— Боже, милая, у тебя талант.

Ей не требовались чьи-то указания в том, что нужно делать.

— Раз ты дал мне разрешение исследовать тебя, я хочу узнать и попробовать тебя всего. — Кинли сжала головку его члена губами, окутывая жаром своего рта.

— Да, милая. Так хорошо. Очень хорошо. — Мужчина закрыл глаза и запустил пальцы в волосы девушки. — Возьми глубже.

Она подчинились, погружая член в свой горячий рот. Её язык кружил, дразнил, издевался. Кинли, то всасывала его, усиливая ощущения, то выпускала, растягивая предвкушение. Райли чувствовал, как его член пульсирует синхронно с ударами сердца, когда она вбирала его глубже.

Снова и снова девушка обрабатывала его твердую плоть, насаживаясь и полностью погружая в свой рот. Она неустанно трудилась, двигаясь вверх-вниз, с каждым разом вбирая его всё глубже, старательно покачиваясь всем телом.

Потянувшись, Кинли погладила его бедра через ткань джинсов. Райли почувствовал, как её пальцы медленно поднимаются вверх и касаются обнаженной кожи. Не переставая сосать его член, она приласкала его бедро, а потом сжала ствол – дань восхищения любовником, молчаливое выражение желания. Её нежные руки то опускались к основанию его члена, то поднимались к головке, пока Кинли нежно покусывала его длину краешками зубов.

Райли посмотрел вниз и обнаружил, что она свободной рукой обхватила его яйца. Казалось, вся её застенчивость испарилась, когда он разрешил ей играть с ним, словно Кинли только и ждала удобного случая, чтобы дать себе волю.

Она перекатывала его яйца в ладони, вызывая у Райли глубокий стон. Он был на грани потери гребаного рассудка.

— Я не продержусь долго, милая, если ты продолжишь так делать. Ты уверена? — он не хотел изливаться ей в рот, если она ещё не была готова к этому.

Кинли прогудела вокруг его члена, посылая вибрацию по венам мужчины и вызывая дрожь удовольствия. Играя с его яйцами, девушка вобрала член на всю длину, почти до основания. «Гребаный ад, он чувствовал стенку её горла». Её язык непрерывно ласкал член, вознося мужчину всё выше и выше.

Пока Райли не сдался.

— Глотай, — прорычал он, когда его накрыл оргазм.

Исступленный восторг запульсировал глубоко внутри и взорвался в головке его члена, пока мужчина извергался в восхитительный ожидающий рот Кинли.

И она приняла каждую каплю, проглотив всё, что он ей дал. Наклонив голову, она облизала его сверху вниз с двух сторон, не оставив ни капли.

Райли был ошарашен, насколько открыто и честно она дарила себя. Он убрал её волосы с лица, медленно вынимая член из её рта. Поднял девушку на ноги и притянул к себе, чтобы иметь возможность поцеловать. Ему было плевать, что его джинсы съехали на колени. Он просто знал, что его рту требовались её губы, а рукам – её тело.

— Спасибо, милая. Это было невероятно…

Он никогда раньше не благодарил любовницу. Покупал цветы, побрякушки, но никогда так не ценил то, что они давали ему. Он никогда даже не думал об этом. До этого момента.

Кинли была другой.

— Все было нормально?

Ему стоило рассмеяться, потому что страхи девушки были понятны, но совершенно необоснованные. Он светился от радости и искрившегося внутри счастья, прижимая её к себе, всё ещё не готовый отпустить.

— В высшей степени. И я говорю это не для того, чтобы ты почувствовала себя лучше. Я никогда ни у кого не чувствовал такого желания угодить, как у тебя.

Райли целовал девушку, пробуя на вкус их близость. Пока этого было достаточно. Конечно, хотелось погрузиться глубоко в её киску. Он сделает это завтра. И тогда будет наслаждаться их близостью, и заполнять свою память этими образами, которые долго не исчезнут даже после её ухода. Таким образом, у него останется что-то, чтобы сдержать ту темноту, в которую он провалится, когда всё рухнет. Райли хотел бы заполнить образами Кинли всю свою память, как жесткий диск компьютера. Он хотел настолько переполниться ею, чтобы невозможно было добавить что-то еще. Как её планшет – его память тоже была переполнена. Он заметил это, когда отключал ей доступ к интернету.

