«Петроградское небо мутилось дождем…»

Петроградское небо мутилось дождем,
       На войну уходил эшелон.
Без конца — взвод за взводом и штык за штыком
       Наполнял за вагоном вагон.
В этом поезде тысячью жизней цвели
       Боль разлуки, тревоги любви,
Сила, юность, надежда… В закатной дали
       Были дымные тучи в крови.
И, садясь, запевали Варяга одни,
       А другие — не в лад — Ермака,
И кричали ура, и шутили они,
       И тихонько крестилась рука.
Вдруг под ветром взлетел опадающий лист,
       Раскачнувшись, фонарь замигал,
И под черною тучей веселый горнист
       Заиграл к отправленью сигнал.
И военною славой заплакал рожок,
       Наполняя тревогой сердца.
Громыханье колес и охрипший свисток
       Заглушило ура без конца.
Уж последние скрылись во мгле буфера,
       И сошла тишина до утра,
А с дождливых полей всё неслось к нам ура,
       В грозном клике звучало: пора!
Нет, нам не было грустно, нам не было жаль,
       Несмотря на дождливую даль.
Это — ясная, твердая, верная сталь,
       И нужна ли ей наша печаль?
Эта жалость — ее заглушает пожар,
       Гром орудий и топот коней.
Грусть — ее застилает отравленный пар
       С галицийских кровавых полей…

1 сентября 1914


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: