— Ну вот, — пробурчал Стив, выходя из подсобки, — тебе развлекаться, а нам их таскать!

— Зачем таскать? — Джон пожал плечами, — сами доползут до фургона, только хорошенько попросите.

Ребята приступили к уговорам — бандиты не стали ломаться, поползли в заданном направлении.

Парниша истомился любопытством и предвкушением новостей — что там делают парни с лопоухим засранцем? Через две минуты из бара вышли незнакомые, какие-то подтянутые ребята… сели в машины клана и уехали. И всё! Как ничего и не было! А дело-то серьёзное, нужно звонить ответственному — решил парниша. Сходить, посмотреть, что случилось, у него даже мысли не возникло. Он вновь добрался до телефона-автомата, сообщил шокирующее известие. А когда обернулся, незнакомый паренёк улыбнулся и нанёс ему удар армейским ножом — в услугах этой шестёрки отряд больше не нуждался.

История повторилась, отличаясь от предыдущей лишь деталями: машин затормозило уже три, упитанных мужчин из них вышло двенадцать, четверо с «молотилками», остальные просто с пистолетами. И Джонни их встречал не одной только улыбкой, на стойке громоздился на сошках ручной пулемёт, хищным рылом навстречу посетителям. Из дверей подсобки с серьёзной мордой и тоже с пулемётом гостей приветствовал Джош, а слева и справа от дверей стояли Стив и Тони с обычными магазинными винтовками. Посетителям было предложено бросить оружие на пол и располагаться носами в пол, руки за голову. Им придётся подождать возвращения фургона. Он у отряда один, и его кое-как выпросили у лейтенанта.

На другой день в бар снова зашёл какой-то «крутой» и высказал удивление тем, что на земле клана Та-ну ещё ни разу не горел бар без игровых автоматов. В общем, «и повторится всё как в старь». На третий день то же, но на четвёртый — тишина. И на пятый никого, Джонни решил, что пора сворачивать этот бизнес. И сразу же заняться другим — Карл подсказал, как вычислить людей Та-ну. Клан откупил их от призыва, но не как нормальные люди, а с форсом — все квитанции пересылались курьерами из банка «Та-ну траст». Его папа, капрал Джон, взялся обзвонить знакомых полицейских, порекомендовать им ребят жандармского отряда особого назначения, объяснить копам, чем эта сволочь Та-ну удумала угрожать жандармам, детям полицейских. Особых трудностей в общении с копами не предвидится, Джонни рассчитывал на всемерную их поддержку.

У господина Та-ну сильно испортилось настроение. Он не выходил из своего огромного кабинета. Над его интерьером работали лучшие дизайнеры под руководством его психолога — боссу пришлось там просто быть. Еду и напитки ему подавали из соседнего помещения через хитрое окошечко — пока крышка с одной стороны открыта, с другой не откроешь, и не прострелишь. Как и двери кабинета, внутреннюю дверь оснастили цифровым замком с десятизначным кодом. Даже если бы захотели её взорвать, бронированная дверь будет единственным, что уцелеет в приёмной. Он отменил все совещания даже по селектору, ведь никто не должен слышать, как дрожит его голос. Главное достояние клана — репутация — под серьёзным вопросом. Господин Та-ну не может вызвать бойцов из подконтрольных ему мест временного ограничения прав, без бойцов клан потеряет над ними контроль. Главное — господин Та-ну потеряет лицо перед бойцами — какой же он босс, если не может самостоятельно подчинить родной город? Советники что-либо советовали ему последнее время лишь в письменной форме — господин Та-ну надеялся на профессионалов. Больше надеяться было не на кого. Фактически у него остались только деньги и эти продажные подстилки, об которых он привык вытирать ноги. Главный вопрос советникам — возможно ли перемирие с этим лопоухим чудовищем и, вообще, как с ним разговаривать?

Джон зачастил с визитами к Люси. Причём, совершенно платонически, спящий в нём «Зов» требовал интима не чаще одного раза в неделю, а видеть девушку, слышать её голос, быть рядом стало для Джона почти потребностью. Они просто пили кофе с пирожными, болтали, и Джонни этого хватало для счастья. Вернее, это стало необходимым.

