У каждого дня собственная музыкальная заставка, и каждый раз она новая. Лили клятвенно ее в этом заверяла. Обычно Северин думала, что это полная чушь, но сегодня она начинала понимать, что ее подруга, возможно, права.

Иногда та фигня, что несла Лили, имела смысл. Северин брела вверх по лестнице, напевая «Плохой день». Хотя ее день был не просто плохим, он был дерьмовым.

— Энннииии, — протянула Северин. Ей было лень даже говорить правильно.

— Да?

— Ты, кажется, реально быстро печатаешь... — произнесла Северин и сделала знак бровями.

— Я не стану печатать твой доклад.

— Я заплачу тебе тысячу долларов, — ответила Северин, ища ключи.

Анна улыбнулась и подошла к Северин.

— Плохой день?

— Ага. Я решила, что все брошу и стану одной из этих сумасшедших охотниц за купонами. Я могла бы сколотить на этом целое состояние.

— А еще ты бы стала самым организованным барахольщиком в мире...

— Спасибо за поддержку. Я видела на улице трехлапого кота, можешь пойти украсть его еду.

Анна чуть заметно улыбнулась остроте Северин.

— Переоденься. Мы идем в спортзал.

— И зачем мне начинать туда ходить сейчас? Я даже не знаю, где университетский спортзал находится.

— Выпустишь пар, — Анна по-хозяйски начала рыться в шкафу Северин. — Я не говорю, что ты должна пробежать пять миль, но я тебе обещаю: ты почувствуешь себя намного лучше.

— Я не пойду, — с этими словами Северин упала на кровать и свернулась в удобную позу.

— Нет, пойдешь, — Анна выпрямилась и бросила Северин спортивный костюм. — Сколько раз я ходила с тобой на дурацкие вечеринки?

Северин подняла голову и лениво посмотрела на Анну. Она была права.

Анна знала, что почти убедила Северин и сделала контрольный выстрел.

— Кроме того, там будет чертова куча аппетитных парней, на которых можно пялиться.

Ее глаза расширились. Анна улыбнулась. Северин не думала ни о каких аппетитных парнях, кроме Тайера. Существовал малюсенький шанс, что он там будет.

В ее голове снова всплыли события прошлой ночи. Это сводило ее с ума весь день и заставляло желать новой встречи. Северин не собиралась притворяться, что не хочет снова увидеть его. Хочет. И из-за этого она была противна сама себе.

— Это наш личный Hunk du Jour (Прим. американский сайт, на котором выкладываются профессиональные фотографии горячих парней), — сказала Анна с хитрой улыбкой.

По ее шее стекал пот. Северин вытерла его и сфокусировалась на манекене, стоящем перед ней. В свой следующий пинок она вложила все свое разочарование. Ее нога отпружинила, и она повторила процесс.

Анна была права. Это отличный способ выпустить пар. Пока она не начала мутузить беззащитный манекен, ей хотелось наброситься на каждого встречного. И пока еще она не видела Тайера. Она подняла ногу и ударила изо всех сил.

— Э-э, у тебя все в порядке? Мне кажется, что голова Билла сейчас оторвется, — Анна посмотрела на манекен, который они ласково называли Биллом.

Северин сделала глубокий вдох и отошла. Ее ноги горели, а мускулы были как желе.

— Твоя очередь.

Анна скептически посмотрела на манекен.

— Да я не думаю, что мне тут что-то осталось.

— Ладно, пошли к беговой дорожке.

— Мы там уже были, — заметила Анна, протянув Северин бутылку воды. — К тому же, мы тут уже два часа. Думаю, завтра мне понадобится инвалидная коляска, чтобы добраться до аудитории. Пожалуйста, пошли назад в общежитие. Пожалуйста.

Северин не могла контролировать свои эмоции. Она резко вздохнула и сконцентрировалась на бедном Билле. Она не хотела говорить об этом, но разве у нее был выбор?

— Мне кажется, что мне нравится тот, кто не должен.

Анну было сложно шокировать или удивить. Она быстро закрутила крышку бутылки и практически подбежала к Северин.

— Кто? Подробнее!

