ЮнМи грубо отталкивает в сторону пару девчонок, вставших у неё на пути, и вырывается на свободу.

— Она меня ударила! — несётся её вслед, — Вы видели? Она меня ударила![59]

Время действия: это же день

Место действия: школа Кирин, кабинет директора

… — Всех, кто делал снимки! — взмахнув рукою с вытянутым указательным пальцем, приказывает СокГю.

— Господин директор, — наклонив голову, говорит ДонХё, — дело в том, что мы не можем их наказать, пока не докажем, что они — соучастницы. Все эти девушки говорят, что они шли по коридору на занятия, как на них выскочила мокрая ЮнМи. Кому-то показалось это смешным, кому-то странным, кто-то подумал, что что-то случилось. Поэтому, они и стали делать фотографии… Господин директор, будет сложно обосновать решение о наказании за подобные действия…

Директор возмущённо делает несколько вдохов-выдохов, набирая воздух полной грудью и смотря на ДонХё.

— В подобном случае, — продолжает тот, отвечая на красноречивый взгляд, — можно просить удалить изображения с аппаратов, но это ничего не даст. Снимки уже в сети и то, что девочки удалят их из своих телефонов, это ничего не изменит…

— И определить, кто их выложил, конечно же, невозможно? — с сарказмом в голосе спрашивает СокГю.

— К сожалению да, господин директор, — печально опускает голову ДонХё, чуть разводя руки в стороны.

— Чёрт, мне только запроса из комиссии несовершеннолетних не хватало! — откидывается на спинку кресла директор, — Под Новый год!

Директор несколько секунд задумчиво барабанит пальцами по столу.

— А камеры? — спрашивает он, — Видео — есть?

— Видео есть, — кивает ДонХё, — правда, оно неразборчиво. Камеру с этого участка коридора должны были сдать в ремонт. Потом, злоумышленницы прятали свои лица. Но, директор по безопасности пообещал, что восстановит изображение. У него есть для этого специальные программы…

— Просто поверить не могу, что это всё происходит в моей школе! — восклицает СокГю смотря в направлении окна, — Как раньше всё было тихо и спокойно! И вот появилась эта ЮнМи!

— Есть какие-нибудь версии случившегося? — спрашивает он, поворачивая голову к ДонХё, — Я хочу знать конкретно — за что её облили водой? За «Am-kiss»?

— Конкретно ответить сейчас не могу, господин директор, — отвечает тот, — но, причин для наличия у недоброжелателей у ЮнМи достаточно. Она удачлива и талантлива. Всего двух этих факторов достаточно, чтобы заполучить себе хейтеров, господин СокГю.

— Да, — соглашаясь, кивает в ответ СокГю, — причём, всё даётся ей без видимого труда. Это ещё большее преступление в глазах тех, кто трудится до изнеможения…

— Так что же нам делать, ДонХё? — помолчав, спрашивает директор, — Это же просто ужасный скандал…

— Я думаю, мы можем поговорить с ЮнМи, — предлагает заведующий учебной частью, — давайте предложим ей — академический отпуск? До конца месяца? В обмен на обещание не раздувать эту тему? Скажем, что пока администрация будет проводить расследование, ей, в целях её безопасности, лучше побыть дома.

— Что ты такое говоришь?! — возмущается директор, — В целях её безопасности! У нас тут что… как его… Этот… Гарлем, что ли?

— Возможно, моя формулировка не совсем верна, сонсен-ним, но, её можно исправить, следуя вашим советам. Суть моего предложения проста — давайте, на время, уберём девочку из школы. До Нового года. А там — отправим её в Америку. Вернётся, за это время страсти и поутихнут. Злоумышленницы, ведь тоже находятся сейчас в состоянии повышенной агрессии. Лучше их с ЮнМи развести подальше друг от друга. Как бы чего ещё не вышло…

Директор задумывается, и, вздохнув, кивает.

— Это правильное решение, — говорит он, и уточняет, — А что у неё с учёбой? Это не помешает её подготовке к экзамену?

— Она одна из лучших учениц школы, — говорит ДонХё, — не думаю, что её учёба пострадает. Дадим ей выполнять задания самостоятельно, пусть делает их дома. А результаты — отправляет по электронной почте. Или, приезжает раз в неделю в школу вместе со своим персональным менеджером.

