Завершая рассказ о Нарышкиных, приведем цитату из работы современного историка рода Д. В. Сизоненко, верно характеризующую основной характер этой аристократической фамилии: «…Все свое значение они черпали из родства, связавшего их с основателем новой России, и олицетворяли собой праздничную сторону юной столицы: веселую роскошь быта, щедрую и легкомысленную расточительность, изящную утонченность вкуса, предупредительное, как бы естественное приноровление к веяниям двора. Ни одного военачальника, крупного дипломата за два века не выдвинула эта семья, но в то же время не запятнала себя ни лихоимством, ни жестокостью, ни даже высокомерным обращением с теми, кто стоял ниже. Неизменная милость сменявших друг друга монархов и монархинь поставила их на равную ногу со старыми и влиятельными княжескими и боярскими родами».

Генеалогия А. С. Пушкина неоднократно служила предметом пристального исследования. С одной стороны, это облегчает задачу того, кто берется писать о роде великого поэта, с другой – усложняет. Трудно и неинтересно ходить по следам чужих исследований, пересказывать уже известные факты и события. Но в то же время интерес к Пушкину, его творчеству и биографии не утихает, появляются новые данные и к родословной поэта, истории его предков и потомков. Это обстоятельство делает важным даже настоящий популярный очерк, ни в коей мере не претендующий на значение научного исследования.

Предки А. С. Пушкина – род Ратшичей – один из самых прославленных и значительных родов России, история которого тянется в глубокую древность. Ратшичи считали своим предком Ратшу, выехавшего в конце XII в. Сам поэт знал родовое предание о Ратше, что отразил в строках:

Александр Сергеевич несколько сместил хронологию событий – боевым соратником Александра Невского был не Ратша, а его потомок Гаврила Алексич, однако рассмотрим ранние страницы истории рода по порядку.

Некоторые исследователи отождествляли таинственного Ратшу с тиуном киевского князя Всеволода Ольговича, двор которого был разграблен во время городского восстания в 1139 г. Более правдоподобной представляется версия о новгородском происхождении Ратши. В ее пользу свидетельствует и само имя нашего героя – Ратша: вероятнее всего, это уменьшительное от славянского имени Ратибор или Ратислав. Так, в числе дружинников Александра Невского был Ратислав, погибший в бою с немцами в 1268 г. В некоторых летописях он называется Ратшей. Возможно, именно его ошибочно и считал своим предком поэт. Подобная форма уменьшительных имен была широко распространена в Великом Новгороде (Кирилл – Кирша, Даниил – Данша, Павел – Павша и др.).

Выдвигались и более экзотические гипотезы о происхождении Ратши. Разные родословные предания XVII–XVIII вв. считали его выходцем из Семиградии, Германии или Пруссии. Это не более чем досужие домыслы московских служилых людей, видевших в иностранном происхождении особую аристократическую прелесть.

Первое исторически достоверное лицо в родословной Ратшичей – Гаврила Алексич, правнук Ратши. Он был дружинником Александра Невского. Житие Невского подробно описывает подвиги Гаврилы в Невской битве: «Сей же наехал на судно и, увидев королевича, которого тащили под руки на корабль, въехал по мосткам до самого судна. И побежали все перед ним на корабль, но потом обернулись и сбросили его с мостков с конем в Неву. Он же, Божией милостию, выехал оттуда невредим и опять напал и бился с самим воеводой, посреди полка их». В бою Гаврила Алексич сразил воеводу и самого епископа шведов.

Сыновья Гаврилы Алексича – Иван Морхиня и Акинф Великий – были боярами князя Андрея Городецкого, младшего сына Александра Невского. После смерти князя Андрея Александровича в 1304 г. его боярам пришлось выбирать между тверским и московским князьями, которые начали борьбу за великое княжение. Из двух княжеств Акинф Гаврилович выбрал Тверь и вместе со своими сыновьями перешел на службу к Михаилу Ярославичу Тверскому.

