Среда, 17 июля

Сегодня вечером у Тино Солдати я долго разговаривала с Хассо Эцдорфом о Франции. У него репутация очень порядочного человека, но это, вместо открытой критики, вечное «да ну их», которого ради самозащиты придерживаются в обществе даже самые лучшие немцы, отмежевываясь от нынеш- них лидеров и поступков собственной страны, нередко меня просто пугает. Если они не будут отстаивать свои убеждения, то чем все это кончится?[38]

Понедельник, 22 июля

Слушала дома по радио замечательный концерт в Берлинской филармонии.

Даруся Горчакова только что прислала нам из Швейцарии список молодых людей из белых беженцев, которые, сражаясь во французской армии, пропали без вести по окончании французской кампании;[39] там числятся, среди прочих, наш двоюродный брат Иван[40] Вяземский, Миша Кантакузен и Алеша Татищев. Пока что никого из них отыскать не удалось.

Вторник, 23 июля

Миша Кантакузен нашелся, но мы беспокоимся за Джима Вяземского, которого в последний раз видели во Фландрии. Нет никаких вестей и от наших двоюродных сестер Щербатовых из Парижа.

Четверг, 25 июля

Обед у Хорстманов по случаю дня рождения Фредди.[41] В первый раз после бала у чилийцев мы были в длинных платьях. Разговор шел в основном о противогазах. У нас противогазов нет, что вызвало некоторое удивление, так как прошел слух, что в обломках недавно сбитого британского самолета были обнаружены газовые бомбы.

Пятница, 26 июля

Сегодня вечером заходил Альберт Эльц. Он принес нам торт и зубную пасту «Колинос» — ценнейший предмет, который теперь можно достать только в Сименсштадте. Он зенитчик на крыше тамошнего завода; недавно его посадили под арест за то, что вместо выслеживания в небе английских самолетов он читал английский роман.

Понедельник, 29 июля

В последнее время я стараюсь по понедельникам сидеть дома, потому что в этот день еженедельно транслируют по радио концерты из филармонии.

Татьяне снова повысили жалованье. Мне все нет. Уныло плетусь в хвосте.

Четверг, 1 августа

Все ближе знакомлюсь с начальником Татьяны Иозиасом Ранцау, и он все больше мне нравится. Ленивый сыскной пес с отличным чувством юмора.

Суббота, 3 августа

Через нейтральную страну получили наконец-то весточку от Мары Щербатовой. Все двоюродные сестры снова в Париже, но сидят без работы. Их старый друг Андрей Игнатьев остался без ноги, воюя в рядах французской армии.

Воскресенье, 4 августа

После церкви присоединились к друзьям в отеле «Эден», где Луиза Вельчек обедала с молодым человеком по имени Паул Меттерних, правнуком знаменитого канцлера, он наполовину испанец. После этого все мы были приглашены к Шаумбургам в Кладов и поехали туда в нескольких машинах; Паул Меттерних сидел на заднем сиденье с Татьяной, Наджем (из венгерского посольства) и мною. Он, бедняжка, ходит стриженным наголо, так как служит где-то рядовым солдатом. Из-за этого необъявленного вторжения Бурхарду Прусскому пришлось ехать поездом. Совершенно очевидно, что Паулу понравилась Татьяна.

Четверг, 8 августа

Кофе с Луизой Вельчек и Иозиасом Ранцау у нее в бюро. Позже к нам присоединился Адам Тротт, поразивший меня, как и в первый раз, интенсивностью взора и всей своей манерой. Обедала с Татьяной, Бурхардом Прусским и Ранцау у Луизы в ее отеле на Штайнплатц. Соответственно переодевшись, Луиза танцевала фламенко. У нее это превосходно получается.

Вторник, 13 августа

Сегодня вечером Ц.-Ц. Пфуль, еще двое гостей и я умудрились съесть 120 раков. В И вечера позвонила Татьяна и сказала, что Папa поскользнулся в темноте, упал на тротуар и поранил голову. У него сильно текла кровь, а бинтов дома не было, поэтому мы отправились на поиски открытой аптеки. Едва мы привели Папa в порядок, как начался воздушный налет. Нам стоило больших трудов уговорить его спуститься в подвал (наша квартира на четвертом этаже) — он боялся, что соседи подумают, будто он с кем-то подрался! Много стреляли, отбой дали только в три часа утра. В последнее время сильно бомбят Англию; должно быть, это в отместку.[42]

Пятница, 16 августа

Йозиас Ранцау подарил нам, четырем девушкам, хорошие французские духи с разнообразными экзотическими и соблазнительными названиями: «Mitsukuo»,[43]«Ma Griffe»,[44]«Je Reviens»[45] и тому подобное, о которых я раньше не слышала.

Вторник, 20 августа

Татьяна и я беседовали с некоторыми сотрудниками шведской миссии с целью выяснить, как нам связаться с нашим двоюродным братом Джимом Вяземским. Теперь мы знаем, что он цел и невредим и находится в лагере для военнопленных где-то в Германии.

Воскресенье, 25 августа

Сегодня ночью снова был налет. Татьяны не было дома. Я поначалу оставалась в постели, но стреляли так сильно, что временами заливало светом всю нашу комнату. Пришлось спуститься в подвал и заставить Папa спуститься вместе со мной.

Понедельник, 26 августа

Опять налет. Мы оставались в постели, хотя теперь во всех домах привратники получили приказ заставлять всех спускаться в подвалы. Наш привратник тоже приходил и стучал кастрюлей, чтобы нас разбудить. Но на этот раз грохот продолжался всего полчаса.

Вторник, 27 августа

После работы зашла на службу к Татьяне. Слышно было, как в соседней комнате — в ванной — плескались. Ее начальник явно пользовался тем обстоятельством, что в государственных учреждениях пока еще есть горячая вода.

Обедала с друзьями, в числе которых были двое братьев Кикебуш. Оба были тяжело ранены во Франции. Мэксхен три месяца лежал парализованный. У Клауса загорелся танк, его выбросило, сильно обожгло лицо, но он поправился, и теперь почти ничего не заметно. Ему повезло: он так гордится своей внешностью! Но двое из его экипажа погибли.