— Чтоб нас тоже растоптали и сожгли? — хрустнул пальцами-ветвями мудрый Силдан. — И всех тех существ, что мы, назвав армией, поведем на бойню?

— Боишься? — с едва различимой насмешкой спросил Уандор.

— Да все мы боимся, — отмахнулся Силдан. — Иначе были бы еще большими глупцами, чем уже являемся, придя сюда.

— Хочешь сидеть в своем лесу и ждать, пока эльфы доберутся до него? — встряла Савилла.

— Вот о чем говорила Тэхэ, — тихо сказал Брол, обращаясь к Нильф. Она-то его услышала, остальные — нет. Слишком заняты были руганью. — Они вот-вот друг на друга кинутся, не дождавшись нападения эльфов.

— Они просто спорят, — ответила Нильф. — Не ссорятся. Уж поверь мне, Брол, я слышала, как ссорились Мертвые.

— Ты много чего слышала, — согласился Брол, — и видела… Но сделала ли ты из всего этого верные выводы?

— Что ты хочешь сказать?

— Не более того, что уже сказал.

— Ты смотри! — обрадовались вдруг со стороны входа на поляну. — Как не увижу богов — хором ругаются! Это прямо вредная привычка какая-то, вот как у тебя воровать, так у них — ругаться!

К окончанию короткой речи гостя замолчали уже все. Напряженно смотрели на него — того самого рыжего, который совсем недавно на пару со своим попутчиком докучал Бролу в его собственном лесу.

— Здрасьте! — радостно поприветствовал он всех. — Я — Затхэ.

***

Они поднялись ему навстречу.

Йен выхватил взглядом нечто, зыркавшее из-под капюшона, почти как Нивен, только глаза у него были красные. Потом еще одно — с копной спутавшихся волос и кожей такой темной, что глаза, казалось, светились белым. Впрочем, может, они и светились. И еще одно... Йен прищурился, прислушался, подался вперед — так и есть: дыша, существо булькало.

Йен раскрыл было рот, чтобы радостно сообщить о своем открытии Нивену, но тут же получил упреждающий удар локтем. Мстительно наступил на ногу в ответ.

Нильф вздохнула. Брол прокашлялся. 

Оба покосились друг на друга и замерли. Йен набрал воздуха в грудь побольше и шагнул вперед. 

— Ну и? — спросил он требовательно. — Что у нас есть? Сколько людей? Нелюдей? Кто что умеет? Ну, ребята, поживее! Времени у нас, я так понимаю, мало.

— Иные выступят на рассвете, — сказала Нильф.

— Значит, мы нападем ночью, — кивнул Йен. — Ну, давайте, что у нас есть?

— Мы? Нападем?! — вразнобой возмутились сразу несколько божеств.

— И вы туда же? — выгнул бровь Йен. — Только ушастому все объяснял, теперь — вам... Да, вы. Да, нападете. Да, первыми. Вы не будете хорошими, запомните. Вы не будете хорошими по сравнению с плохими злыми эльфами. Хотите выжить? Хотите победить? Будьте хуже. Злее. А теперь в третий раз. Что. У нас. Есть?

— Дриады, — с тяжелым вздохом и как будто неохотно отозвалось нечто, еще более скрипучее, чем Брол. Пока не заговорило, Йен считал, что это куст. — Пару сотен дриад есть.

— Это кто такие? Драться могут?

— Могут.

— Тогда берем. Что еще?

— Есть вода, — булькающее существо, судя по голосу, оказалось не богом — богиней. — Рыбы, змеи…

— Если далеко зайдут, топить будем… — задумчиво пробормотал Йен. — Что еще?

— Быки, — прогудел красноглазый.

— Быки?! — переспросил Йен.

“Да, — подумал он, — как-то негусто у них с силами… Хотя бы зогров развели, что ли... Как они быками Иных будут побеждать?”

— С крыльями! — обиделся красноглазый.

— То есть летают? — обрадовался Йен.

Ему тут же пришла в голову идея собрать быков, накормить и запустить над лесом Иных, потому что тяжело воевать, когда бык тебе на голову нагадит. Но он вовремя вспомнил, что локоть у Нивена острый, и он наверняка так и ждет, чтоб отомстить за отдавленную ногу.

Да и Рэй не предложил бы такого. Рэй был бы серьезен, сосредоточен. И думал бы, думал…

— Что еще? — серьезно спросил Йен и почувствовал короткий взгляд Нивена. Кажется, удивленный. Хотя — кто там разберет его взгляд.

“Ага! Не получишь ты своей мести, — подумал он. — Не дождешься!”

— Еще грифоны, — мягко сказало нечто невразумительное, с черными-черными глазами на бледной коже. — Уандор, почему ты забываешь о грифонах?

— А кто горы тогда хранить будет, если всех в леса Иных бросим? — мрачно спросил красноглазый. — Ты может, кого-то из своих предложишь, Ильфар?

— А горы-то останутся, если не победим Иных? — возразил Ильфар. — Раз уж решили воевать, то давай всех. А то кричишь-то ты громче всех, а как до дела доходит...

— Тихо! — рыкнул Йен, и Ильфар действительно замолчал. — Ты, разговорчивый, у тебя кто есть?

На самом деле Йен и не на них рычал, на себя — он безуспешно старался выбросить из головы план накормить теперь еще и грифонов. И следом за быками пустить, чтоб наверняка.

— У меня есть звери, — мягко ответил Ильфар, — но мелкие, миролюбивые… Больших и хищных, способных вести бой, немного наберется. Сотню найду. Только где гарантии, что Иные не смогут подчинить их себе? И обернуть против нас?

— Это Леса Тэхэ, — напомнил Йен. — Уж будь уверен, рогатая постаралась на славу, чтоб силы Иных не работали с ее имуществом. Мы проверяли, — и покосился на Нивена.