Акинф принял деятельное участие в противостоянии Москвы и Твери. В 1304 г. Михаил Тверской и Юрий Данилович Московский отправились в Орду спорить о великокняжеском ярлыке. Пользуясь отсутствием князя, Акинф предпринял смелую авантюру. Он рассчитывал отвоевать у Москвы Переяславль-Залесский, а находившегося там князя Ивана Даниловича (будущего Калиту) захватить в плен.

Тверская рать во главе с Акинфом подошла к Переяславлю, но горожане оказали ей упорное сопротивление. На третий день осады подоспели московские полки – тверичи были разбиты. Акинф и его зять Давыд погибли, а сыновья Акинфа, Иван и Федор, бежали в Тверь.

Поражение под Переяславлем и другие неудачи тверичей привели к победе Москвы. Ратшичи решают сменить князя, и в 1339 г. «всем родом» переходят на службу к Ивану Данииловичу Калите. Сразу же после «выезда» в Москву они заняли высокое положение среди московского боярства. В 1339 г. Федор Акинфович и его двоюродный брат Александр Иванович Морхинин были воеводами московского войска в походе на Смоленск. В 1348 г. Иван Акинфович возглавлял поход на Новгород.

В дальнейшем потомки Акинфа занимали первые места в среде московского боярства во второй половине XIV– XVII вв., а в XVIII – начале XX вв. – в государственном управлении империи и при дворе российских императоров. Род Акинфа разветвился и дал России многие знаменитые аристократические фамилии: графов и дворян Бутурлиных, Челядниных, Замыцких, графов и дворян Каменских.

Однако Пушкины являлись потомками не Акинфа Великого, а его брата Ивана Морхини. Как уже говорилось выше, Александр Иванович Морхини в 1339 г. был московским воеводой. Он оставил четверых сыновей, которые стали родоначальниками дворянских родов Холопищевых, Гавриловых, Неведомициных и Пушкиных.

Младший сын Александра Ивановича, Григорий Александрович, носил прозвище Пушка. Его деятельность приходится на вторую половину XIV – начало XV в. Как раз в это время на Руси появляется и распространяется артиллерия. Само слово «пушка» впервые упоминается в летописях 1382 г. Почему Григорий Морхини, ничем не примечательный волоцкий вотчинник, получил такое прозвище? Есть предположение, что такое прозвание было дано ему за взрывной характер. Григорий Пушка оставил пятерых сыновей, родоначальников различных ветвей рода Пушкиных.

От старшего, Александра Григорьевича, происходит линия рода, владевшая поместьями в Новгороде. В конце XVII в. один из представителей этой ветви, Иван Калинникович Пушкин, женился на Матрене Даниловне Меншиковой, сестре знаменитого фаворита Петра I. Особых преимуществ от столь влиятельного родства новгородские Пушкины не получили: ни И. К. Пушкин, ни его родня не заметны в высоких чинах при Петре I. Однако поддержка Меншикова позволила Ивану Калинниковичу и его брату Петру, вопреки существовавшим законам и обычаям наследования недвижимости, в 1707 г. получить вотчины их дальнего родича Матвея Степановича Пушкина, сосланного в Сибирь.

Выдвинулись потомки Александра Григорьевича в середине XVIII в. Алексей Михайлович Пушкин при Елизавете Петровне занимал должность сенатора и тайного советника, отправлялся послом в Данию и Швецию. Его сыновьям, Михаилу (прокурор Коммерц-Коллегии) и Сергею, видимо, было скучно делать карьеру, подобно многим. Они ударились в авантюры, но попались на этом. В 1772 г. за изготовление фальшивых ассигнаций братьев сослали в Сибирь. Жена Михаила Алексеевича, Наталья Абрамовна (урожденная княжна Волконская), последовала за мужем в ссылку, а после возвращения поселилась в Москве. Ее литературный салон посещали известные литераторы – дальние родичи хозяйки Василий и Сергей Львовичи (отец поэта) Пушкины, князь Петр Андреевич Вяземский и другие.

Сын Михаила Алексеевича и Натальи Абрамовны, Алексей Михайлович, прославился как театрал, острослов и писатель. От брака с Воейковой он оставил сына Ивана Алексеевича, со смертью которого в 1875 г. старшая линия рода пресеклась.