И тайно проверил на нем информацию.

— Какой объем памяти у твоего планшета?

У Райли появилась идея. Мужчина начал подозревать, что желание Дженсена получить багаж Кинли связано с её планшетом. Большие сомнения, что мудак умирал от желания дочитать сохраненный в нем роман. Но он мог хотеть вернуть фотографии. В планшете Кинли были сотни фотографий. Фотографии занимали большую часть памяти, хотя не должны. Этот планшет способен хранить тысячи фотографий. А он был до странности переполнен.

Кинли подняла глаза, встречаясь с Райли взглядом.

— Что?

Райли покачал головой.

— Не важно, милая. Мне нужно снова взглянуть на твой планшет. Сейчас же.

Он снова поцеловал её, пытаясь смягчить резкий переход к другой теме.

— Прости. Иногда в моем мозгу крутятся какие-то мысли, и мне нужна некоторая встряска, чтобы задачка решилась и пазлы сошлись. Или, возможно, мне просто был нужен лучший минет всех времен и народов, чтобы сделать меня гением, — мужчина усмехнулся. — Думаю, я понял, что именно Дженсен так отчаянно пытается заполучить в свои руки. Буди Доминика и Лоу, а потом тащи мне свой планшет.

Девушка наклонилась и схватила футболку.

Райли вырвал вещь из рук девушки.

— Тебе не нужна одежда, чтобы разбудить их.

Кинли мило нахмурилась.

— Я думала, мы переключаемся на деловой режим.

У неё было немного ошибочное представление.

— Деловой режим не предполагает для тебя одежду, милая, — Райли схватил футболку. — Мне лучше думается, когда ты голая. Рассматривай это как приказ. Черт, если ты все время будешь ходить голой, я смогу решить проблему мирового голода.

Девушка хихикнула.

— Реши для начала мою. Я сделаю все, что попросишь, если ты просто закончишь делать мой сэндвич. Я вернусь, но не могу обещать, что буду раздета. Это Аляска. Если ты хочешь, чтобы я расхаживала в чем мать родила, в следующее похищение отвези меня на Гавайи.

Кинли развернулась, и мужчина наблюдал, как покидает кухню самая горячая задница планеты. Его член снова встал по стойке смирно, но Райли натянул на себя джинсы, потому что ему предстояла работа.

Когда девушка свернула в коридор, его осенило: кажется, он был прав. Хоть его время с ней только началось, оно почти закончилось. Ему придется вернуться в реальный мир. И там он её потеряет.

Иногда быть умным не так уж здорово.

Лоу посмотрел на планшет. Там была довольно милая фотография Кинли и Аннабель. Девушки стояли в беседке и улыбались, салютуя друг другу бокалами с вином.

На Кинли был надет желтый сарафан, и Лоу не мог оторвать от неё взгляд. «Каким образом эта фотография на планшете Кинли может стать ключом к разоблачению Дженсена?»

— Кто сделал этот снимок, дорогая? — спросил девушку Райли.

Лоу переводил взгляд с Кинли на брата и обратно – и ему очень хотелось задать им несколько вопросов. Когда девушка вошла в спальню, чтобы разбудить его, она была абсолютно голой. Лоу потянулся к ней, намереваясь вернуть в постель, но она объяснила, что Райли хочет поговорить с ними, потому что его добродетельный брат-«ботаник» что-то нашел в планшете.

Мужчина был чертовски уверен: Кинли не раздевалась для того, чтобы разбудить их, одевшись перед этим для разговора с Райли. Его брат любил копаться в технике, но также он обожал, когда их женщины были голыми. Между Райли и Кинли что-то изменилось, и Лоу хотел это отпраздновать.

Но сейчас ему приходится вникать в кучу технического дерьма, в котором он не разбирался. Утешало то, что Кинли была раздета. Его брат ясно озвучил это правило.

— Ты уверен, что я не должна накинуть халат или что-то в этом роде? — спросила Кинли, скрещивая руки на груди.

Доминик сидел, закинув ногу на ногу, за кухонным столом и с одобрением смотрел на девушку. Он, как и Лоу, надел спортивные брюки.