Все же я уговариваю себя выбраться из машины, подняться по лестнице и позвонить в дверь. Сьюзен открывает мне дверь, и ее улыбка медленно сползает с лица. Она выглядит немного озадаченной моим появлением, но она ведь должна была предполагать, что рано или поздно я все равно приеду.

Сьюзен всегда выглядела очень молодо для своих практически пятидесяти лет. Светло-каштановые длиною до плеч волосы, мелкие морщинки вокруг серых глаз. Ничего похожего на меняющуюся радужку глаз Ксандера. Он, должно быть, унаследовал цвет глаз от обоих родителей, потому что таких еще ни у кого не было.

- Эйвери, - с осторожностью поприветствовала она меня и отступила, пропуская внутрь. – Входи. Я как раз собиралась выпить кофе.

Она закрывает дверь, и я следую за ней через фойе дальше по длинному коридору, и мы оказываемся в кухне. Я сажусь за стол рядом с окном и выглядываю в огромный сад.

- Кофе со сливками и сахаром, верно?

Я поворачиваюсь к ней, и наши глаза встречаются:

- Я не хочу кофе, Сьюзен.

- А как на счет чая? – она берет в руки заварочный чайник.

- Нет.

- О, у меня есть эти просто фантастические кексы из городского кафе, - она берет корзинку с выпечкой и ставит в центр стола.

- Сьюзен… - я в отчаянии провожу рукой по волосам. – Я здесь не для того, чтобы завтракать. Думаю, мы обе понимаем, зачем я здесь.

Она встает рядом со столом и пристально смотрит на меня. Я жестом указываю на место с противоположной стороны стола, и она садится. Мы не отводим глаз друг от друга, но ни одна из нас не произносит ни слова. Разговор, которому суждено произойти, повис в воздухе, но я практически боялась его. Я не хотела, чтобы и Сьюзен исчезла из моей жизни. Но я знала, что ее забота обо мне не была ради меня самой.

- Итак, все эти годы все, что ты для меня делала, было ради Ксандера, - хриплым шепотом, совершенно не узнаваемым для меня, говорю я.

- Нет, - возражает она, пытаясь дотронуться до моей руки, но, кажется, догадавшись о моей реакции, она кладет свои руки обратно на колени.

- Не лги мне, Сьюзен. Не теперь.

Она вздыхает:

- Никогда я это не делала ради Ксандера. Это всегда была забота о маленькой девочке, которая потеряла все. Впервые я увидела тебя на похоронах твоих родителей.

Я пытаюсь вспомнить, видела ли Сьюзен, но не могу. Весь день тогда прошел как в тумане. Многочисленные незнакомые мне люди, которых я никогда не встречала до того дня, посягали на прощание с моими родителями.

- Я спрашивала у всех, пытаясь выяснить, куда ты пойдешь и кто тебя забирает. Но через некоторое время я узнала, что тебя собираются отдать в чужой дом. Мне было необходимо присматривать за тобой, быть уверенной, что ты в безопасности, поэтому я солгала.

Я крепко сжимаю челюсть. Я пришла сюда не для того, чтобы злиться, но в данный момент именно это я и чувствую.

- Если бы ты была так озабочена моей безопасностью, тогда почему ты не забрала меня? Вы живете в этом роскошном доме, и у тебя было более чем достаточно средств, чтобы сделать это.

Она опускает взгляд на стол. Ее плечи слегка поникли. Через несколько минут она продолжает, не встречаясь с моим требовательным взглядом:

- Я знаю, что ты пришла сюда за правдой.

- Так дай мне ее. Ты мне ее должна не меньше других.

Я складываю руки на столе и жду. Она смотрит на меня:

- Честно, я хотела помочь тебе, но я не могла привести тебя сюда, потому что должна была защитить своего сына и мужа.

- Чушь собачья.

Она вздрогнула, ведь она была мне как мать, и я никогда не позволяла себе так разговаривать с ней. Я так же была шокирована ядом в своем голосе, но не смогла сдержать его:

- Как бы мое пребывание здесь им навредило?

- После того несчастного случая Ксандер был просто убит морально. Я знаю, что, если бы он узнал о тебе, это стало бы последней каплей. Он бы пошел и сдался, но Джонатан уже скрыл все детали несчастного случая. Приведи я тебя сюда, и тогда я поставила бы все под угрозу. Если бы кто-нибудь узнал, что мэр, баллотирующийся на место сенатора, скрыл роль своего сына в аварии, следствием которой было три смерти… - она вздыхает. – Я знаю, что все это звучит эгоистично, но тогда я просто пыталась защитить всех участников события.

