— Всё так. Ещё соображения?

— Длина полосы полкилометра, — взял слово Лёха. — Значит, иметь дело мы будем с лёгким или, максимум, средним транспортом. Значит, охраны там максимум человек десять. Другой вопрос, кто ещё захочет этот груз взять?

— Если всё настолько серьёзно, как вы говорите, — вступила Бекки, — то столкнуться мы можем только с Липанами. У остальных кишка тонка для подобного дела. Лично я бы не хотела иметь их у себя во врагах.

— Тут только работа, — ответил я. — Не думаю, что они так и станут искать нас. Ладно. Сейчас всем спать. Завтра выезжаем очень рано. Нам нужно быть на поле к шести утра.

— Зачем такая рань? — спросила Бекки.

— Нам придётся провести разведку местности, а заниматься этим в присутствии конкурентов не хотелось бы. Тем более, не думаю, что липаны туда сунутся в такую рань. Я бы ждал их часам к восьми или даже к девяти утра, как раз, когда появится самолёт. Резона сидеть и куковать у них нету, особенно если они уверены в себе и не думают, что у них будут соперники.

— Тебя послушать — всё просто, — усмехнулся Костя.

— По крайней мере я на это надеюсь, — ответил я. — На их месте я бы не полез бы туда раньше времени. А вот расставить посты — это милое дело. Так что проблема будет ещё и как оттуда выбраться.

— Выберемся, — Костя потянулся. — Предлагаю действительно идти отдыхать. Лично я ещё хочу спуститься до бара. Кто-то поддержит?

— Иди, я лично спать, — Вик поднялся и направился на выход.

— Я тоже спать, — поддержал Вика Лёха.

— А я не прочь немного посидеть, вроде даже бильярд тут видел, — поддержал Костю Саня.

— Я тоже предпочту поспать, — Бекки направилась на выход.

— Подъём будет рано. Не засиживайтесь, — предупредил я.

К шести утра мы добрались в назначенное место. Все багги были сразу же загнаны за смотровую вышку, оказавшуюся пустой, дабы убрать их с виду возможного появления конкурентов. Из хороших новостей — обрамляли весь периметр посадочного поля шикарные кусты. В таких разместиться — сам Бог велел. Впрочем, там же можно было и спрятаться от нападения, а не только устроить засаду.

Итак, в моём распоряжении имелся я сам и ещё шесть бойцов. Лёха и Саня, вооружённые легче всех, были расположены около баггов для прикрытия тыла. Костя расположился на втором этаже вышки, откуда открывался превосходный обзор подъездной полосы. Бекки и Дима устроились под кустами по углам от въезда на дорогу, но вне сектора обстрела Кости. Я и Вик с револьверными винтовками заняли позиции под самой крышей наблюдательной вышки, дабы нас не было возможности засечь с воздуха.

Время ожидания тянулось медленно. Я непрестанно жевал прикупленные ещё вчера конфеты, напоминавшие рахат-лукум, и пялился на дорогу в ожидании противников. Что делали другие, я себе хорошо представлял, ибо знал привычки каждого. Готов спорить, что Костя сейчас перебирает свой браслет, на каждый сегмент которого у него находится своя мантра. Вик сейчас флегматично протирает тряпочкой приклад винтовки. Дима, скорее всего, бесцельно обстругивает веточку. Технари сейчас шёпотом обсуждают что-то из технических штучек. Единственное, я не могу представить, чем занята Бекки, поскольку не приходилось с ней подолгу сидеть в засаде, но и она наверняка нашла, чем себя занять.

К девяти утра ожидание, наконец, прекратилось.

— Готовность раз, — услышал я Диму. — К нам гости. Вик — на тебе голова, Влад — хвост. Костя — работаешь по самым большим скоплениям. Бекки, давим всё, что шевелится. Отсечка по первому выстрелу снайперов. Без приёма.

Дима всё это проговорил достаточно громко, но так, что приближающиеся гости, которых теперь заметил и я, его не смогли бы услышать. Никто не был против того, что он принял командование, такой был порядок — командует тот, кто лучше всего ощущает ситуацию.

Спустя несколько секунд послышался рёв авиационных двигателей: приближался самолёт. Значит, все собрались. Теперь пойдёт развлечение.

