные консультации с епископом Отемским, а потом на пять дней уехал в аббатство Виктория.

Единственным, что он счел нужным сказать жене на прощание, был запрет покидать дом без Терезы. Докука в лице занудной испанки была невыносимой. Правда, её неизменное присутствие мешало кардиналу Бурбонскому перекинуться с графиней даже словом. Впрочем, она и без слов понимала, что нужно иногда навещавшему их прелату.

- Я хотел бы, мадам,- наконец, вышел из себя тот,- увидеть вас в своей исповедальне!

- Донна Стефания имеет духовного наставника, выбранного для неё лично супругом!- иногда Тереза в своей узколобости переходила все рамки приличий.

Кардинал покидал их дом хмурый как туча. А ведь Карел настоятельно просил Стефку быть помягче с волокитой!

- Я завтра буду на вашей проповеди, ваше преосвященство! - попыталась скрасить бестактность компаньонки графиня, бросив рассерженный взгляд на докучливую дуэнью.

Но кардинал не принял от неё эту оливковую ветвь.

- Я столько сделал для вашего брата,- откровенно буркнул он,- что хотел бы видеть большую благодарность от его сестры!

- Вся, на какую я только способна благодарность - ваша, святой отец!

- Хотелось, чтобы вы доказали это делом!

У Терезы хватило ума промолчать, пока за прелатом не закрылась дверь, но потом она кинулась за объяснениями.

- О каком деле говорил вам его преосвященство?

- О пожертвованиях на нужды церкви, дорогая! А вы о чем подумали?

О чем бы та ни подумала, она плотно сжала губы, всем видом демонстрируя недовольство. Но что была Стефке упрямая испанка? Досадная мелочь, не более, другое дело - кардинал!

- Карел просил меня быть любезной и милой с этим распутником,- изливала Стефка душу тайком просочившемуся на кухню Вийону,- но как в данном случае сохранить в целости баранов и накормить волков? Ума не приложу!

Вийон приходил глубокой ночью даже не из-за Терезы, а из-за бешено ненавидящего его Тибо. Шут при виде соперника по ужимкам мог поднять такой вопль, что Хельга, прежде чем впустить ночного гостя, всегда удостоверялась, что карлик уплелся восвояси.

Сердобольная Стефка подкармливала бродячего поэта запрятанными с вечера продуктами и, по-прежнему, ссужала краденными из карманов мужа монетками. Только теперь она была крайне осторожной и брала самую малость. Вийон отнесся к её бедам с живейшим сочувствием.

- Ишь,- осуждающе помотал он головой, жадно обгладывая мосол, - разлакомился пузан! Мало ему тех милашек, которые за звонкую монету пускают его к себе под одеяло! Прямо возмущение берет, когда церковники насылают на нас громы с молниями за то, что мы разок перекинемся в картишки или съедим хрящик в пост. А сами? Дают обет безбрачия и усиленно набивают животы девчонкам бастардами!

- Я боюсь, что получив окончательный отказ, кардинал насоветует моему супругу устроить мне какую-нибудь пакость под видом очередного божьего суда! А тот, чтобы отделаться, способен послать меня прямиком на луну!