Вокруг них люди направлялись в тепло своих машин. Вот где должна была бы быть Северин, а не выглядывать парня, который чуть раньше сделал заявление, которого не мог забрать обратно. Клеймить друг друга в спальне, наедине, для них было развлечением.

Они знали каждую отметку друг на друге и то, как они их получили. Но что-то такое простое, как показать на неё во время игры... в этом было нечто большее. Тайер только что рассказал всем, что она принадлежит ему.

В воздухе летали белые снежинки. Они опускались вокруг, некоторые липли к лицам. Северин почувствовала, как одна из них упала ей на ресницы. Она продолжала смотреть на Тайера.

— Неплохая игра.

Тайер засунул руки в карманы своих спортивных штанов и заговорил, подняв одну бровь:

— Ты говорила мне, что не придёшь.

Северин тоже никогда не думала, что будет страстно желать заполучить Тайера в свою постель, но в жизни случаются вещи, которых не ожидаешь. Чтобы занять руки, Северин подошла поближе к Тайеру и сунула их в единственный карман его толстовки.

— Я хотела посмотреть, как ты играешь.

Ворвавшись в её личное пространство, он прижался ближе.

— Я заметил тебя после перерыва. Ты разговаривала с Лили.

— И первое, что пришло тебе в голову, показать на меня? — спросила Северин.

— Тебе не понравилось моё признание? — невинно поинтересовался Тайер. Она прекрасно поняла, что всё это было спланировано.

— Я не говорила, что мне не понравилось... — протянула Северин. — Но теперь всем будет интересно, что между нами происходит.

Тайер поднял руку и погладил её по щеке.

— Возможно, именно поэтому я так и поступил.

— Я всё ещё хочу, чтобы это осталось между нами... Хочу, чтобы ты был только моим.

Тайер стиснул зубы и посмотрел на небо.

— И ты думаешь, что то, что окружающие узнают о нас, всё испортит?

Северин достала руки из его кармана и положила голову ему на плечо.

— Вот именно!

Северин, как всегда, боялась, что события развиваются слишком стремительно. С ней Тайер имел склонность к неумеренности. Она же, вероятно, никогда и ничем в своей жизни не могла быть удовлетворена на сто процентов. Но рядом с ним ей хотелось отбросить все свои теории.

— Я стараюсь изо всех сил, Тайер.

Он осторожно кивнул и, крепко обняв, повёл её к своему грузовику. Они шли молча, погрузившись в свои мысли. Наконец Северин нарушила тишину.

— Чем ты хочешь сегодня заняться?

Он пару секунд поиграл с ключами, потом посмотрел на неё.

— Хочу тебя кое-куда сводить.

Северин прищурилась, глядя, как он открывает ей дверь.

— Куда?

— Не туда, куда ты думаешь.

Северин уселась и посмотрела на профиль Тайера. Света фонаря как раз хватило, чтобы она заметила на его лице озорную ухмылку.

— Ты меня пугаешь.

— Ты во мне сомневаешься? — спросил Тайер, выезжая с парковки.

Северин быстро покачала головой.

— Нет.

— Отлично. Верь мне.

«Я тебе полностью доверяю».

Северин скептически разглядывала открывающуюся перед ней картину.

— И что мы делаем в парке?

Тайер приподнял бровь и вытащил из сумки пару перчаток.

— Сыграем в игру.

— Ты?

— Мы оба, — поправил Тайер.

— Я на каблуках и замёрзла. Не хочу заработать гипотермию.

— У тебя есть перчатки и капюшон, — заметил Тайер. Начнёшь бросать мяч — и тебе станет всё равно.

Северин неохотно положила сумочку на приборную панель и настороженно стала наблюдать за тем, как Тайер надевает перчатки.

— Для начала я хочу знать, почему мы здесь. Ты только что с игры. Разве ты не устал?

— Неа, — радостно заулыбался Тайер. Напротив Северин стоял человек, совсем недавно господствовавший на баскетбольной площадке. Но прямо сейчас он выглядел невинным и беззаботным. — Идём.

Они почти одновременно захлопнули дверцы машины. Тайер подождал Северин у капота грузовика. К его бедру был прижат баскетбольный мяч. Правую руку он протянул Северин.

