— Но если Тайер знает тебя настоящую, видит всё это дерьмо, происходящее с тобой, и всё равно хочет быть рядом, то здесь есть над чем задуматься. Если он готов инвестировать в тебя своё время, то, заглянув в глубину души, я бы сказала тебе крепче держаться за него. Я не виню тебя за то, что ты хочешь хранить всё в секрете. Наверное, я бы поступила так же.

С дрожащей улыбкой Северин толкнула Анну плечом. Слова Анны были очень точны.

— Это была очень содержательная речь.

Анна фыркнула.

— Не привыкай. Она меня опустошила.

— Спасибо.

— Просто не позволяй, чтобы всё полетело к чертям, а то я его подберу.

Северин рассмеялась, хотя Анна едва улыбнулась.

— Я абсолютно серьёзно. Его голос способен зажечь даже меня. Знаешь, он мог бы делать убийственный записи. Я бы купила аудиокниги чисто ради того, чтобы слушать, как он говорит. У меня вдруг появился интерес к чтению.

— Иногда ты меня пугаешь.

— Это правда. Даже ты должна это признать, — Анна приподняла бровь и подмигнула Северин.

Северин согласилась. Она только что представила, как он выкрикивает её имя.

Глянув вперёд, Анна остановилась.

— Знаешь, я уже отморозила задницу и устала. Пойду-ка я обратно в общагу.

Северин тоже посмотрела вперёд и увидела, что им навстречу идёт Тайер. Он улыбнулся, и Северин улыбнулась в ответ. С каждым шагом навстречу ему её кожа напрягалась. Она хотела прикоснуться к нему, хотела заполучить его целиком.

— Знаешь, ты можешь остаться.

— Да, конечно, — Анна развернулась и поспешила в противоположном направлении.

Северин жадно уставилась на Тайера, ожидая, пока он подойдёт к ней.

Она никогда не любила делиться. То, что принадлежит ей, всегда таким и останется. Когда Тайер приблизился к ней, Северин поняла, что он точно её.

«Мой, мой, мой...» — отозвался её разум.

Ей захотелось обнять его и крепко-сжать. Но здесь для этого не место. Они находятся в центре кампуса, и вокруг ходят люди. Но Северин была близка к тому, чтобы наплевать на всё это.

Они стояли друг напротив друга, разделяемые лишь парой сантиметров. Тайер улыбнулся ей и наклонился ближе.

— Я хочу, чтобы ты пришла на мою игру, — заявил он.

— На игру? Нет, это вряд ли.

— Ты не хочешь посмотреть, как я играю? — спросил Тайер. Он знал, что она ответит. Знал всякий раз, когда спрашивал.

— Ты же меня уже спрашивал.

— Да, — подтвердил он. — Но я буду продолжать тебя спрашивать, пока ты не согласишься.

— Я уже представляю кучу назойливых людей и неудобные сиденья. А самое грустное... думаю, что я буду из тех людей, что приносят с собой огромные подушки для трибун.

— Всё в порядке. Просто скажешь, что у тебя там болит по другим причинам.

Северин ударила его по руке.

— Это отвратительно, Тайер.

И всё равно она не смогла избавиться от мыслей, бегущих у неё в мозгу.

Тайер остановился и посмотрел на неё. Он знал, о чём она думает. Он протянул было к ней руки, но тут же отдёрнул их. Он отвёл взгляд, и Северин посмотрела на его профиль. Прямая линия носа, изгиб губ, чёткие линии подбородка — для неё это слишком. Она чувствовала себя, словно под пытками, от того, что стояла так близко к нему и не могла прикоснуться.

— А что я получу, если выиграю?

Поднялся ветер, и Северин пришлось надеть капюшон.

— Я должна буду вознаградить тебя за хорошую игру?

Он наклонился к ней ближе. На неё пахнуло его одеколоном, и Северин захотелось зарыться лицом ему в шею. Прикоснувшись щекой к её щеке, Тайер заговорил приглушённым голосом. Его слова пронзили Северин насквозь и вызвали у неё мурашки.

— Я готов начать умолять тебя. Если не хочешь приходить на игру, давай встретимся после неё.

Северин встала на цыпочки, чтобы быть поближе к нему. Тайер наклонил голову, чтобы помочь ей. Одно её движение — и они бы поцеловались. Глаза Тайера неотрывно смотрели на губы Северин, и она ощущала в них покалывание.

