АЩЕ ОТ ЗЛОЧЕСТИВАГО Батыя в конечное разорение Святая Обитель Печерская прииде, и Небеси подобная Церковь Успения Пресвятыя Богородицы чрез многия лета пребываше в запустении: но в некоем Придельце, уцелевшем от поганых, Божественныя Службы страха ради в тайне совершахуся; Черноризцы же по лесах и вертепах скитающеся даже до обновления Церкве и Монастыря пребываху и в Соборе на службу Божию к Церкве прихождаху. Сего ради уставиша един мал звон, благовест нарицаемый, и непочасту в он ударяти, но надолзе, да все благовест он удобее слышат и от далеких и подземных мест сходитися к Церковному служению возмогут.

ОТ НАШЕСТВИЯ ЗЛОЧЕСТИВАГО Батыя в Российскую Землю и от разорения преславнаго Царственнаго града Киева все Князие Российскии под поганския власти игом чрез полтораста лет пребываху и от Татарских Царей по воле их и хотению на Княжения бяху саждены; не повинующиижеся извержени бываху и всякие суды и споры главные Татарове творяху и совершаху. А от тых же Батыевых Татар прочии избраша себе селение в Крыме и Перекопе, и обладаша всеми окрестными полями; а Христиан оттуду изгнаша; а за Киевом все дикия поля далече лежащия и Подолье все, Литовским землям прилежащее, держаху, и Баскаки или Атаманы своя, аки бы Старосты, над Россами имеяху, иже и дани от них взимаху, и аки Государи Христианами обладаху, дондеже их поганую силу Великий благочестивый Князь Димитрий Московский победи и Мамая Царя Татарскаго на главу порази, яко на тринадесять миль, а верст на шестдесят и пять трупы поганские лежаша. О толикой победе, понеже ключися зде от части воспомянути, сего ради и известнее ю, яко достославную, судися за благословную вину на вечную память грядущим родом написати, да и прочии Христоименитии вои, ревнующе толикому древних витязей храброму против нечестиваго Мамая мужеству, дерзновенно и сами подвизаются на врагов Креста Святаго силою на нем пригвожденнаго Христа Господа укрепляемы.

ВЕЛИКИЙ БЛАГОВЕРНЫЙ Князь Димитрий Ивановичь Московский услышавши, яко идет на него безбожный Царь Татарский Мамай с многими силами, неуклонно яряся на Веру Христову и народ Христианский, ревнуя погибшему Батыю скверному прародителю своему, опечалися вельми, и востав иде пред икону Христа Спасителя Миру, и падши на колена, нача с слезами молитися, да простит милостивый Бог грехи его и избавит Землю Росскую от безбожнаго Мамая. По молитве же воздвигшися, скоро посла по брата своего Князя Владимира к Боровску и по вся Князи, Боляре и Воеводы. Князь же Владимир прииде на Москву вскоре, и видев Великий Князь Димитрий брата своего, извести ему скорбь свою от нахождения поганых. Князь же Владимир соболезнуя толикой скорби, отвеща Великому Князю утешая его, глаголющи: на Господа возверзи печаль свою, и той тя препитает; нам же, Государю, лучше есть почетную смерть подъяти, нежели срамотень живот видети. Тогда Князь Великий Димитрий, поемши брата своего, пойде к Преосвященному Митрополиту Киприану и извести ему настоящую беду, яко безбожный Царь Мамай идет на Русь. Митрополит же отвеща ему глаголя: Божиим то попущением грех ради наших воста на ны нечестивый он Царь. Ты же, Государю, потщися прежде послати к нему дары и теми гнев его укроти, еда смирится и не пойдет Земли нашея пустотити. Аще же того ради не смирится, то Господь сам, имиже весть судбами, смирит его, яко Господь гордым противится, смиренным же дает благодать. Тако бо и Святый Василий Великий сотвори иногда, послав дары законопреступнику Иулиану, хотящу град его разорити, да утолится от ярости своея: но егда отступник он не преста от погибельныя ярости своея, абие сам Господь Бог на отмщение толикаго неблагодарствия посла воина своего, Святаго мученика Меркурия, да убиет гонителя невидимо, еже и собыстся.

ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ Димитрий, повинувшися совету Митрополитову, избраннаго и благоразумнаго от предстоящих своих именем Захарию Тутчева, или Тушинина, посла с многими дарами к Мамаю, придавши ему и два толмача. Захария же дойде земли Резанския, и слышав, яко Олег Резанский и Олгерд Литовский приложилися к Мамаю, посла тайно к Великому Князю, извещая о толиком своих другов неприятелстве. Князь же Великий слышав то, нача сердцем двизатися и исполньшися печали, помолися Господеви глаголя: Господи Боже мой! на единаго тебе надеюся правду любящего. Аще бы враг пакости деял, претерпел бых; яко бо искони враг есть роду Христианскому.

Сии же друзи и искрении мои тако на мя умыслиша. Суди же, Господи, по правде межи има и межи мною, да скончается злоба грешных. По молитве пойде Великий Князь с братом своим к Преосвященному Митрополиту и поведа ему о преложении Ольга Резанскаго и Олгерда Литовскаго к Мамаю, глаголя с плачем: согреших, Отче Святый пред Богом: но им никоея обиды не сотворих. Доволен бо есмь своим княжением; не вем же, чесо ради умножишася стужающии ми. Отвеща же Митрополит, яко суетная их вражда и неправедное восстание на мя, Княже Великий; сего ради не скорби, но просветися веселием о Бозе помощнице своем. Той тя избавит и прославит. Аще бо, Государю, человека хранит Бог, то не может его весь Мир убити; от крепкия же руки его и от всевидящаго ока владычняго где мощно укрытися и избыти? и теми словесы Архиерейскими укрепися Великий Князь Димитрий и на Господа печаль свою возложи.

КНЯЗЬ ВЕЛИКИЙ Димитрий Иванович с братом своим и со всеми советниками подумавши, посла на стражу против Мамая крепких своих и разумных оружников, Иоанна Ржевскаго, Иакова Усатаго и Василия Тупника и многих с ними богатыров; и повеле им ехати со всяким опасением под Орду, языка доставати и правды о Мамаевом намерении доведатися. Потом же повеле Великий Князь грамоты разослати по всем градом, да все будут готовы на брань с безбожными Агаряны, и да снемлются все на Коломне в Успение Пресвятыя Богородицы.

ВИДЯЩИ ВЕЛИКИЙ Князь Димитрий, яко первая стража замедли, паки подумавши с братом своим и с Боляры, умысли послати вторую стражу и заповеда им возвратитися вскоре. На стражу же послани бяху Климент Полянин, Иван Свяслов, Григорий Судок и иныи многие с ними. Сии же пошедше, стретоша на пути Василия Тупника с языком, иже язык поведа Великому Князю Димитрию, яко неложно идет Царь Мамай на Русь, и како обослася с ним Олег Резанский и Олгерд Литовский, и не спешит, ждет осени. Услышавши то слово Великий Князь, нача молитися: Владыко Господи Иисусе Христе, воплотивыйся от чистыя девы Марии нашего ради спасения и избавлей нас от работы вражия! призри и ныне, пресвятый, на смирение наше, и смири, Господи, гордое сердце окаяннаго Мамая. Посем обращся к брату своему и к всем Князем и Воеводам глаголаше укрепляя их: гнездо есмы братие Великаго Князя Владимира Киевскаго, иже нас извел от тмы идолослужения и просветил истинною в Бога истиннаго верою. Поревнуем же ему, да биемся до смерти за Веру святую с погаными Татарами. Господь нам помощник, не убоимся; что сотворит нам человек? Аще кто от нас и умрет за Веру, то с Святыми мучениками в Небе венец восприимет. Отвеща же Князь Владимир, брат Великаго Князя, и вси с ним Князи реша: праведно сие есть, яко за Веру святую умирающии от Бога воздаяние приемлют вечное, и мы готовы есмы все на войне с Татарами и головы свои за Веру святую положити. Тое услышавши Великий Князь Димитрий, яко все дерзновенно тщатся к брани, зело утешился.