— Мы не имущество! — возмущенно забулькало из-под капюшона. — Ни звери, ни растения, ни…

— Продолжай повторять себе это, — перебил богиню Йен и огляделся. — Ну что, Лесные? Это вся наша армия?

— Это не армия, — прохрустел куст. — Такими силами и на людей напасть — означало бы верное поражение. Нильф обещала привести подмогу, а привела рыжего дурака.

Йен набрал было воздуха побольше, чтобы возразить, но куст продолжил:

— Да-да, мы все слышали, что ты назвал себя Затхэ. Более того — мы все чуем древнюю мощь, которой от тебя веет. Но это — лишь смутное ощущение. А ты явно не справляешься пока с этой мощью сам. И совершенно не знаешь, что делать.

— Но не по лесам же сидеть! — возмутится Йен и огляделся. — Эй! Ребята, просыпайтесь! На ваши земли прут Иные… Хотя, какие они, к черту, Иные? Обыкновенные ушастые твари! Иной здесь я. И я поведу вашу несуразную армию, более того — мы выиграем битву, если вы сделаете одну вещь. Одну простую вещь! Поверите в меня!

— Ладно... — сказал Брол, и Йен обрадованно воскликнул:

— О, пе… гм! Брол!

— Ладно, — сказал Брол. — И как ты выиграешь?

“Как я выиграю? — подумал Йен. — Думай, думай, Шаайенн… Как я выиграю? Ладно, к черту Рэя! Что сделал бы я, чтобы решить исход битвы?”

— Сколько, говоришь, у нас крылатой живности? — спросил Йен красноглазого.

— По несколько сотен, — будто нехотя ответил тот.

— Что дриады? — развернулся к кусту. — Смогут живность оседлать и не свалиться?

— Зачем им…

— Смола у вас есть? — перебил Йен.

Все замолчали. Глядели друг на друга. Может, даже мысленно общались, пытаясь определить, есть ли у них смола. И стоит ли сообщать об этом рыжему дураку.

Это продолжалось так долго, что Йену захотелось поднять с земли ближайшую корягу и потыкать — вдруг, уснули? Или шишкой бросить... Шишек не было, зато он заметил на земле удобных размеров камень и старательно отковыривал его ногой от земли, когда они наконец определились и ответили.

— Есть, — сказала Нильф.

— Драться с ними в их лесах или где-то рядом — бессмысленно. Их нужно выманить на удобную позицию. Найдем возвышенность, встретим там. К лесу отправим летающую живность. И щиты! У них будут стрелы, значит, нам нужны щиты. Но главное — побольше смолы.

Божки молчали, обдумывали.

Йен гордо покосился на Нивена: он придумал план.

Нивен смотрел вдаль, будто и не слушал вовсе. Будто думал все это время о чем-то своем.

Йен все-таки подцепил камушек ногой, подбросил повыше и пнул в полете так, чтобы попасть в Нивена. Тот отбил на лету, не глядя — задумчиво отмахнулся. Но посмотрел все-таки в глаза.

Йен снова ничего не разобрал в мертвом взгляде.

***

Риирдал наконец вышел из лесу. Вышел туда, откуда пришел — к цветастому и кричащему рынку на скале у моря.

Размашисто прошагал к шатрам, уперся рукой в стойку первого попавшегося и перевел дух. Держаться на ногах было все труднее, а рыжая тварь снова ушла по лесам.

“Это какой-то кошмарный сон, — в очередной раз подумал Дал. — Сон, который все повторяется и повторяется, и я в нем застрял…”

— Мне нужен… — выдохнул он, поднял на продавца тяжелый взгляд, собрался с силами. — Мне нужен конь. И карта.

— Больше ничего? — хмыкнул тот. — У меня тут сувенирная лавка, уважаемый, так что если ты не против…

— Просто скажи, где это можно взять, — устало пробормотал Риирдал. — Тут только шатры и леса, а там — море… Где хоть один нормальный город?

— Не очень далеко, — сказали за спиной, и Дал, который только что пытался отдышаться, задержал дыхание: просто вдохнул и не мог выдохнуть. Голос был до боли знакомым. А все это определенно было сном.

— Но и не так, чтобы близко, — продолжили говорить за спиной. — Сначала тебе, конечно, надо будет отдохнуть, а потом пойдем. Мне тоже коня бы, хочу до столицы добраться, поговорить с этим их Князем…

Дал наконец оттолкнулся от стойки и медленно развернулся. Перед ним стоял Дэшон. И улыбался.

Улыбка была привычно теплой, серый взгляд — привычно насмешливым.

— У меня для него две новости, — говорил он как ни в чем не бывало. — Одна плохая, про Шаайенна, вторая еще хуже, про Тейрина. Так что кони нужны быстрые, чтобы в случае чего, если новость не понравится Князю, а мы подвернемся под руку…

Дэшон не договорил.

Дал сгреб его в охапку. И даже не завел спор о том, какая из новостей все-таки хуже.

***

Ух’эр прождал Сорэн еще немного. Потом прислушался наконец к гложущему чувству внутри и метнулся вниз — к людям. Даже облако с собой не захватил — упал на землю черной молнией. Вскочил и замер перед ее домом. Перед тем, что когда-то было ее домом, а сейчас лежало пепелищем у его ног. Ветра не было, и куча пепла была такой же аккуратной, какой ее оставили.

Будто специально оставили, чтобы ему показать…

На мгновение мелькнула глупая надежда на то, что она жива. Что его зачем-то пытаются обмануть — слишком аккуратный пепел. Но мгновение прошло, в нос ударил запах гари, и Ух’эр закрыл глаза. В глазах щипало, но слез не было. Было только тяжело дышать.