Пока они шли, Северин успела рассмотреть небольшую баскетбольную площадку в центре парка. Вокруг неё находились всего два фонаря, дающие достаточно света, чтобы были видны два кольца. Бетон и линии разметки покрыты тонким слоем снега.

— Мне придётся лезть из кожи вон, — пробормотала Северин по пути к площадке. — Я это чувствую. Моя задница уже дрожит от предвкушения.

— Я не собираюсь заставлять тебя выбивать двухочковые, — поддразнил её Тайер.

— А я хочу делать то, что ты сегодня делал.

Тайер откинул голову и захохотал.

— Бросок сверху?

— Ага. У меня есть потенциал, — на полном серьёзе ответила Северин. Но уже через пару секунд её губы предательски изогнулись в улыбке.

Взглянув на неё сверху вниз, он усмехнулся.

— Ты так думаешь?

— Я в этом уверена, — она больше не могла притворяться серьёзной и широко улыбнулась Тайеру, который скептически смотрел на неё. — Хочешь узнать обо мне кое-что суперботанское?

— Рассказывай.

— Когда я была совсем маленькой, моя няня включала мне «Космический джем» (Прим. «Космический джем» — семейный комедийный фильм режиссёра Джо Питка 1996 года о приключениях баскетболиста Майкла Джордана). Помнишь этот фильм?

Тайер кивнул и громко рассмеялся.

— Да, блин. Я, наверное, целый месяц заставлял Матиаса каждый день смотреть его со мной. Он до сих пор вздрагивает всякий раз, когда я упоминаю Майкла Джордана.

— Я его обожала. Именно тогда я и начала думать, что всё возможно.

Они вышли на покрытую снегом площадку. Тайер ботинком сгрёб снег с трёхочковой линии.

Он повернулся к кольцу и бросил мяч. Мяч влетел в кольцо и шлёпнулся на землю. Тайер подбежал к нему и махнул Северин, давая знак подойти поближе.

— Я не двигаюсь, — предупредила Северин. — Просто бросаю от трёх очковой линии.

Тайер улыбнулся и бросил ей мяч.

— Удивлён, что ты знаешь, что это такое.

Северин закатила глаза.

— Я очень даже неплохо играла в баскетбол.

— Насколько неплохо?

— Достаточно, чтобы надрать тебе задницу, — поддразнила его Северин. Тайер скорчил ей рожицу. — Мне он очень нравился.

Северин закрутила мяч пальцами, делая всё возможное, чтобы отправить его по правильной траектории. Мяч ударился об кольцо и отлетел вправо.

— Неплохо, Блэйк.

Рассмеявшись, Северин погналась за мячом.

— Неплохо? Да дети из юниорской лиги бросают лучше, чем я.

— Ты же много лет не играла, — заметил Тайер. Он просто пытался быть тактичным. Они оба знали, что бросок был отстойный.

Северин цыкнула на Тайера и швырнула ему мяч.

— Легко давать советы, когда сам на вершине.

Тайер одной рукой прицелился в кольцо и бросил. Северин наблюдала со стороны.

— Хочешь на этом закончить?

— Неа, — она бросила взгляд на свои окончательно испорченные снегом сапоги. Ей слишком весело, чтобы всё бросить. — Мои ноги уже прошли стадию заморозки.

Тайер засмеялся, затем бросил и поймал мяч. Процесс продолжался ещё несколько минут. Наконец Северин нарушила странное молчание, установившееся между ними.

— Так почему ты привёл меня сюда сегодня?

Он пожал плечами и бросил мяч.

— Хотел, чтобы ты увидела эту сторону моей жизни.

— Я же видела её сегодня на игре.

Мяч приземлился на бетон и замер в ожидании, пока его кто-нибудь подберёт. Тайер стоял и смотрел на Северин.

— Это просто игра. В одиночестве, когда вокруг никого, я получаю возможность сконцентрироваться и очистить разум.

— Так это терапия, — тихо сказала Северин, глядя на Тайера.

Тайер снова поднял мяч и бросил его под корзину.

— Точно.

Северин подошла к трёх очковой линии. Тайер присоединился к ней и, глядя на корзину, произнёс;

— Когда я был ребёнком, у меня была только корзина, прикреплённая к сараю.

Северин бросила на него взгляд и позволила ему продолжать.