Я ответила: «Я согласна на всё, но не хочу больше жить в России».

Да, про Колесо в центре площади! Мне его показали. Как плаха стоит. Смотришь жутик-фильм своей жизни — и стыдно делается. Ой, всех это ждёт. Но зато моя вера и знания маленькие помогли мне работать в своём чудесном саду, жить на красивой даче. И ещё я часто слушаю песни Игоря Талькова. Меня подняли в их страну, и я счастлива, что меня спасли от глупости просто одной церковной веры. Знаешь, я поглядела, как живут те, кто ходил на Земле в церковь, ничего не понимая, слепо веря и не зная о других Мирах. Они большую часть времени стоят на коленях и молятся, молятся, бесконечно молятся. А Храмы там необыкновенные, и там сияют чудесные иконы, и батюшки в золотых ризах машут кадилами. А я сказала Ангелу: «Я хочу работать, не хочу молиться». Он так улыбнулся, что я чуть снова сознание не потеряла. Он меня попросил: «Не зови меня Ангелом, а зови Другом». И назвал имя своё. Его имя ЛАДОСВЕТ.

Мне так хорошо здесь. Ой, Жаннулька, разве я когда-нибудь думала, что с неба буду говорить с тобой? Сейчас я вижу серебристый живой свет, а в нём маленькое окошечко, а в окошечке я сейчас вижу тебя. Ну вот, заплакала. Не плачь. Я в твоё окошечко ещё буду приходить. Я счастлива. И не думайте, что домик мой в деревянном ящике, где лежат гнилые кости. Целую и люблю вас!».

Я становлюсь другая.

Не хочу вспоминать ужасную картину, пусть это останется моей тайной. Фатальная участь. И очень меня сейчас мучает мысль — почему мы не ценим того, кто с нами рядом, и злимся, пьянствуем, ругаемся и плачем, в отчаянии осуждая не себя, а другого. Заставляем его любить себя, такого противного. И вместо смирения, в гневе пытаемся разбить друг другу головы.

Я узнала, что в одной из прошлых жизней была цыганкой, и детские сны мне часто рассказывали о прошлом. Вот отчего меня тянуло к картам, заклинаниям и магии, и вера в чертей. О чертях помнила, а о Боге забыла, и пришла к Нему благодаря тебе, сестра моя.

Ох, жила бы я сейчас на Земле, я бы такие курсы открыла, денег бы не пожалела, потому что знаю сейчас, как это важно. Поэтому, берегите себя, ведь вам открылась такая тайна и энергия. Помнишь, Слава, как ты лечил меня, и как мне было хорошо? Я всё помню. Фу, какая я была, и не понимала, за что мне судьба дана трудная. Я ужиться не могла ни с кем, мне бы жить с семьёй, с мужем, в любви и радости, а не получилось. Бабулечка меня с детства берегла, чувствуя заранее сердцем, что жизнь моя будет короткая. Да разве сейчас вернёшь всё назад? Точка стоит в конце предложения, а я уже на Небе.

Позови меня ещё раз. Я расскажу про мир, в котором живу. Ладосвет торопит, говорит, что я приду на Землю вновь, и проживу снова короткую жизнь, но не такую пустую.

Чудесная, фантастическая, сказочная страна моя, и в ней живут только те, кто любит друг друга. И я забыла, что умела когда-то ругаться. Буду ждать вас с надеждой, и верь, сестричка, что ты девушкой была, как ангел, я тебя боготворила, и не зря. Будешь и здесь красивая и добрая, и будешь Даная. Но и вам будет немного стыдно за прожитую жизнь. Человек святой уходил в пустыню, вдаль от людей, потому и не пятнал себя. А поживи он в тесной квартире-«хрущёвке» да со злыми соседями. Ну да ладно, до новой встречи.

Прошло два года. Время лечит. Я уже не с такой болью вспоминала свою сестру. Успокаивала мысль, что мы все рано или поздно отправимся в Мир иной. Главное, что НЕ В НЕБЫТИЕ.

Но как трудно нам представить себе иное существование, несмотря на множество посланий от тех, кто уже покинул Землю. У каждого своя обитель, у каждого свой опыт. И вновь пробил час незримой встречи с Учителем и с моей сестрой.

«Как длинна жизнь!» — думаете вы, будучи в юном теле.

«Как стремительно время!» — думаете вы в расцвете зрелых лет.

«Как томительно и тяжко ожидание неизвестности», — думаете вы, нося тяжёлое старческое тело.

