Но мужчина уже не мог остановиться, безжалостно полосуя по ногам, по рукам, по корпусу...

Марк перешел в наступление, всё активнее и динамичнее отвечая на выпады Красного.

В голове гудело, а кровь всё быстрее и быстрее текла по венам.

Сталь - во взгляде и в руках...

Нежное имя - на губах.

Двоим под Солнцем места нет.

Смерть помешалась на любви.

Обоим резал взгляд адреналин.

Руки уже с трудом удерживали мечи... Они падали и вставали - снова и снова, снова и снова, выхаркивая забившийся песок изо рта.

Маргарита в третий раз споткнулась уже возле самой арены. Она поднялась, растирая грязь по мокрому лицу.

И тут она увидела их - израненными лежащих на песке, вцепившись друг в друга, как бесстыдные любовники.

Однако, не успела девушка дальше и шагу ступить, как путь ей преградила фигура в белом одеянии:

- Стой, где стоишь, женщина! Не подходи!

Маргарита так и застыла на месте с широко раскрытыми глазами.

- Кто вы? - только и смогла пролепетать пораженная девушка, - Почему?!

- Я - Ангел Судьбы, - монотонным голосом продолжал незнакомый, - Они поставили свою личную неприязнь выше интересов человечества. Один развязал войну, нарушив священный обет перемирия, второй - вместо того, чтобы исполнять свой долг защитника, тратит силы на персональную месть. Ложь одного стала причиной гибели невинного создания, второй - пролил кровь, что вернула его к жизни. Эти недостойные прогневили Небеса и теперь принадлежат мне - я их забираю.

- Я не отдам! Ты их не получишь! - она решительно замотала головой, - Считаешь, что имеешь право судить их? Да, мы не непогрешимые. Мы такие - какие есть - со своими достоинствами и недостатками, иногда наши эмоции берут верх над разумом - но в этом и заключается наша сила и наша слабость - быть человеком, сложным, неоднозначным и многогранным. Нельзя всё в мире делить только на чёрное и белое - в нём полно полутонов и оттенков. Вы требуете от нас святости? Как же вы, святые, допустили эту войну? Почему не помешали? Или мы для вас только пешки, не заслуживающие уважения? Мы - не скот, мы - люди! Я - человек, и я горжусь этим. И не желаю уподобляться вам.

- Замолчи, женщина! Перед смертными мы ещё не отчитывались! - повысил голос собеседник, укоряюще глядя на неё, - Это всё из-за тебя, между прочим!

- Я не могу отрицать этого, - девушка выдержала его взгляд, - но я не хотела этого... И не их это вина.

- Ты настаиваешь? А если бы я сказал, что согласен забрать только одного - кого бы ты выбрала?

- Обоих! - девушка твёрдо шагнула вперёд, - Я не собираюсь выбирать - они оба ни в чём не виноваты! Мы мало сделали для человечества? Пусть так... А сколько мы ещё можем сделать? Но, я и пальцем не пошевелю, если мне не разрешат их забрать! Возьми лучше меня вместо них, если считаешь, что я виновата, - она сделала ещё один шаг, и яркий свет окутал её, и за спиной появились белые крылья...

- Я прошу дать им возможность всё исправить, прошу дать им ещё один шанс. Я простила, и Вы постарайтесь, - решительно настаивала Маргарита.

- И ты готова взять на себя ответственность за них? Запомни - у них и у тебя будет только одна возможность - с этими словами он исчез, оставив девушку в растерянности.

- Да что тут происходит? - Джек затормозил у арены и сделал знак остальным тоже остановиться, - Вашу мать! Эти двое успокоятся когда-нибудь? - не выдержал он, - Не думал, что когда-нибудь скажу это, но, хорошо, что они не были в достаточной физической форме, и их состояние не позволило им сейчас нанести друг другу более серьёзных увечий, чем эти множественные, но поверхностные раны - тут я ещё могу справиться, а вот при более сильных повреждениях - не уверен.

- Теперь всё будет хорошо, - силясь улыбнуться, Маргарита медленно обернулась и так, с улыбкой на губах, и упала на песок...

