— Конечно, госпожа. Мне будет это приятно сделать. Прошу вас, присаживайтесь, — встав из-за стола, ЮнМи приглашающим жестом указывает на место за ним напротив себя.

— Скажи, чтобы мне принесли чашку кофе, — обернувшись к свой секретарше, отдаёт ей приказание ХёБин и берётся рукою за спинку стула.

— Прошу извинить, что отвлекаю тебя от еды, ЮнМи, — говорит она, усаживаясь за столом, — но мне очень интересно, почему ты здесь?

— В этом нет никакой тайны, ХёБин-сии, — отвечает ЮнМи, — просто это единственное известное мне место, где готовят настоящую европейскую еду. Поэтому, я зашла сюда пообедать.

— Настоящую? Откуда тебе знать какая еда настоящая, а какая — нет? Ты уже успела побывать в Европе?

— Нет, ХёБин-сии, — качает головою ЮнМи, — не успела. Но я уверенна в кулинарном таланте Марко Бендетто и в том, что настоящая европейская еда — это еда без перца, огромного числа приправ и без кимчхи. Господин Марко именно так и готовит.

— Хм… Вот как? Впрочем, мне и раньше говорили, что на Чёджу ты выбрала себе европейское меню в ресторане. Но, пресная еда, похоже, она того стоит…

ХёБин ещё раз внимательно осматривает лицо ЮнМи.

— Расскажи, чем занимаешься? — просит она, — Учишься? Вернулась в старую школу? Или, перешла в школу с углублённым изучением иностранных языков?

— Да, учусь, — кивком подтверждает ЮнМи, — в другой школе. В Кирин.

— Что? — не веря своим ушам, невпопад произносит ХёБин, в изумлении вскидывая брови.

— Я поступила в школу Кирин, госпожа, — скромно улыбается ЮнМи довольная реакцией собеседницы.

— Ты-ыыыЫЫ? — меняя интонацию на усиление в конце фразы, переспрашивает ХёБин, — В Кири-ииИН? Как тебе это удалось?

— Поступила, — чуть пожимает плечиком ЮнМи.

— Когда же ты успела подготовиться к конкурсу? В Кирин он проводится в начале лета. Но, при нашем последнем с тобою разговоре, ты об этом ничего не говорила!

— В попечительском совете школы сочли, что я достаточно талантлива для того, чтобы зачислить меня без конкурса, госпожа.

— А, вот даже так? — кивая, неподдельно изумляется ХёБин, — Ммм… почему они так решили? Надеюсь, это не из-за той бухающаей музыки, которую ты исполнила на проводах моего брата? Да, кстати, что это было тогда, на проводах?

— Это была неудачная попытка доброго пожелания, — несколько сконфуженно произносит ЮнМи, и, стараясь перевести разговор на другую тему, вежливо интересуется, задавая принятые в обществе вопросы, — Как дела у вашего брата, ХёБин-сии? Всё ли с ним в порядке? Он здоров?

— Спасибо, — вежливо наклоняет голову ХёБин, — с моим братом всё в порядке, он здоров и очень доволен, что служит в армии.

— Рада это слышать, ХёБин-сии, — тоже, вежливо наклоняет голову ЮнМи.

В этот момент официантка приносит кофе ХёБин.

— Хорошо, — произносит ХёБин, не торопясь пробовать принесённый напиток, — с твоей выходкой на проводах я поняла. Хотела выделиться на общем фоне, получилось, не очень. Оставим сейчас это. Меня больше интересует, как ты попала в Кирин. Что нужно было сделать такого, чтобы, как ты говоришь, попечители школы приняли тебя без конкурса? Ты пела? Танцевала? Играла на пианино?

— Ммм, — на несколько мгновений задумывается ЮнМи, решая — говорить или нет, про агентство.

— Я играла на рояле, ХёБин-сии. Исполнила несколько произведений собственного сочинения, — отвечает она, решив умолчать про «FAN Entertainment», дабы не вызвать новую волну вопросов.

— Правда? — удивляется ХёБин, — Собственного сочинения? Твоя мама сказала мне, что ты никогда не готовилась специально для сцены. Как же тебе удалось самой написать музыку?

— Так получилось, ХёБин-сии, — пожимает плечами ЮнМи, и поясняет в оправдание, — я быстро учусь.

ХёБин несколько секунд смотрит на девочку, что-то обдумывая и щуря глаза.

— Тогда, может быть, ты мне сыграешь? — предлагает она, — Очень хочется услышать, как ты это делаешь.

