— Но у меня было больше времени, — продолжала она, и ее взгляд упал на Терезу, — у него было больше времени, он успел дать мне внучек.

— Да, cara mio, считай, что тебе повезло даже в этой потере, — мягко произнесла тетя Тереза, тоже зная, каково это — потерять сына.

Беа посмотрела на меня и вернула фотографию.

— Джо мне нравится, дорогая, — тихо сказала она, — но...

— Что, Беа? – Подсказала я, когда она замолчала.

— Думаешь, ему понравился мой торт? — спросила она.

Я почувствовала, как мои брови сдвинулись от ее странного вопроса, а Кейт подняла голову, но ее рука скользнула вокруг бабушки, и она сжала ее.

— Он влюбился в твой торт, бабушка.

— Да, — подтвердила Кира, глядя на Беа, — после того, как вы уехали, он съел еще кусочек.

— Он съел кусочек? — Спросила Беа со странной надеждой в голосе.

— Ага, — ответила Кира, улыбаясь, — съел.

Беа снова посмотрела на меня.

— Ты думаешь…? — начала она, потом снова замолчала.

— Что думаю, Беа? — Спросила я.

Беа посмотрела на Киру и коснулась ее лица.

— Ничего особенного.

— Семья есть семья, — пропищала тетя Тереза, и все посмотрели на нее, но Тереза смотрела на Беа. — Семья есть семья, — повторила Тереза.

— Неужели Джо так думает? — Спросила Беа Терезу, я оглянулась на нее и наконец поняла, что ее тревожит.

Я сжала ее ногу и наклонилась ближе.

— Ты — часть нашей жизни. — Прошептала я.

— Но он не захочет, чтобы ему напоминали… — начала она, и я рассмеялась.

— Беа! — Я наклонилась еще ниже. — Кэти и Кирри выглядят точь-в-точь как Тим. — Я подняла руку и указала на фотографии Тима, расставленные по всем нашим полкам. — Он повсюду. Он будет всегда, — я коснулась волос Киры и закончила, — всегда.

— Семья есть семья, — твердо повторила Тереза, но Беа все еще выглядела неуверенно.

— Я никогда не забуду Тима, Беа, — пообещала я. — Я не хочу и не могу все, чем мы были вместе, все, что он мне дал, нас с ним. Я никогда не забуду Тима, и Джо этого бы не хотел. Он ни за что об этом не попросит. И он не хотел бы, чтобы я потеряла тебя. Он знает, что ты значишь для меня, девочек, он не попросит об этом тоже никогда.

— Скажи ему, если ему понравился мой торт, то я буду привозить его каждый раз, когда мы будем приезжать, — пообещала Беа в ответ.

— Приезжай с тортом и даже без него, ему все равно. Единственное, что может вывести его из себя, если ты не будешь приезжать вообще, думая, что он не хочет тебя видеть.

Беа облизнула нижнюю губу. Потом прошептала:

— Тиму он бы понравился.

Это было жутко странно слышать, неудобно и душераздирающе грустно. Но это тоже было правдой.

— Да, — прошептала я в ответ.

— Ты можешь сделать для меня свой торт с шоколадным кремом, — вставила Кира, пытаясь поднять настроение бабушке.

— И для меня тоже, — сказала Кейт, — но в следующий раз я голосую за клубничный.

— Со сливками, — подала голос Кира.

— А я подумываю о карамельном, — заявила Беа.

— В следующий раз я привезу свои канноли, — заявила тетя Тереза.

— Черт, я растолстею, — пробормотала я, и Беа рассмеялась.

— Судя по тому, что я вижу, милая, толстая ты будешь или тощая, с волосами или без, Джо даже не обратит на это внимание, — заявила она.

Это тоже было правдой.

— Да, — я улыбнулась ей.

Она улыбнулась в ответ, но потом улыбка дрогнула.

— Совсем как Тим, — прошептала она.