Кавалькада конкурентов тем временем приблизилась настолько, что можно было рассмотреть весь транспорт: фургон в центре процессии, рассчитанный где-то на дюжину бойцов, два лёгких разведчика с парой седоков каждый чуть впереди, остальная техника — тяжёлые мотоциклы с коляской в количестве восьми штук. Солидное количество. Где-то четыре десятка бойцов. Дело серьёзное.

Тем временем самолёт зашёл на посадку. Судя по тому, как он это сделал, то у пилота были проблемы с управлением — он еле держался на курсе, виляя из стороны в сторону. С ними потом, сейчас — конкуренты. А они как раз въехали всей кавалькадой на территорию поля.

На короткое мгновение установилась тишина. Перекрестье легло на шею замыкающего водителя. Вдох-выдох. Палец утапливает спусковой крючок. Винтовка приглушённо кашлянула свинцом, ударив в приклад отдачей. Мгновение — и голова водителя исчезла в кровавой вспышке. Почти одновременно со мной выстрелил Вик. Смещение прицела — сетка прицела ложиться на предпоследнего водителя. Ещё один выстрел, и ещё один водитель вылетел с мотоцикла с перебитым горлом. Местный пятидесятый калибр страшен. Смещение — выстрел. Ещё смещение — ещё выстрел. Снова смещается прицел — последняя пуля находит свою жертву. Едва я отвлёкся от прицела, как закашляли пулемёт Кости и винтовки Бекки и Димы. Первый десяток готов.

Откинуть барабан, левая рука утапливает экстрактор — пять пустых гильз золотистыми бочонками вылетают наружу. Теперь заготовленные пять выстрелов зарядить в барабан и, зарядив, защёлкнуть его на место.

Пока я перезаряжался, въезд на поле превратился в бойню. Конкуренты не ожидали такого приветствия. Снизу послышался сухой треск оружия технарей — значит и они нашли себе цели.

Снова прильнуть к прицелу. Перекрестье ложиться на лицо молодого паренька с пулемётом в коляске. Он судорожно осматривается, пытаясь найти цель. Движение указательного пальца — и бедолага отправился на местный Суд Верхней Канцелярии. Следующая цель — бородач с рычажником, бодро палящий в сторону самолёта. Снова небольшое движение — и ещё одним бойцом меньше. Убивать, когда осознаёшь, что это люди, тяжело, но когда люди превращаются в простые мишени, которые выдернуты только здесь и только сейчас — то уже палец сам утапливает спуск. Человеческая психика очень странная штука: она способна выдавать очень интересные вещи. Любое своё действие человек способен оправдать необходимостью. Что-то вроде «закона джунглей» — убей или будь убитым. Страшно это. Очень страшно.

Винтовка сухо щёлкнула, сообщая, что я отстрелял все выстрелы, пока отвлечённо думал. Вот ещё одна способность человека — убивать только на рефлексах. Так могут только люди. Револьверную винтовку закинуть за спину и перехватить автоматическую винтовку, и спускаться вниз.

Весь бой длился от силы минуту. Мне лично показалась, что вечность. Конвой напоминал собой одно кровавое месиво: «полтинник» вкупе с местными «восьмёрками» превратили людей в кровавое месиво. Кто-то ещё из них был ранен. Таким светило здесь только одно — милосердная пуля в голову.

— Вик, проверить самолёт, — принялся командовать Дима. — Влад, проверить раненых. Бекки, прикрываешь. Костя, держишь дорогу. Остальные следят за обстановкой.

Все двинулись согласно приказам. Дима вместе с Виком двинулись проверять прилетевших. Кажется, их зацепили несколькими очередями из местных пулемётов.

Раненых оказалось двое, но на контрольные выстрелы ушло полтора магазина. Что поделать, труп должен быть трупом. За этим занятием меня застал крик Кости:

— Гости!

Я сразу же присел и развернулся к дороге, вскинув винтовку. Из кустов медленно вышел небольшой отряд вооружённых бойцов. Серая форма выдавала в них законников. Когда они подошли ближе, я увидел, что предводителем у них хорошо знакомый нам лейтенант Ким Дейрен.

— Не ожидал вас здесь увидеть, — сказал он, останавливаясь около меня.

— Оружие на землю. Медленно. Руки за голову, — вместо приветствия я навёл на него винтовку.