Шу'Фарим прислал на дело двух подсобников, попытавшихся притулить к склону что-то вроде удерживающих песок фашин. Из чего, хотел бы я знать? Ах, из снятых с причала досок! Ну-ну, фантазеры. Их-то Плешь первым делом и схарчит! Вручил им брансбойд и дальше осуществлял идейное руководство, покрикивая на работяг. Отделка набережных, оформление русла - это все будет позже, а сейчас главное - пройти холмы насквозь!

Без поганого сюрприза не обошлось - в основании склона оказалась гряда из плотно слежавшихся камней и глины. Грунта оставалось на пару совков, но брансбойд с ним не справлялся. Надо было бы, конечно, позвать Шу'Фарима с его землекопами, но Шорох нам тогда на что?

"А ну, иди сюда, чудище проклятое! Любишь черным магам мораль читать? Изволь-ка поработать!"

Шорох надулся (буквально) и решил продемонстрировать, что потрудиться для общего блага - не грех. Он преобразовал голлема в какую-то низкую, удлиненную форму и набросился на препятствие, как сумасшедший крот. Я всегда подозревал, что в них что-то такое заложено! Как-то ведь тот паразит в Суэссоне выкопался из шахты.

Причем, вода его не беспокоила, в воздухе он не нуждался, а проблему удаления грунта блестяще решал сам. А уж какая производительность!!! Голлем шел через гряду как хорошая землечерпалка - два метра в минуту. Вода в шурф пошла сразу, а чтобы усилить напор я схитрил - запустил в воду плетение, которое проросло в дно морозными иглами и подняло на пути реки ледяную косу. Поток запнулся, забурлил и хлынул в проложенное мною русло. Все, что пропустил я или недокопал голлем, смело и унесло течением.

Пойду-ка посмотрю на потоп. Часто ли удается самому устроить подобное?

В общем, те земляные работы горожанам не сильно помогли - новоявленная река проложила себе русло по улицам. Повеселевшие копатели вновь взялись за инструмент, пытаясь упорядочить и направить ее течение, целая толпа добровольцев помогала им отстоять от воды портовую улицу и подвалы. Оставшиеся с той стороны потока жители спешно покидали дома, беженцы уже вовсю хозяйничали на причалах.

Работы, на глаз, только прибавилось. Я решил, что дальше буду поддерживать са-ориотцев исключительно морально.

Подбежал Шу'Фарим, принялся низко кланяться, многословно благодарить и обещать всяческие блага, которых сам, как мне думается, не имел.

- Да ерунда. Просто случай подвернулся.

- Ерунда?!! - он указал рукой в даль и я, неожиданно, понял, что в пейзаже чего-то не хватает.

А, да, линии кипарисов вдоль дороги! На моих глазах последнее дерево бесшумно завалилось назад.

- Ох, ты ж...

И даже не выругаешься нормально - Шорох за спиной стоит.

Я рысью рванул вдоль канала. Ведьмина Плешь была уже здесь - с бездушной неумолимостью она перемалывала в пыль траву, деревья и даже дома, сооруженные, преимущественно, из жердей и соломы. Серая пыль буквально текла рекой, заполняя впадины и ложбины. Ту инвалидную канаву такая хрень одолела бы с наскоку.

К каналу уже вылезли ребята Риздера, Ли Хан с учеником и горожане посмелей.

- Карантинный феномен! - важно объявил Шаграт.

А то без него никто бы не догадался.

Ведьмина Плешь дышала нам в лицо горьким тленом, она стремилась к нам, хотела нас, но пожрать Алякан-хуссо ей было не дано - рукотворный поток смыл и унес серый пепел. Какую-то минуту решалось, что проникает в землю быстрей - вода или нежить, дно канавы немного просело, но на этой стороне чудовище так и не появилось. Зрители перевели дух.

Я окликнул белого:

- У тебя будет неделя, максимум - дней десять. Помоги хотя бы кому-нибудь!

- Есть один способ. Я... растяну понятие "Алякан-хуссо" на две стороны реки, но, по хорошему, это не сильно поможет.

Да, просто дыхание нежитя убьет их не сразу, а высушит месяца за полтора.

- Возможно, на той стороне реки нужный амулет найдется!

Куда-то же смылся тот, кто его имел.

