— Удачи!

— Это от перенапряжения! Ведь сегодня ночью Рок пришел на свидание к нашей Судьбе! И, о чудо! Все хорошо! — она закинула ногу на Андрея.

— Ничего чудесного. Рок может и приходил, да вот Судьба на свидание не явилась. Обманула! Давай спать… «воин полка засадного». Уже шесть. Подъем в 9:30, - он тоже нежно закинул ногу на Верочкино бедро.

Ночью Андрей кричал. Вера с тревогой смотрела как его руки, скрючиваясь, впивались в простыню.

А утром, когда она пошла умываться, в зеркале увидела на своих плечах порезы, как от когтей птицы!

Решила ничего пока не говорить Андрею Петровичу. Вид у того был очень уставший и болезненный. Глаза совсем пустые. Бледный, буквально белый, словно вся кровь истекла из него.

Она быстро надела кофточку.

— Как ты себя чувствуешь, Андрей?

— О! Признаюсь, до этой ночи я более всего был влюблен в твои глаза и в эти подрагивания лица. Но сейчас знаю: у тебя есть другие, еще более… выразительные части тела.

— Вот с этого и начнем следующую ночь! — засмеялась молодая женщина. — Ты замечательный рассказчик! А еще, ты не фельдмаршал. Ты — гвардии поручик! И мне было замечательно сегодня быть «под поручиком»!

— А я надышался твоей красотой и молодостью. И счастлив!

В 10 утра Андрей позвонил Иришке.

— С добрым утром, милая! Через час мы с Верой ждем тебя в районе Большого порта на набережной. Позавтракаем и будем кататься на яхте! Не забудь футляр. И обувь.

И потом, обращаясь к Вере Яновне, добавил:

— Твоя сестренка молодец. Вела себя у катакомб достойно. Уважаю! И люблю!

— Да, она молодчина!

Когда троица была в сборе, Вера, обняв и поцеловав сестру, выпалила:

— Покажи!

Иришка, поняв просьбу, передала ей футляр. Вера приоткрыла крышку, чуть посмотрев на Пергамент, закрыла и положила к себе в сумку.

— На яхте посмотрю!

Через час, перекусив на скорую руку, они прогуливались по набережной Vittorio Emanuele II, выбирая яхту. Вот симпатичная, небольшая яхточка, а, главное, колоритный капитан. С седой бородой, с обветренным красным лицом и такими же руками. Тысячи морщинок вокруг светло-голубых глаз искрились, приглашая гостей на борт.

Андрей как завороженный смотрел за ловкими действиями моряка. Очень непросто была устроена парусная снасть: сколько канатов нужно было укрепить, соединив в нужных местах.

«Нити…» — подумал Андрей Петрович.

Когда они отплыли немного, Андрей Петрович дерзнул:

— Дайте порулить, капитан!

— На, — ответил тот, поняв жесты Андрея.

Но через несколько секунд яхта накренилась и Андрей чуть не выпал за борт. Железные руки капитана успели схватить мужчину и фал, яхта выровнялась.

— Все расскажу Платонычу, — фыркнула, испугавшись, Иришка.

— Платоныч знает, что мое дело лоцманское, — парировал Андрей.

У него раздался звонок.

— Да, дорогая… Все хорошо… Здоров… Нет… Да… Как дети, внуки?… Замечательно, пусть послушают гавайскую гитару. А что ты мне звонишь так рано. У вас там 5 утра… Не нужно волноваться… Пишу… В «Публичке» в Питере… Так, бумаги Г.Н. разбираю… Потом… Потом позвоню и все объясню. Целую.

Вера и Ирина сидели молча, вглядываясь в морской горизонт. Парусник огибал оконечность островка, на котором был расположен замок Маниаче. Серьезная крепость.

Штиль, который был на море только что, сменился волнами. Эти волны, подобно шеренгам воинов-смертников, катились по амбразуру береговых камней, находя там вечный покой. Мощь и восторг вздоха гасли хриплой пеной выдоха. Наверное, этот мыс, где с его двух сторон сейчас спорили спокойная и бурная вода, знал нечто и о душе человека, в которой вдруг начинается волнение, а порой смятение…

— А ведь я, Андрей, думала об этих гротах… может там искать Укладку, — Вера показала рукой на береговые скалы.

— Нет, конечно, там нельзя устроить клад. Смотри, низ скал темнее, т. е. заливается иногда водой, — ответил задумчиво Андрей Петрович.

— Да, да, конечно.