— Максен Слоан, — тихо сказала Северин. Это была ложь. Ей нравился другой брат Слоан. Тайер.

Анна в замешательстве посмотрела на нее.

— Мак? Тебе нравится Мак? — она уперлась руками в бедра и осмотрела людей вокруг, прежде чем снова посмотреть на Северин. — Это же хорошо, правда?

Северин кивнула и снова начала пинать манекен.

— Почему он не должен тебе нравиться? Максен не запретный плод. Он хороший парень.

— Я знаю, — просипела Северин. Ее сердце колотилось не от напряжения, переполняющего ее тело, а из-за внутренней борьбы. Сложно удержать правду в секрете, когда она так умоляла отпустить ее на свободу.

— Ты должна действовать, — подмигнула Анна.

Северин ничего не оставалось, кроме как кивнуть. Она знала, Максен — более безопасный вариант. Он смешил ее. Рядом с ним она чувствовала спокойствие, которого ей обычно не хватало. В этом смысл. В кои-то веки Северин должна послушать логику и интуицию.

— Я больше не могу, — устало объявила Анна. — Я пойду в раздевалку, пока еще в состоянии.

У Северин вырвался короткий смешок.

— Иди, я скоро.

Она взяла воду и сделала большой глоток.

— Мне кажется, через пару лет я увижу тебя в рядах копов.

От звука его голоса Северин прикусила пластиковый край бутылки. За ее спиной стоял Тайер и смотрел на нее со смесью уважения и интереса. Это место для Северин не входило в число предпочтительных для приятного времяпрепровождения. Совершенно.

У него, очевидно, все наоборот.

Северин убрала бутылку ото рта. Тайер с нетерпением следил за ее движениями. В этом не было ничего хорошего для стресса, который Северин только что изгнала из своего тела.

— У меня тренировка по самообороне. Знаешь, от всех окружающих придурков.

Тайер улыбнулся. Его улыбка не была однобокой. Он ничего не делал наполовину. Когда он улыбался, улыбка была всепоглощающей.

— Ну, я парень, и я официально заявляю, что буду держаться от тебя на расстоянии метра.

Северин хихикнула, все еще пытаясь восстановить дыхание. Теперь, когда он здесь, все стало в десять раз сложнее. Он прислонился к стене, одетый в майку и шорты. Один пункт из ее гигантского бесконечного списка вопросов можно вычеркнуть. После тренировки он выглядит точно так же, как она и представляла.

Возможно, она была абсолютно не права, считая спорт творением дьявола. Если бы все так хорошо выглядели после тренировки, она бы купила билеты в первый ряд на матчи их мужской баскетбольной команды. Конечно, она упустила свой шанс.

— Если ты все время будешь держаться от меня на таком расстоянии, то мы, вероятно, в конце концов, станем лучшими друзьями.

— Почему это должно мне понравиться? — он излучал оптимизм. Северин никогда раньше его таким не видела. Она раз за разом ударяла по своему бедру почти пустой бутылкой воды. В его глазах плясали озорные искорки. Это могло означать катастрофический ущерб для всех.

— На расстоянии метра? По-моему, это на один гребаный метр дальше, чем нужно.

— Боже, ты смеешься? Ты только что потратил на меня действительно удачную фразу.

Он отошел от стены.

— Северин, у меня нет «удачных фраз», — ответил он, показав руками кавычки. — Это бы означало, что я пользуюсь чьими-то словами. Все, что я говорю — мое собственное.

Ее рука застыла, и бутылка зависла на полпути. Если он шутил, то у него самое непроницаемое лицо в мире. Ей безумно не нравилось, что она не знает, о чем он на самом деле думает. Из-за этого невозможно быть с ним наравне.

— Так ты сегодня придешь?

Северин приподняла бровь.

— Эм, нет. Я никогда раньше не была у тебя в квартире, почему я должна прийти сегодня?

— Максен говорил о твоем приходе, — он закинул на плечо свою спортивную сумку и сделал Северин знак идти за ним. Ей было слишком любопытно, чтобы сказать ему, что женская раздевалка в другой стороне, прямо противоположной той, куда он направлялся.