Моя улыбка тоже дрогнула.

— Совсем как Тим.

Кейт прижалась щекой к бабушкиной макушки. Кира положила голову на бабушкино колено. Я крепко прижала фотографию Джо и Ники к груди и посмотрела на Терезу.

— Я отдам ему фотографию Ники, как только смогу, — пообещала я.

Взгляд тети Терезы скользнул по Беа, Кейт и Кире, а затем вернулся ко мне.

— Grazie cara mia, — прошептала она.

— Пожалуйста, — прошептала я в ответ, встала, поцеловала тетю Терезу в щеку, а затем понесла фотографию Никки и Джо в нашу спальню и спрятала ее в ящике с бельем.

* * *

Когда Кэл поднялся по ступенькам в полицейский участок, он увидел Колта, Салли и Майка Хейнса в кабинете, все они стояли вокруг стола, который, как он знал, принадлежал Колту, он знал это, потому что бывал здесь раньше, но даже, если бы он этого не знал, он понял бы, что это кабинет Колта, потому что на столе стояли фотографии в рамках. На одной были изображены Колт и Феб в «Джей-энд-Джей» — Колт сидел на своем обычном барном стуле, Феб стояла у него между ног, они прижимались друг к другу, оба смеялись. Она была похожа на те фотографии, которые у Вай стояли на полках. Другая. Феб лежала на больничной койке с новорожденным Джеком в руках, ее лицо было бледным и усталым, Колт лежал на одеяле рядом с ней, обнимая ее за плечи, другую руку положив на задницу Джека. Последняя фотография была сделана недавно, на барбекю, Колт держал Джека в одной руке, другой обнимал Феб, которая держала серую кошку, другой рукой обнимала Колта, а их щенок сидел на ноге Колта, высунув язык. Они все улыбались, даже малыш Джек и щенок выглядели так, будто они улыбались, хотя кот выглядел так, будто хотел быть где угодно, только не здесь.

Счастливая семья и чертовски хорошее время.

— Привет, — сказал он, когда Колт поднялся со стула, а Салли и Хейнс уставились на него.

Кэл слегка кивнул Хейнсу, заметив, как напряглась челюсть Хейнса. И ядовитое чувство внизу живота вспыхнуло еще сильнее, он не думал, что Хейнс будет держать на него обиду, но даже если бы он и затаил обиду, то Кэл точно знал, что Майк не настолько глуп, чтобы выказывать ее. Его подбородок был тверд по другой причине.

— Привет, Кэл, — тихо сказал Колт, и ядовитое чувство стало еще сильнее. Кэл знал, что Колт был нежен с женщинами, что касалось всех остальных он был не шумным, но и не был тихим.

Кэл остановился рядом с их компанией.

— Ты ничего не сказал мне по телефону, Колт. Не заставляй меня ждать, — заявил Кэл.

— Сначала надо кое-что объяснить, — Колт все еще молчал, его глаза смотрели настороженно, и Кэл отметил, что тот был более напряжен, не как обычно, как Салли и Хейнс.

— Давай по-быстрому, — тихо потребовал Кэл.

— Во-первых, ты должен знать, что Майк здесь находится по определенной причине, и это хорошо, — сказал Колт, Кэл кивнул. Ему это совсем не понравилось и лучше не стало.

— Во-вторых, мы с тобой недавно разговаривали на веранде, помнишь? — Спросил Колт.

— Помню, — ответил Кэл, не сводя глаз с Колта.

— Это между нами, — сказал Колт, продолжая тихо говорить.

— Тогда почему мы говорим об этом сейчас? — Спросил Кэл и мотнул головой в сторону Салли и Хейнса.

— После нашего разговора я принял тем вечером решение, которое тебе не понравится, — ответил Колт, и Кэл почувствовал, что Салли и Хейнс подошли ближе. Они лишь слегка двинулись, повышенная бдительность и напряженность, которая исходила от них, висела в воздухе.

