— Тогда кто ты? — Спросил я, медленно прекращая «транзит» энергии и обволакивая себя тёплым энергетическим покрывалом.

— Я тот, с кем ты сравнялся несколько дней назад, сразив бога. — Ответил мужчина и со снежным скрипом слегка улыбнулся. — Когда-то давно я так же своим мечом лишил жизни бога, и за это занял его место. И стал покровительствовать тем, кого ты сейчас называешь занами.

— Так ты бог занов? — Удивился я. Теперь понятно, почему энергия собеседника так сильна. — Не думал, что ради одного соглашения о дружбе явится такое могущественное существо.

— Ты хочешь решить судьбу народа, ведущего свой род от меня, как ты уже сделал на континенте, — хмыкнул, произнося слова медленно, бог, — не всё, человек, подчиняется твоей власти. Пусть ты и пытаешься это оспорить.

— Не я виновен в необходимости противостоять могущественному врагу, — ответил я.

— Но тебе нравится, что ты возвысился над всеми в этом мире и приблизился к богам, — с укоризной произнёс он, — мы уже однажды допустили эту ошибку, и теперь от былого величия ничего не осталось.

— Ты… был человеком? — Содрогнулся я от шокирующей догадки. Несмотря на холод, мысли стремительно проносились в голове. Бог занов — человек. Заны ведут род от него. Заны — люди? Нет, это и я, и Ворет ар де Зэр поняли бы. Тогда что? Мало информации.

— Был. — Кивнул бог. — И я был одним из тех, кто объявил войну богам. Но, как видишь, Творец всё создал так, чтобы всё возвращалось на круги своя. И потому боги, пусть и другие, вновь правят над миром, а смертные лишь их верные овцы. Вот только в последнее время Лайдайа опять скатывается к страшной войне.

— Я не могу позволить эльфам уничтожить население континента, — ответил я, пропустив мимо ушей ненужную информацию о религии.

— Ты уже давно противостоишь не эльфам, — произнёс бог, но осёкся и ответил: — впрочем, со временем узнаешь всё. А теперь я хочу завершить наш разговор так, как полагается.

Бог медленно повёл рукой над головой, очертив мечом ледяной круг от краёв этого круга к центру медленно потянулись ледяные колья. Но, не соединившись, они внезапно очертили внутри большого круга другой, размером с маленькое кольцо, только толстое. Глаза бога засияли ледяным светом, и потоки энергии устремились к ледяному кольцу.

Энергия обрамила ледяную конструкцию и потекла по ледяным пикам к толстому кольцу, пока полностью не собралась в них. Толстое кольцо засияло синим светом и внезапно развалилось на две равных части. Ледяная конструкция рассыпалась ледяной крошкой, и в воздухе остались висеть два кольца.

Бог аккуратно взял их и на раскрытой ладони протянул мне. Не теряя времени, я протянул вперёд обледеневшую руку и взял оба кольца. Они вспыхнули напоследок и погасли. Мне казалось, что на руке лежат две невесомые снежинки, но кольца выглядели как многогранные хрустальные украшения, или даже алмазные.

— Одно кольцо тебе, второе — твоей супруге, — произнёс бог, — это всё, что я могу позволить себе сделать для тебя. Возможно, в будущем ты поймёшь всё, а пока лишь прими мою благосклонность и мой дар. И да, я верю тебе и надеюсь на тебя, Глеб.

Бог моментально растворился в воздухе, и все звуки вновь обрушились на меня. Удивительно, но костёр пылал всё так же сильно, разрушая тьму и холод ночи, старейшины всё так же бубнили свои странные слова. Такое чувство, что разговор с богом этот мир даже не заметил. Единственное напоминание о присутствии высокого существа был маленький обледеневший участок вокруг меня и иней на всём теле.

Энергия, подобно разошедшейся от падения камня воде, с силой ударила обратно. Весь холод мгновенно разогнался, и вернулось приятное ощущение тепла и собственной силы. Хотя теперь она казалась мелочью в сравнении с тем существом, которое явилось ко мне. Даже запас моей силы едва ли не опустел.

Старейшины медленно стали умолкать, костёр в центре священного круга затухал. Только сейчас я заметил, что брёвна почти полностью прогорели.