Как только состояние его пациентов больше не не внушало опасений за их жизни, Джек не стал ходить вокруг да около и сразу высказал им своё недовольство их поведением:

- Так вот чем вы занимаетесь, да?! - не давая опомниться, молодой хирург сразу перешел в наступление, разгневанно сверкая глазами, - И о чём вы только думали?! Я вас спрашиваю!

- Я не знаю, что на меня нашло... - Джон сел на кровати и опустил голову на колени, - это было, словно, помешательство.

- Что, не нашлось другого способа, куда избыток энергии деть? Так я напомню, что войска Тёмных Небес уже стоят у границ.

- Что?! Почему ты молчал? - Джон поднял на него глаза, - Вот же я идиот! Там же Самаэль! Там же мой брат! Там же наши... - он вскочил на ноги, сбросив на пол одеяло, - Одежду мне - быстро! Приготовьте моего коня!

- Ты с ума сошел? В таком состоянии? - Марк тоже попытался встать, - Я не отпущу тебя одного! Мне тоже подайте одежду, - потребовал он, потом повернулся к Джону, - Позволь мне искупить свою вину. Только прошу, не причиняйте вреда Альвис - она не такая, как вы думаете. Она не желает вам зла. Когда всё закончится, я готов понести любое наказание, только будьте милостивы к ней. Я не прячусь от вины и не убегу, лишь дайте мне поговорить с ней - она выслушает меня, она из тех немногих, кто пытался понять меня, кому я был небезразличен.

- Я бы лучше сдох, чем быть обязанным тебе, - мрачно усмехнулся смуглый мужчина, потом улыбнулся своей обычной приветливой улыбкой, - Так бы я, не задумываясь, сказал вчера... Сегодня же это уже бессмысленно, уже не изменить того, что ты сделал - ни зла, ни добра. Ты отнял у меня ребёнка, но ты же вернул жизнь мне - не равноценный, конечно, обмен. Но, я не могу теперь убить тебя, пролить ту же кровь, что теперь и во мне, однако... дай мне хоть малейший повод - и я не стану себя сдерживать. Когда всё закончится - тебе лучше покинуть Небесный Град. Так будет лучше для всех.

С трудом они переоделись в походную одежду, и, с ещё большим трудом, держались в седле...

Маленький отряд выступил к крепостным стенам на границе, чтобы присоединиться к расположившейся там лагерем армии.

С непривычки, от езды верхом у Маргариты ломило всё тело, но она старалась не подавать вида, глядя, как мужественно держатся остальные. Создавалось впечатление, что только Кали, да ещё Джастина, проведшая детство на ранчо, чувствовали себя в своей стихии. Одеты они были в лёгкие кожаные доспехи, высокие сапоги и плащи. Чтобы волосы не лезли в глаза, девушки сделали причёски в стиле амазонок - со множеством косичек с вплетенными в них кожаными шнурками и бусинами, и выглядело это довольно эффектно. Даже у Маргариты волосы уже отрасли до такой длины, что позволяла выполнить такую замысловатую прическу. Справедливости ради, стоит заметить, что Маргарите такая причёска исключительно шла, открывая лицо и ставя акцент на необычной для европейки форме глаз девушки, в венах которой было намешано много кровей, равно, как и остальным девушкам - в особенности Кали и Ями: первая всегда выглядела блистательно, но, спокойно восседавшая верхом на чёрном скакуне, в доспехах бордового цвета, она была исключительно величественна, сестра Джона тоже преобразилась из трепетной лани в прекрасную Валькирию, но, всё с тем же томным взглядом тёмных очей.

Раны Джона и Марка всё ещё давали о себе знать - оба с трудом держались в седле, исключительно благодаря силе воли, стараясь не думать о боли и усталости, ежеминутно борясь с головокружением и предобморочным состоянием, держась что есть силы за поводья, чтобы не упасть с коня.

- Жан, с тобой точно всё в порядке? - Маргарита положила ладонь на его руку.

- Спасибо за беспокойство, дорогая, - кивнул он, - но, сейчас это не имеет значения, - Джон посмотрел на неё взглядом, полным сожаления и раскаяния, - Прости меня, я, и правда, не знаю - это было какое-то помешательство.