И ядовитое чувство еще сильнее стало разъедать его внутренности.

— Колт…

— Я не знал, что все изменится, я не знал, что он так быстро поменяет правила игры. Прости, парень, но когда он делал свое дерьмо, я не знал сколько времени ему потребуется, чтобы перестроиться, — продолжил Колт.

— Какого хрена? — Спросил Кэл.

— Вай получала подарки, — быстро сказал Салли, и Кэл впился в него взглядом.

— Знаю, — ответил Кэл.

— Каждый день в течение почти трех месяцев, — вставил Хейнс, Кэл отступил на шаг, чтобы дистанцироваться от своих друзей и взять себя в руки.

Это заняло некоторое время, но когда он пришел в себя, то прошептал:

— Что за бл*дь?

— Я тоже не знал, Кэл, — отрезал Хейнс и перевел взгляд на Колта, Кэл понял, что у Колта было неприятное утро.

Кэл тоже перевел взгляд на Колта и выдавил из себя:

— Объясни.

— Вы оба были сосредоточены на Вай, а мне нужно было сосредоточиться на проблеме, — сказал Колт.

— Так ты скрывал от меня это дерьмо? — Спросил Кэл, теперь его голос был тихим, но совсем не таким, как у Колта.

— Я сделал звонок, — заявил Колт.

— Это было неправильное решение, — отрезал Кэл.

— Ты исчез больше чем на два месяца, парень, помнишь? — Кольт выстрелил в ответ.

— Я бы не уехал, если бы знал, что она получает подарки, — ответил Кэл.

— Чушь собачья, — пробормотал Колт.

Кэл двинулся, Салли тоже, встав между Колтом и Кэлом.

— Это не поможет делу, Кэл, ты же знаешь. Стой и слушай, — тихо сказал Салли.

Кэл посмотрел поверх плеча Салли на Колта.

— Хейнс был здесь, почему ты скрыл это от него? — Спросил Кэл.

— Потому что нужно было сосредоточиться на проблеме, — ответил Колт.

— Ты мудак, — отрезал Кэл.

— Черт возьми, Кэл, ты разговариваешь с человеком, который знает, что значит потерять голову! — Рявкнул Колт. — Я позволил Феб отговорить меня от охраны именно в тот день, когда она просто была ей необходима, за день до того, как мою женщину, черт возьми, мою женщину похитили и взяли в заложники. А до этого одна женщина была застрелена. Еще одна провела несколько месяцев в психиатрической клинике. В тот день убили человека, другой застрелен, еще один застрелен и разрублен на куски. Могло быть и хуже. Я знаю, как важно сохранять чертовую голову и сфокусироваться на проблеме. — Это был полный отстой, но Кэлу пришлось выслушать, Колт продолжил. — Ни один из вас не в состоянии были трезво мыслить. И об этом дерьме Харта знал я и Салли.

Кэл пристально посмотрел на Колта и отступил назад. Салли отступил на шаг. Хейнс сделал глубокий вдох и выдохнул.

— Продолжай, — прорычал Кэл.

— Все изменилось, — объяснил Колт.

— Да? Как? — Потребовал ответа Кэл.

— Подарки прекратились, — заявил Салли.

— И когда же? — Спросил Кэл.

— В тот день, когда убили ее брата, — ответил Колт.

— Но он проявляет активность, так ведь? — спросил Кэл, и все посмотрели на него.

Затем Хейнс зашевелился. Наклонившись к столу Колта, он взял конверт из плотной бумаги и протянул его Кэлу. Кэл взял его, и Хейнс заговорил.

— Я получил это вчера по почте, — сказал Хейнс.

Кэл перевел взгляд с Хейнса на конверт.

— Адрес напечатан? — Спросил Кэл.

— Ага, — ответил Хейнс.

— Что-нибудь нашли? — Продолжил Кэл, зная ответ.

— Неа, — ответил Хейнс тем же тоном, что и раньше.