Посмотрев на кольца на ладони, я вздохнул и медленно надел на указательный палец правой руки большое, а маленькое зажал в ладони, пряча от чужих глаз. Не знаю, что значит этот дар, но не доверять богу не стану.

Главный старейшина, слегка пошатываясь, подошёл ко мне и посмотрел блестящими глазами. Старик едва стоял на ногах, опершись на свою палку, но при этом на его лице торжествовала блаженная улыбка и какое-то отстранённое наслаждение. Взглянув мне в глаза, он произнёс:

— Долгие сотни лет прошли с тех пор, как последний раз к нам снизошёл Великий! — Старик, услышав свой хриплый и возбуждённый голос, как-то стыдливо кашлянул, натянул маску сурового старейшины, и продолжил. — Предки поведали нам своё решение.

К главному подошли остальные старейшины, выглядящие так же устало. Они что-то пробормотали, и от их посохов к главному старику потянулась энергия. Тот облегчённо выдохнул и усиленным магией голосом объявил на весь остров:

— Предки и сам Великий одобряют союз народа занов с Гардарикой!

На всех кораблях и ладьях раздались торжествующие крики. Воины, не знавшие практически ничего о моей стране, радовались искренне, всей душой, и только лишь потому, что предки ошибаться не могут. А уж тем более Великий бог. Может, я и ошибаюсь, но заны уж слишком сильно доверяют своим старейшинам. Те ведь могут и ошибиться. Впрочем, разве мне хуже?

— Дай мне руку, — нормальным голосом попросил старейшина. Догадавшись, в чём дело, я протянул ему правую руку.

Дед сжал мою ладонь шершавыми пальцами, осторожно, словно боясь разбить, осматривая блестящее в свете догорающего костра божественное кольцо. От него ощутимо веяло холодом, хоть и не сильным, и старик это почувствовал. Словно нехотя отпустив мою руку, он произнёс едва слышно:

— Береги его. От этого зависит судьба очень многих.

Кивнув, я развернулся и, взяв одежду, направился к своему кораблю. Наконец-то можно решить все важные вопросы и заняться остальными делами. Да и расслабиться бы не помешало.

— Итак, что ты хочешь за этот остров? — Спросил я у конунга, обращаясь на местный манер, без всяких «вы».

— Понимаешь ли, этот остров очень ценен, — ответил уклончиво воин, больше напоминавший торгаша, — он большой, с южной стороны достаточно удобные большие бухты, если что-то строить, то проблем не возникнет.

— Насколько я знаю, этот остров тобой совершенно не использовался, — возразил я, — а всё потому, что он почти полностью лежал в водах Штормового моря. А теперь, после того, как Я очистил море, этот остров стал сразу тебе нужен.

— Обстоятельства меняются, и потому я не могу просто так отдать столь ценный кусок суши, — хитро ухмыльнулся конунг.

— Если хочешь, я отсыплю тебе золота столько, сколько весишь ты сам вместе с доспехами и оружием, — ответил я.

Мне нужен был этот остров. Не потому, что он находится на отшибе архипелага занов и потому станет удобной частью Гардарики, не потому, что в нём очень удобные бухты и рельеф, и можно не только построить огромный удобный порт, но и большой город. И даже не потому, что на этом острове есть несколько небольших месторождений самоцветов, открытых без проблем магами.

Тут в дело вмешались мои маги. Они сказали, что на этом острове сходятся потоки природной магии, самой мощной в мире, и потому любая магическая деятельность на острове будет многократно более сильной и искусной. А когда я заинтересовался данным любопытным моментом, ибо в Гардарике нет подобных мест, и прибыл на остров с разрешения конунга, мне удалось связаться с местными Хранителями.

Когда я впервые встретился с Хранителями, то увидел забитых, ослабленных водяных жителей, стоящих на гране гибели. Это было племя истребляемых зверолюдами водяных. И спустя два с лишним года я встретился с другими Хранителями, которые из-за Штормового моря не могли попасть на континент и на Совет Хранителей.

Это были существа, совершенно не напоминавшие тех водяных. Сверхъестественные жители острова были сыты, могущественны, и они являлись самыми настоящими руководителями племени Хранителей всего архипелага. И если моя помощь для водяных была чем-то вроде живой воды, то даже со своей современной мощью я едва ли мог сравниться с силой местных.