— Где?

— Я что-нибудь придумаю.

— К тебе домой я не пойду, — предупредила она.

Тайер слегка поджал губы.

— Чёрт, да я бы и не предложил.

— Хорошо, значит, мы понимаем друг друга.

— Вся эта ситуация очень запутанная. Но я точно уверен в одном — ты не можешь выбросить меня из головы, так же, как я не могу выбросить тебя.

Улыбнувшись, Северин посмотрела на Тайера.

— Иногда мне кажется, что вместе мы с тобой — самая настоящая катастрофа.

Тайер улыбнулся в ответ. Губы Северин горели.

— Тогда бы я ни за что не пожелал быть так сильно разрушенным.

— Что надевают на игру?

Лили крутанулась на компьютерном стуле Северин.

— Точно не клубный наряд. Я бы сказала, что это слишком.

— От тебя никакой помощи.

Лили перестала вращаться и указала на тело Северин.

— Просто иди в этом. И, возможно, это будет лучшая в истории игра Тайера.

Северин даже не стала смотреть на свой лифчик и джинсы. Продолжая рыться среди вешалок, она произнесла:

— Ты сегодня весёлая.

— Точно! Так и есть. И знаешь, почему?

Северин обернулась и вопросительно приподняла бровь.

Лили спрыгнула со стула.

— Моя лучшая подруга, которая, кстати, клялась никогда не участвовать ни в каких спортивных мероприятиях, вдруг решила пойти на баскетбол. Это весьма любопытно.

— Я никогда не клялась, что ни за что не пойду на игру. Я только говорила, что предпочту не ходить.

Лили подошла к Северин и тоже начала двигать вешалки.

— Если быть точной, ты, кажется, сказала, что лучше посмотришь «Антикварное роуд-шоу», чем когда-нибудь пойдёшь на игру.

— Ты что, тайно записываешь наши разговоры? — с сарказмом спросила Северин и прикинула на себя чёрный свитер с драпированным воротником.

— Нет, пожалуйста, не надевай его. Ты же не собираешься на литературные чтения после игры? — Северин последовала жёсткому совету Лили и повесила свитер обратно в шкаф.

— Итак, ты сняла запрет на присутствие на спортивных мероприятиях. Не думаешь, что мне немного любопытно?

Северин молча достала белую кофту на пуговицах с V-образным вырезом. Лили одобрительно кивнула.

— Не притворяйся, пожалуйста, что для этого есть какая-то другая причина, кроме Тайера, — наконец пробормотала Северин.

— Ого, я не думала, что ты так быстро это признаешь.

Северин пожала плечами и стала придирчиво рассматривать свой макияж.

— Ну, я развиваюсь, меняюсь, если тебе будет угодно.

— Та-а-а-ак... а после игры? Ты просто покинешь стадион и пойдёшь своим путём?

Северин отрицательно покачала головой и посмотрела на Лили.

— Я бы тебе рассказала, но ты всё выболтала Анне.

— Это вышло случайно! Оно само вырвалось у меня изо рта, я просто ничего не успела сделать!

— Я тебе больше ничего не расскажу.

Это прозвучало неубедительно. Северин знала, что всё равно всё расскажет Лили.

— Ладно, ладно. Прости. Я должна знать, что происходит.

Северин села на кровать и стала натягивать сапог.

— После игры он хочет встретиться.

Лили медленно улыбнулась.

— И ты согласилась?

Держа в руке один сапог, Северин указала пальцем на Лили.

— Так. Вот! Вот она!

Глаза Лили расширились, и она заинтересованно улыбнулась.

— Ты о чём?

— Твоя улыбка. Когда я упоминаю наши с Тайером отношения, тебе хочется сказать мне, что всё очень запутано и мне лучше бежать от него подальше.

— Возможно, я не считаю, что тебе нужно убегать от него, — заметила Лили.

— И что же, по-твоему, я должна делать?

— Не спрашивай меня. Я не магический шар. У меня нет для тебя ответов.

Северин представила себе скучный вечер без Тайера. Не бывать этому, по крайней мере, не сегодня.

— Я встречусь с ним, — коротко кивнув, сказала Северин.

— Моё мнение неважно, да?

Северин улыбнулась.