— Скатертью дорога, — тоже вполне спокойно ответила я, по-прежнему на него не смотря. И вообще старательно делала вид, что блинчики с вишней меня интересуют явно куда больше, чем его персона.

— Если хочешь, можешь поехать с нами.

У меня даже чайная ложка чуть из пальцев не выпала. Взглянула на Рика с полнейшим недоумением. Он выглядел вполне серьезным.

— «Если хочешь»? — скептически поинтересовалась я. — У тебя в лексиконе появилось новое выражение?

— Хлоя, я серьезно, — терпеливо ответил он. — Если у тебя есть такое желание, поехали. Обернемся за пару дней.

Мне очень хотелось согласиться. Очень-очень!

— И в чем подвох? — опасливо поинтересовалась я. — Тебе-то это зачем? Только не говори, что у тебя вдруг проснулась совесть и теперь тебя мучает. Все равно не поверю.

Рик усмехнулся. Ответил с обычной невозмутимостью:

— Моей совести не за что меня мучить. А вот Герк все переживает, что ты обижена. Он меня и спросил, можно ли взять тебя с собой. А я, так и быть, разрешил.

О, ну вот это уже похоже на настоящего Рика.

— Через час я уже отправляюсь на пристань, — продолжал он. — Если все-таки надумаешь поехать с нами, собирайся.

И снова первым порывом было послать Рика вместе с его «царской милостью». Но с другой, накатило невнятное предчувствие, что эта поездка многое изменит. И я решила, что этот шанс упускать никак нельзя.

— Так а что за записи тебе вдруг понадобились? — спросила я у Герка уже на корабле.

— Ай, да проблема одна возникла, — ответил он чуть нехотя. — Я же решил прогрессорством заняться. Подумал, что с моей-то гениальностью и обширными познаниями, я тут столько всего могу сделать! Но, увы, столкнулся с небольшими трудностями. Сложно прогрессорствовать, когда нет ни привычных исходных материалов, ни мало мальского оборудования. Вот как пример, я предложил родителям Дилии усовершенствовать их швейную мастерскую. Ну там станок бы им какой изобрел, чтобы не вручную шили. Так они воспротивились! Мол, только сделанное своими руками сохраняет уникальность и тому подобное. Представляешь? — он сокрушенно вздохнул. — И, боюсь, что таких отсталых взглядов здесь придерживается большинство населения. Вот я и решил глянуть, чем тутошний я вообще промышлял. Уж он-то все равно хоть как был ближе к местным. Вдруг у него есть какие-нибудь наработки, применительно к здешним условиям. Надо же мне отчего-то отталкиваться, в конце концов.

— Ну а вдруг местным и без твоего прогрессорства хорошо? — неуверенно пробормотала я.

— Ты что! — искренне возмутился Герк. — Они даже еду готовят сами — разве это нормально? Ай, ты явно не поймешь, — отмахнулся он. — Тебе-то хорошо, замуж вышла и никаких проблем. Живешь себе как в шоколаде. А мне еще самоутверждаться надо.

— Можно просто вернуться в наш мир и самоутверждаться там, — напомнила я.

— Нет, обратно я не хочу, — он замотал головой. — Здесь лучше, даже несмотря на всю отсталость. Тут у меня есть Дафна. Ну а с остальным как-нибудь разберусь. Пока надеюсь на записи меня местного. А там уж посмотрим. В любом случае, я не позволю своей гениальности загнуться в бездействии.

Получается, из нас троих только я своего места в этом мире не нашла. Герк вовсю пылал энтузиазмом, возвращаться и сам не хотел. Ну а Рика так вообще здесь все устраивало. Еще бы, будущий верховный лорд. Идеально для него с его любовью раздавать команды направо и налево. И только я здесь была лишней.

С Риком мы не разговаривали с самого утра. Сегодня было облачно, так что он почти весь день пути не покидал капитанский мостик. Все-таки вокруг острова парило много скал, которые теперь оказались скрыты, и опасность столкновения возрастала в разы. Да и того примечательного каменного ястреба снова увидеть не удалось. Либо корабль следовал другим путем, либо пелена облаков оказалась настолько плотной.

К ночи Герк засел в своей каюте, чтобы обмозговать какую-то идею, чуть ли не проект вечного двигателя, по его словам. Я сначала тоже намеревалась уйти с палубы, но осталась посмотреть на закат.