— Пожалуйста, ХёБин-сии, — не отказывается ЮнМи, — только на чём? Ах, да! Тут ведь есть рояль. Я забыла. Пойдёмте, ХёБин-сии.

— Постой! Ты не хочешь доесть? Я подожду.

— Второе я уже всё съела. Осталась одна кожица, я её не хочу. Пока принесут десерт, я успею помузицировать. Пойдёмте, госпожа!

Время действия: чуть позже

Место действия: ресторан отеля «Golden Рalace». За большим роялем, выдвинутым из ниши в стене, играет ЮнМи. Недалеко от неё, у стола, на стуле сидит ХёБин, слушает. Первой композицией исполненной ЮнМи стала «Музыка слёз». Закончив её, ЮнМи продолжила свой внезапный концерт «Музыкой рая». Все посетители ресторана, позабыв о еде, развернулись в сторону исполнительницы. Слушают. Из дверей, ведущих на кухню и в окне раздачи, видны головы работников. ЮнМи заканчивает композицию. На несколько мгновений устанавливается тишина.

— Великолепно, — произносит в этой тишине ХёБин, — Браво!

ХёБин начинает хлопать в ладоши. Присутствующие присоединяются к ней. ЮнМи встаёт из-за рояля и раскланивается.

(чуть позже. ЮнМи и ХёБин)

— Я слышала, что Кирин школа мирового уровня, но никак не могла подумать, что они способны так быстро научить, так великолепно играть, — произносит ХёБин, глядя на ЮнМи, — В этой школе действительно, преподают педагоги высокого уровня!

ЮнМи вопросительно смотрит на свою бывшую начальницу, не пытаясь как-то возражать.

— Так ты говоришь, что написала эту музыку сама? — спрашивает ХёБин.

— Да, госпожа.

— И её никто не слышал?

— Почти. Я играла её только на концерте в школе.

ХёБин задумывается.

— Хмм, знаешь, ЮнМи, — помолчав, говорит она, — мне только что пришла в голову одна идея… У Марко Бендетто скоро день рождения. Что ему подарить, я уже решила, но приятных сюрпризов мало не бывает. Как ты смотришь на то, чтобы сыграть для него? Ведь у вас, кажется, были с ним дружеские отношения? Ты не хочешь его поздравить?

— День рождения? — переспрашивает ЮнМи и секунду подумав, кивает головой, — Конечно. Буду рада поздравить Марко. А где он сейчас? Он не в отеле?

— Марко сейчас на Чеджу, — отвечает ХёБин, — помогает там справиться с большой группой туристов из Франции. А как ты узнала, что его сейчас тут нет?

— Просто, когда прошлый раз я заказывала его фирменные блюда, он вышел за это поблагодарить. Сегодня я тоже выбрала их, но Марко не вышел. Поэтому, я поняла, что его нет.

— О-о! Я смотрю ты становишься постоянным посетителем ресторана «Golden Рalace», — с лёгкой иронией улыбается ХёБин.

— Жизнь налаживается, ХёБин-сии… — с оттенком философичности в голосе отвечает ЮнМи.

(несколько позже). ЮнМи, решив сравнить ради интереса цены в бутиках «Golden Рalace» и на рынке, неторопливо идёт по первому этажу отеля, разглядывая витрины. Внезапно она останавливается перед одной из них, привлечённая выставленным в ней образцом. Выражение на её лице меняется с расслабленного-умиротворённого на серьёзное. Внимательно-внимательно она оглядывает сверху вниз заинтересовавшую её вещь. Наклоняет голову к левому плечу — смотрит. Потом наклоняет голову к правому плечу — смотрит. Задумывается, оценивая результаты просмотра. В её глазах появляется РЕШЕНИЕ. Кивнув самой себе, она с целеустремлённым видом направляется к стеклянной двери магазина.

— Аджумонни, — обращается она к поздоровавшейся с ней лёгким поклоном продавщицей, — Скажите… То пальто, что у вас на витрине… Что это за цвет? Как он называется?

— Это «марсала» 1870 года. Тёмный винный оттенок. Пальто из новой коллекции итальянской компании «BRUNOTTI» известной своими эксклюзивными моделями…

Видя, что её не слушают, продавщица замолкает.

— «Марсала»… — повернувшись к витрине с выставочным образцом, произносит ЮнМи, с удовольствием пробуя на язык новое слово, и тут же задаёт следующий вопрос, — у вас найдётся мой размер? Можно, померить?