Мужчина прикрыл глаза, иногда наблюдая за сестрами. Вот Вера Яновна рассматривает Пергамент, вот они о чем-то шепчутся, многозначительно поглядывая на Андрея. Эти взгляды выдавали и любопытство, и уважение к нему.

Ирина решила нарушить благостную тишину:

— А я недавно прочла в газете, что один наш олигарх отмечал в этом замке торжество. Было 600 человек. Бал, фейерверк!

— Для вас, Ирина, это показатель успешности человека? — грустные мудрые глаза Андрея Петровича смотрели на девушку.

Ты смутилась, поняв, что заговорила о пустом. Но из-за какой-то юношеской дерзости продолжила:

— Все-таки, ответьте мне, дорогой философ: если человеку Бог дал дар таланта, но не дает материальных средств для их реализации… Сколько таких? Спились, потерялись…

— Да, жаль людей, которые нашли Путь, но не нашли Приюта… Наверное, не заслужили! — спокойно ответил мужчина.

Вера Яновна смотрела на Андрея влюбленными глазами и хотела, но не решалась, задать ему вопрос. И все же спросила:

— Скажи, милый наш герой, что за совы появляются… возле тебя? Откуда они? Мне Иришка рассказала о случае с этим «папарацци».

— Ты ведь легко можешь посмотреть в интернете… о совах. А откуда они возникают в моем случае? Я ведь рассказывал уже, как ударился головой в детстве. — Андрей сердился. — Не знаю я толком!

— Я умоляю тебя! — глаза Верочки сверкали огоньками.

— Я иногда бываю в своем… своем личном параллельном мире. Путешествую туда. Сталкер. Но таких случаев, как здесь, в Сиракузах, было в жизни три-четыре раза. И после я долго болел… душой… Впрочем, имеющие душу — уже душевнобольные, — он улыбнулся, — вот же Иришка у нас эзотерикой увлекается. Пусть тебе все и объяснит.

Ирина Яновна серьезно прочла из Лермонтова:

— «С тех пор, как вечный судия, мне дал предвиденье пророка…»

— Ух, как пафосно! — рассмеялся мужчина. — И не обо мне, конечно.

— Андрей Петрович, извините! Я вечно не то говорю. Но мы с сестрой любим, как вы рассказываете. Ну, пожалуйста… о совах!

— Хорошо. В легендах — это мистическое ночное существо. Летающая кошка. Помогает издревле людям искать клады, — он вновь, но уже вяло улыбнулся. — А какой милый лицевой диск! Как зеркало: смотришь и видишь…

Помолчал, бросив зачем-то:

— Нельзя выстрелить из ружья, чтобы приклад не ударил в плечо.

Через минуту Андрей продолжил:

— Особенно замечателен филин. У него красные, а не желтые глаза. Стоит филину закричать — весь лес: и волки, и медведи вторят ему. Даже опытному охотнику редко удается увидеть сову. Если сову рассердить, ни сотни соколов, ни десятки рысей не смогут приблизится к ней. Она начинает вращаться, с бешенной скоростью, в ярости поражая все вокруг себя и клювом, и когтями, а особенно острым оперением. Уже взрослые птенцы сов не торопятся полететь. Все думают о чем-то в гнезде. Подняться в небо — ответственность! В общем, ученые МГУ признали, что совы — инопланетные существа. Их мозг настолько многоуровневый… почти как у тебя, Верочка… — улыбнулся мужчина.

— А птичка-невеличка? — спросила Иришка.

— А вот вы, сестрички-невелички откуда? Из Света? — Андрей ласково посмотрел на сестер.

— Как же ты, мой милый, умудряешься «дружить» и с Тьмой и со Светом? — Верочка говорила и смотрела на него, словно видела впервые.

Нет в мире более интересного диалога, чем диалог слов умного мужчины и глаз утонченной красивой женщины!

— Ты ведь, конечно, читала «Мастер и Маргарита»? — ответил мужчина вопросом на вопрос. — Вон тот маяк сейчас отбрасывает страшноватую тень на волны, а ночью будет светить…

Их морская прогулка закончилась. Эти два часа на яхте придали нашим героям бодрости: все же ночь была крайне нервозна, а утренний сон краток.

Они присели пообедать недалеко от набережной.

— А не согласится ли мой начальник Верочка проследовать вместе со мной в Прагу и Вену сразу после Сицилии? Поискать следы Гомпеша… Деловая поездка, — Андрей Петрович неуверенно посмотрел на Веру Яновну.