Пусть местного светила видно не было, но его лучи пронизывали облака, расцвечивая окружающую пелену в золотисто-красные тона. Я стояла у перил и не сводила глаз с этого великолепия. И вдруг один за одним начали появляться маленькие сполохи. Судя по гармоничному движению, то ли крохотные птицы, то ли эдакие светлячки. Мне так хотелось посмотреть на них поближе, что я даже перешагнула за перила. Одной рукой крепко держась, протянула вторую в надежде коснуться ближайшего сполоха. Да только тот все ускользал.

Вдруг кто-то крепко схватил меня за талию.

— Хлоя, осторожней.

Ну вот, опять Рик оказался рядом настолько бесшумно, что я его приближение не заметила заранее.

— Я держусь, — ответила я, — у меня все под контролем. Так что нечего меня так хватать.

— Извини, но мне куда спокойней, когда все под контролем у меня. Особенно, если дело касается тебя.

— Деспотизм, — мрачно прокомментировала я.

— Банальная забота, — возразил он.

Я обернулась. Рик улыбался. Пусть чуть иронично, но все равно по-доброму. Да и то, что он сейчас держал меня чуть ли не в объятиях, выбивало из колеи. Ведь за эту неделю, не считая того поцелуя, он вообще ко мне не прикасался. Потому сейчас все и воспринималось куда сильнее. Но я, конечно же, не подала виду. Пробормотала:

— Если уж тебе вдруг приспичило обо мне заботиться, то начни с заботы о моих нервах. И так все уже вымотал.

— Взаимно, сокровище мое, — все так же улыбаясь, Рик легонько поцеловал меня в щеку.

Нет, надо срочно как-то отстраняться. Я перебралась обратно на палубу. Только тогда Рик меня отпустил. Конечно, самым разумным было бы поскорее оказаться от него подальше. Но я опасалась, что мой незамедлительный уход в каюту будет весьма красноречиво выглядеть паническим бегством.

А молчание, между тем, затягивалось. Я чувствовала взгляд Рика, но сама упорно разглядывала пейзаж. Наконец, спросила, чтобы хоть что-то сказать:

— Как думаешь, что это такое? — кивнула на сполохи в облаках.

— Без понятия. Видимо, какая-то разновидность местной фауны, — его этот вопрос явно мало интересовал.

Но вдруг Рик протянул руку, и один из сполохов тут же устремился к нему на ладонь, как будто был привязан к ней некой невидимой нитью. Зато теперь я смогла разглядеть диковинное создание. Оказалось, что это просто-напросто крупная бабочка со светящимся узором на крыльях. Когда она ими взмахивала, и создавалось впечатление сполоха. Рик почти тут же бабочку отпустил, и она поспешила к своим собратьям. Я даже ей немного позавидовала. Даже бабочки свободней, чем я.

— Хлоя, — отвлек меня от размышлений чуть задумчивый голос Рика, — помнишь, ты спросила, люблю ли я тебя?

Я перевела на него взгляд. Рик выглядел очень серьезным.

— Помню, — я кивнула. Еще бы не помнить. И хотела бы забыть, да не смогу.

— Скажи, зачем ты это спросила? — смотрел на меня так, будто бы рассчитывал что-то прочесть по глазам.

— Какое это имеет значение? — я даже немного растерялась.

— Если я спрашиваю, значит имеет. Ответь, пожалуйста, — мягко, но в то же время весьма настойчиво произнес он.

— Ну я… — я замялась, отвела взгляд. — Я просто пыталась понять, что тобой движет. Должны же все эти твои заявления, что никогда меня не отпустишь и никому не отдашь, иметь под собой какое-то основание. Вот я и надеялась докопаться до первопричины. Согласна, версия с влюбленностью наиглупейшая. Но это первое, что мне пришло в голову. Сам-то ты не слишком спешишь что-либо объяснять.

Рик ласково за подбородок приподнял мое лицо, заставляя на себя посмотреть. Спросил тихо и задумчиво:

— Скажи, ты бы хотела, чтобы я говорил, будто не мыслю жизни без тебя? Что ты важнее всего на свете? Что ради тебя я готов на все?

Я бы все за это отдала. Но только если бы это было правдой.

— Нет, — голос предательски дрогнул. — Мне не нужна лицемерная ложь.