Раньше он нарочито демонстрировал, что ему от неё нужен лишь секс — он клиент и не более. Джонни такие отношения казались проще, честнее, и он мог не беспокоиться за неё. Не бояться, что желая ударить по нему, ударят по ней. Нынче, загнав Та-ну в угол, он спешил пожить по-человечески, понимая, что счастье это ненадолго.

И то, что Люси понимала его, наверное, лучше него самого, тянуло к ней Джонни с удвоенной силой. Но Джон не сразу мог её понять, и дело не в пресловутой женской логике. Просто парню с неоконченным средним образованием трудно угнаться за резидентом разведки. Люси была терпелива, ласкова и совсем не зазнавалась — Джон открыл для себя множество интересных понятий и жизненных явлений. Люси как вела его к чему-то, Джон отчётливо это чувствовал.

Он охотно рассказывал ей о жизни отряда, делился новостями, соображениями и видел, что ей это действительно интересно. Джон поведал Люси, что дурь Чена предназначалась не совсем крысам, хотя и среди них есть наркоманы. Её сбывали пограничные стаи торчкам из «нормального» общества. Вообще, пограничные стаи не совсем крысы — это просто бандиты, торговцы дурманом, и к ним специально приезжают любители этого дела. Они же помогают скрыться в развалинах от призыва, долгов или уголовной ответственности — договариваются с вожаками о приёме беглецов. Их услуги недёшевы, но одиночке, выросшему в нормальном городе, в развалинах не выжить.

А обычные крысы бандитов хоть и терпят, но никогда не упускают случая пустить им кровь, слишком разные у них взгляды на жизнь и на людей. Джонни это обстоятельство планирует использовать. Ходить к ним в отряд, кроме Фила, повадились разведчики из других стай, и на их земле даже представители враждующих банд вполне мирно общаются друг с другом. Они всё отчётливей понимают, что разведчики вне стай, вне вражды или мира, они — истинные хозяева развалин. Ведь лишь они знают мёртвый город. Джонни счастливо улыбается — город знают разведчики и его отряд, с его разведчиками, пусть они пока не догадываются, что они уже его, отряда. Фил однажды остался на ночёвку, потом это стало обычным делом. И, наконец, он ушёл в поиск не в отряд, а из отряда и привёл двух пацанов-погодков, младших братьев, первых дозорных. Прецедент создан, гости из руин ходят задумчивые — Джон ожидает пополнение.

Дозорные не просто нужны, необходимы, территория отряда сильно увеличилась в размерах. Пешие патрули уже не справляются, ребята пересели на джипы. Джон с азартом рассказал Люси об их самоделках. Всё просто — железа в руинах много, сварить раму не проблема. Брошенных машин тоже хватает, и среди резервистов нашлись грамотные автомеханики. Так родился их патрульный джип, чудо-машина. Защита от осколков и пуль, полный привод, переменный клиренс, автоподкачка колёс. В результате приличная скорость и маневренность в условиях развалин. Дозорных в район наблюдения возят как маленьких и забирают как из школы. Ребят снабдили рациями, короткого радиуса, но Пауль со своей бандой монтирует приёмопередающие антенны.

Эти новации уже дали приличные результаты — засекли и уничтожили несколько рейдовых групп дикарей. С ними всё без изменений, пленных не берут, «стенки почёта» регулярно обновляются — крысам вбивается в головы простая мысль — это очень плохой район и нечего тут делать. Есть цели и пожирнее, и попроще — пограничные банды. У Джона самого на них виды. Хозяйство слишком быстро растёт и требует всё больше ресурсов, главное — денег. С ними, как всегда, помог Карл, грохнув по пути ещё пару жирных зайцев. Карл начал сбывать кукси… «нормальным» жандармам! Их всё больше направляли для конвоирования рабочих. Вот рабочим конвоиры и толкали лёгкий наркотик, быстро набравший популярность. Виски не выдержал конкуренции — с ним слишком хлопотно по сравнению с кукси, баксы ручейком потекли в отряд. И что интересно — «нормальные» жандармы полюбили отряд всей душой, ссылка в развалины потеряла весь воспитательный смысл. И эти жандармы сами по гланды заглотили крючок — им стало очень неловко отказывать Карлу в «маленьких просьбах».