Я качаю головой:

- Я доверяла тебе.

- Знаю.

- Ты помогала мне скорбеть. Ты заставила меня пойти к доктору из-за моих панических атак. И если бы ты тогда не подтолкнула меня к этому, то я сейчас не была бы психотерапевтом. Я хотела помогать людям так, как доктор Адамс помог мне. Я никого не подпускала к себе так, как подпустила тебя, а теперь я узнаю, что все это было ложью. Прикрытием.

Я убираю руки со стола. Она протягивает руки и на этот раз более решительно, чтобы обхватить мои сжатые кулаки. Я пытаюсь отстраниться, но она слишком крепко их держит.

- Я знаю, что предпочла Ксандера и Джонатана тебе, но никогда не сомневайся в том, что я любила тебя. И всегда буду любить.

Я ненавидела то, что хотела все это забыть и принять обратно ее, Ксандера и Элли в свою жизнь. Это хуже всего. Между моим сердцем и мозгом происходила битва. Мой мозг все видел с ясностью. Видел холодные и жестокие факты. Но мое сердце стремилось размыть четкие границы и сосредоточиться на хороших воспоминаниях, и это сделало мои чувства более значительными, как будто только они и имеют значение.

- Если бы не ты, то я бы не была тем, кто я есть сейчас. Я не говорю, что не злюсь на тебя, но.., - я пожимаю плечами, – ты помогла мне с поступлением в колледж, с моим трастовым фондом и … - я замолкаю, когда Сьюзен отдергивает от меня свои руки и отводит взгляд. – Сьюзен? – я растягиваю ее имя из-за ее странной реакции.

- Я больше не могу тебе врать, - она смотрит на меня.

Я пытаюсь понять, почему мои слова вызвали у нее такую реакцию. Она смотрит мне в глаза, но молчит.

- Трастовый фонд? – это последнее, что я тогда сказала. Она кивает, ее губы плотно сжаты. – Это на самом деле страховка жизней моих родителей? – я щурюсь и с подозрением наблюдаю за ней.

Она качает головой. Спокойствие, в котором я пребывала, начало исчезать, и во мне снова зарождается гнев:

- Откуда он взялся?

Она не отвечает, а я уже устала от лжи и молчания.

- Откуда! – я ударяю кулаком по столу, заставив Сьюзен вздрогнуть.

- Страховка была. Но не такая большая, как получила ты.

- Сколько?

- Две тысячи.

Она заламывает руки.

- В этом фонде было больше миллиона, - мой голос грохочет от бушующей ярости.

Все было ложью. Столько вранья вокруг меня. Я не уверена, знаю ли теперь, что на самом деле было реальностью.

- Мы с Джонатаном решили откладывать деньги на счет до твоего совершеннолетия, - признается она.

- Покаянные деньги, - обвиняю я.

- Нет.

- Да! – я вскакиваю со своего места, ножки стула царапают пол. – Твой сын убил моих родителей. И тогда вы с мужем прикрыли его и заплатили мне, чтобы загладить его вину.

- Эйвери, милая, - она встает, одной рукой тянется ко мне, а другую кладет себе на грудь.

- И что хуже всего, ты находилась рядом и позволяла Ксандеру иметь мое сердце, зная, что он натворил, - я указываю на нее пальцем.

- Эйвери, прошу, - она ахает, сгорбившись и сжимая грудь.

- Правда, вы поспособствовали той лжи, которая полностью изменила мою жизнь.

- Эйвери… - ее дыхание становится прерывистым, и она начинает хрипеть. – Скорую, - удается проговорить ей.

Дерьмо

- Сьюзен? – я подхожу к ней и успеваю поймать ее, прежде чем она рухнула бы на пол. Я достаю свой телефон и быстро набираю 911. Хватка ее пальцев на моей руке становится слабее.

- Прости, - еле слышно шепчет она.

Пока я разговариваю с оператором, она теряет сознание. И все, о чем я могу думать, пока жду их приезда, что Ксандер подумает, будто я забрала у него мать так же, как и он отнял у меня мою.

Десять чертовых дней.