На этом я счел свою миссию выполненной, ушел в грузовик и заснул сном младенца, наплевав на тревожное бдение горожан. Какой смысл беспокоиться о том, чего не изменишь? А часового Ридзер, наверняка, выставил. Профессиональная травма, вынудившая меня принять участие в жизни Алякан-хуссо, больше о себе не напоминала.

Утром куратор ждал меня около умывальника.

- Уходите?

- Угу, - и чем быстрее, тем лучше.

Ведьмина Плешь, конечно, штука неприятная, но зато пространство для поисков сократилось ровно вдвое - на правом берегу Лючику теперь делать нечего (не сметь думать о том, что он мог попасть под раздачу!). Пора браться за дело, начать вот отсюда, из самой близкой к Кунг-Харну точки на реке, и двигаться вниз, до самого моря.

- Местных расспросить не хотите? - тактично намекнул Питер.

Я задумчиво прищурился. Смысла особого не имелось, и черный маг подобной мелочью пренебрег бы, но алхимики в своих исследованиях невероятно дотошны... Где там этот тунеядец Шу'Фарим?

Начальник копателей (единственный, кто пытался хоть что-то предпринять для спасения людей) обнаружился на берегу - первые обработанные Ли Ханом добровольцы готовились к переправе. Чуть дальше Ридзер и Браймер фантазировали на тему ледяного плота - пытались соединить два грузовика жердями и веревками. Мог бы я им сказать... но не буду - все равно наши пути расходятся.

За ночь статус Шу'Фарима (по сути, простого мастера из корабельных мастерских) сильно изменился - по Уложению там или не по Уложению, но людям требовался вождь и они его нашли. Пошить мундир для нового градоправителя еще не успели, но тот вышел из положения с чисто алхимическим изяществом - повязал на рукав ленточки соответствующих цветов. Солидности самозваному чиновнику добавляли двое печатных в чем-то, сильно напоминающим жандармскую униформу - личная охрана. К появлению рядом с их подопечным постороннего колдуна они отнеслись с раздражением, на которое я плевать хотел.

- Ну, как тут без меня, не хулиганят?

Бойцы Ридзера катили к грузовикам бочки осветительного масла.

- Мир и благолепие снизошло на наш дом, вашими молитвами! - заулыбался Шу'Фарим. - Что мы можем сделать для вас, о достойнейший?

Прямо просить кого-то о чем-то для черного - нож острый, но тут мне на помощь пришел са-ориотский этикет, по которому даже пожелание сдохнуть можно было сформулировать празднично.

- Тревога поселилась в моей душе, скорблю и беспокоюсь, - ну, как-то так.

- Ваши слова ранят мое сердце! Как мне развеять тени, что легли на вашем пути?

Правильно - ближе к делу.

- Я хочу узнать судьбу родича. Ему всего двенадцать лет. Он - белый, пастырь, по-вашему, уехал из Ингерники навестить родственников подруги. А тут такое, - я махнул рукой в сторону Плеши. - Придется спасать.

- Мальчик-иностранец, говорите? - нахмурился Шу'Фарим.

Са-ориотцы обменялись парой быстрых фраз, потом мастер повернулся ко мне спиной и заорал со всей мочи:

- Ба-ру-и!!! Ба-ру-и!!!

Головы повернули все, но отозвался только один - откуда-то со стороны пристани зычно гаркнули:

- Я!!!

- Как звали пастыря, что у тебя жи-и-ил?!!

- Ли-си-а-но!!! - отозвался невидимый Баруи.

У меня задергалось веко. Не, не может быть. Звуковая галлюцинация!

- А где, говорите, он останавливался? - вкрадчиво переспросил я.

Если по ту сторону канала, мне останется только шипеть и плеваться. Повезло - портовый служащий Баруи и жил, соответственно, в порту.

Мне тут же дали провожатого - ради своего спасителя (пусть и мнимого) са-ориотцы готовы были на все. Я шел за ним не спеша, с достоинством, старательно сохраняя довольный жизнью вид (что бы ни произошло, повода смеяться над неудачей черного ни у кого не появится).

Дальше-то что делать? Описывать им Лючика - слишком ненадежно, да и портретист из меня... Впрочем, есть еще вариант. Я незаметно высвистал из фургона пса-зомби. Всякое можно подделать, но не запах, а моего брата Макс уже нюхал, значит, с опознанием справится на раз. Лишь бы следы не очень затоптали.