Человек привязал себя к физическому телу. Но тело физическое — это лишь внешняя форма, это лишь орудие для творения, для прохождения учёбы в плотной материи. Скажите неприемлющим, что смерти нет, а есть лишь новое рождение в Мире, не похожем на ваш Мир только лишь отражением мировосприятия вашего взгляда. Многие не поверят, хотя абсолютно каждый надеется на то, что он будет жить долго, и стирает грань, и не знает, где начинается сие "долго" и где продолжится. Каждый желает быть всегда в сознании, но почему столько отрицателей, почему столько возмущённых, когда им говорят о Бессмертии. Да потому, что все привязаны к материи, да потому, что у вас скудное воображение, и вы не можете представить себе: как это Я без твёрдой руки буду трудиться, без твёрдой ноги буду ходить, без плотного тела смогу любить? Ну, разве ж можно представить такое?

Конечно же, можно, и нужно! И непременно нужно вспомнить хотя бы один из особенно ярко запомнившихся снов, где вы ходите без плотных ног, работаете без плотных рук и даже изредка летаете, не имея в наличии даже самых маленьких крылышек за спиной.

Все смертны телом, но бессмертны Духом и душою, и ко всем приходит миг расставания с Землёй. В миг сей мысли человека сосредоточены на себе, в миг сей человек думает о небытии и кончине. И когда он убеждается, что она не приходит, человек находится в страшной растерянности. И он ОБЯЗАН знать о том, что в этот миг он должен вспомнить о бессмертии и устремиться к тем, кто живёт в Высоких Мирах.

А сейчас сестра твоя скажет тебе о том, где она сейчас пребывает.

«Здравствуйте, мои родные! Помните, что наша жизнь — чудо. Никто здесь не плачет и не страдает, потому что знаем: боль проходит, и остаётся только радость. И когда вам плохо — мы сочувствуем вам.

Могилы не нужны. Могилы нужно уничтожить. Лучше крематории, и поменьше слёз на кладбище, потому что знаю: как кого громко начинают оплакивать родные, так они, бедные, ёжатся и тянутся, как резиновые, к Земле. А на Земле так плохо.

Так, слушайте дальше.

Земля не одна, их несколько. Семь. Все в природе семерично.

Вторая Земля — находится в нашей плотной первой Земле. Её часто называют Адом, потому что там серое, тусклое солнце. И живут здесь плохие люди. В основном, преступники, воры, убийцы, всякие «крутые», и рэкет тоже. Они, как звери неотёсанные. Рычат друг на друга, сквернословят, пытаются драться. У них здесь и ножи есть, и автоматы, и наркотики. Но самое интересное, что пули проходят сквозь тело, и оно как бы деформируется, и тут же восстанавливается. Нюхают порошок — ловят кайф, а кайфа нет. Тут и цыгане шумною толпою. Пытаются гадать на картах.

«Иди, красавица, к нам, — кричит мне одна, — иди, ручку позолоти, а я тебе судьбу нагадаю». — Уже нагадали раз, до сих пор каюсь. Злая она стала, хочет меня за волосы схватить, да не может.

Третья Земля, она как бы окутывает первую плотную. Здесь света гораздо больше, и живут здесь в основном те, кто не ругался, не воровал, не насиловал, но — ни во что не верил. Вот они-то чаще всего страдают на земных кладбищах, когда их родственники оплакивают. Тусклые они, скучные, бродят, как тени. У них странные дома, в них много отсеков, как ячейки в сотах пчелиных. Я подумала, что же там внутри? А они, оказывается, там спят. Ну и пусть спят, что ж теперь им делать остаётся. Там я встретилась с Людой (наша хорошая знакомая, которая умерла от рака в возрасте 40 лет в 1992 году). Я ей предлагала пойти со мной, но она говорит: «Не могу, Иринка, к ногам, будто кто-то гири привязал». Так вот, оказывается, для чего нужна вера в загробную жизнь на Земле. Ну да Бог и с ними.

Четвёртая Земля — как Солнышко ясное, светит, греет, золотит. Тепло, красиво, потому что здесь собрались те, кто был очень религиозен. Тут и христиане, и мусульмане, и представители всех остальных религий на Земле. Они построили чудесные храмы, белокаменные церкви, стройные мечети, католические сооружения. Вот о них я тебе и говорила, когда сказала Ладосвету, что не хочу вечно молиться. Хотя здесь очень-очень красиво.