— Лучше, пусть отправляет почтой, — быстро произносит СокГю, — Не нужно сюда ещё впутывать СанХёна. Я просто не представляю его реакцию, когда он обо всём узнает.

— Так он до сих пор ничего не знает? — удивляется ДонХё.

— Я ему ничего не говорил, — отрицательно крутит головой директор.

— Да уж… — задумчиво произносит ДонХё, видимо силясь представить, что будет, когда президент агентства узнает сразу обо всём.

— Есть ещё вариант, — помолчав, предлагает ДонХё, — рассказать всем о её амнезии. И потребовать, от всех, чтобы это учитывали.

Директор задумывается.

— Вряд ли можно рассчитывать на то, что все будут об этом помнить, — возражает он, — потом, может возникнуть вопрос — «почему такую девочку приняли в школу?». А там выяснится, что приняли её вне конкурса… И хоть всё было сделано по закону — уверен, пойдут сплетни. Уверен, СанХён будет против. Для карьеры айдола такие факты совершенно не хороши…

— Всё равно об этом станет известно, — указывает на очевидное ДонХё.

— Пусть это произойдёт где-нибудь в другом месте. Не в стенах этой школы, — говорит директор и объясняет, почему он так считает, — Лучше в это болото не кидать камней. Стоит оно — и пусть стоит. Пусть девочка лучше отдохнёт дома. Тем более, что по медицинским показаниям, это наверняка ей нужно. Проверяющие ничего возразить против этого не смогут.

— А ДжуБон?

— А что, ДжуБон?

— Он усиленно занимается с ЮнМи. Говорит, для того, чтобы она не опозорила Кирин в Америке.

— ДжуБон… — задумывается директор… — ну… Ну, договорись с ним, как-то. Пусть ходит только к нему на занятия. Сделать тогда ЮнМи не отпуск, а свободное посещение занятий. Подумай.

— Да, сонсен-ним, хорошо. Я решу этот вопрос.

— На тебя всегда можно положиться, ДонХё.

— Спасибо, господин директор!

— … а ты пока отдохнёшь, — говорит мне СокГю, — восстановишь силы перед поездкой в Америку. Там тебе потребуется много сил!

Сижу, слушаю, как директор школы убалтывает меня свалить в академический отпуск. На месяц. Не, месяц не видеть Кирин — идея, конечно, очень завлекательная, но… Но!

— Боюсь, сонсен-ним, что мне придётся ответить Вам отказом. Во-первых, это огорчит мою семью. А, во-вторых, в школе это будет воспринято как моё поражение и бегство. Обе эти причины не позволяют мне ответить Вам согласием, господин директор.

Сидя, я делаю поклон.

— И что же ты намерена делать? — натянуто улыбается мне директор, — Надеюсь, ты не собираешься мстить?

— Почему же? — удивляюсь я, — Именно местью я и собираюсь заняться. Но Вы не беспокойтесь, сонсен-ним, никакого членовредительства не будет. Никаких разбитых лиц или сломанных ног. Я обещала маме, что окончу школу, и твёрдо намерена своё обещание выполнить. А чтобы моим врагам спокойно не спалось, я стану лучшей. Во всех заданиях, которые мне дали. Знаете, говорят, что зависть к чужим успехам не способствует успехам собственным. Пусть они завидуют мне ещё сильнее, сонсен-ним.

— Пф-ф-ф… — длинно выдыхает директор, откидываясь на спинку кресла, — ты очень неожиданная, ЮнМи. Где это ты такое слышала?

— Вспомнила. Только не слышала, я читала. Когда я была в храме, там была такая большая бумага за стеклом. «Сокровища духовной мудрости» — было сверху написано, сонсен-ним.

— Да? И что ещё там было?

— Ну… — задумался я на секунду, вспоминая, — «Как ржавчина изъедает железо, так зависть — душу, в которой живет она»… Это сказал святой Василий Великий… «У завистливого никогда нет недостатка в печалях и огорчениях»… Тоже он же… «Из зависти, как из источника, проистекают для нас смерть, лишение благ, отчуждение от Бога, смешение уставов, низвращение всех в совокупности житейских благ»… тот же автор…