— Через две луны? — Мрачно повторил я, чувствуя, как образуется холодный ком в области солнечного сплетения. — Эти… Из Савармара?

— Да, — закивал охранник. — Гонец уже был! Продай их мне, господин, пока они чего-то стоят!

— Все равно нет!

— Но хотя бы две-три прядки! — Уговаривал охранник, чуть повернув чашу в мою сторону и парой движений ладони толкнул аромат в мою сторону.

Пахло, надо сказать, завлекательно, как жареному мясу и положено.

— Нет. Неси целую птицу, живую, — строго произнес в ответ.

— Мой господин запретил! — Категорично отказал охранник.

Вот же, а.

— Тогда неси еще мяса, — буркнул я, отворачиваясь и заворачиваясь в меха, показывая, что переговоры завершены. — Или другой еды, хорошей.

Настроения продолжать торг не было никакого. Да и словарный запас стремительно заканчивался.

Значит, через день ожидаются вожди и войско. Неприятно быстро, но с другой стороны, если Мерен планировал нападение в самом начале… Неделя туда, пару дней на переговоры, неделя обратно. Если не собирать обозы, рассчитывая забирать еду уже у нас, то можно организовать все быстро. Скверно.

Еще сквернее, что три тысячи будут с военачальниками, трофейными знаниями о нашем мире и уверенностью в своем праве взять у «фальшивых» четырехслоговых все, что они захотят. С одной стороны, хочется верить, что голыми они ничего не навоюют против внутренних войск и автоматов, но с другой — долго ли им отнять одежду, вооружится и взять в заложники часть города. Бежать нам надо срочно, и не местные власти предупреждать, а кого-то уровня Володина.

Тем временем Орууш все пытался рекламировать, восхваляя, выбранные специально для меня кусочки, сбиваясь на уговоры и увещевания, что жен у меня все равно отнимут, потому что гад-Мерен их уже успел через гонца кому-то пообещать. Потом плакался, что другого такого мяса у него нет. Но в итоге спешно убежал в сторону селения, обещая добавку.

— Нож у кого? — Мигом уточнил диспозицию под одеялом.

— У меня, — голос Лены.

Ну кто бы сомневался.

— Давай сюда.

— Нет.

— Тогда копай под забором сама, — посмотрев по сторонам своим талантом и не обнаружив наблюдателей, резко откинул я звериные шкуры в стороны.

Клетка, в которой нас содержали, была вкопана в землю, включая импровизированную калитку из более тонких жердей, набранных почти сплошным деревянным щитом. Ломать дверцу было бессмысленно, как и скидывать засов с той стороны решетки — все равно, пока не откопаешь, не откроется. Перепиливать тоже не вариант — долго, да и металл ножа такой, что затупится быстрее.

Осмотрел ситуацию на полу — Лилия задумчиво склонилась над колечками, браслетами и медными пластинками. Таня ладила что-то вроде юбки из трофейной ткани. Елена хмуро смотрела на меня с ножом в руке.

— Копать тут, — сдвинулся я чуть в сторону, указав под одну из жердей забора, пространство от которой до соседних визуально было чуть больше, чем у других.

— Не поможет, — отрицательно качнула она головой. — Мы решетку не выломаем.

— Тогда отдай нож и готовься быть наложницей вождя, — раздраженно ответил я, подхватывая свое копье и принимаясь быстро размельчать землю возле выбранного места.

Получалось на диво хорошо, будто после дождя, хотя поверхность выглядела твердой и утрамбованной. А когда Лена все же присоединилась, принимаясь осторожно отгребать ножом землю в сторону, так вообще замечательно.

— А нам что делать? — Робко спросила Таня.

— Вставайте во весь рост и принимайте завлекательные позы, — мельком глянул я назад. — Чтобы у аборигена все мысли отбило, и он нас не заметил.

— А это как? — Скромно спросила она.

— Ну, приобнимите друг друга, — повернулся я к ним и принялся деятельно руководить. — Вот так. А теперь пусть Лилия положит тебе руку на грудь. Не так, чуть ниже. Очень хорошо. Теперь чувственно приоткрыть ротик и слегка наклонить голову… Осанку держим. Да, именно этот взгляд. И волосы, волосы…

— А ну копай, — стукнула Лена по ноге.

— Копаю, копаю, — буркнул я.

— Нам так и стоять? Холодно, — чуть смущенно произнесла Таня.

— Еще минутку, — ответил им, с радостью обнаружив, что острие копья провалилось под основание жердины.

Затем быстро упал на колени, помогая убрать часть земли ладонями, поддел камешек-архиватор под конец откопанной палки и ладонью повел вверх.

И жердь послушно погрузилась внутрь камешка, будто в нечто бездонное, оставляя пространство достаточное, чтобы хитрый и опасный эльф пролез меж забора на свободу.

— Давай копье, я в кустах спрячусь и вырублю этого, как он придет, — глубоко и возбужденно дышала Лена, явно воодушевленная появившимся шансом, с опаской поглядывая в сторону поселения.

— Сам вырублю, — отказал ей, бросая часть тряпок, чтобы прикрылась, стыдоба эльфийская.

— Он тебя в клетке не увидит, обратно побежит. — Приводила она логичный довод, мастеря вокруг себя из ткани что-то на вроде саронга. — Рисковать нельзя!

— Ладно, — неохотно согласился я, отдавая копье. — Только нож дай. Если не получится оглушить, кину в него…

Или еще что-нибудь придумаю, но всяко лучше быть вооруженным, чем оставаться с голыми руками.

— Держи, — поспешно вернула она клинок, забрала копье и решительно забралась вглубь кустов — за тем местом, где была чаша с мясом (предварительно оглядев последнюю голодным взглядом).

Критически оглядел куст с молодой растительностью — вроде, не заметно. Словно и нет никого ушастого — но талант показывал притаившуюся охотницу на своем месте.

Убрал ладонь с камешком, возвращая жердине прежний размер. Накидал обратно земли, чуть прикрыл мехами — вроде, не особо видно. После чего обратил внимание на Таню с Лилией, терпеливо маскировавших наши действия своей красотой. Подошел к ним ближе, приобнял и наградил каждую поцелуем.

— А так любую стенку можно поднять? — Смущенно спросила Лилия. — Даже в банке?

— Нет. — Смерил я ее подозрительным взглядом, на всякий случай обещая себе закрыть у них счет. — А теперь — греться!

Чем и занялись, растирая друг друга, под мехами в ожидании возвращения охранника. В процессе из меня обрадованно пытались вытащить еще одно копье, но после протеста и возмущения тут же прекратили и загладили свою вину.

— Вы чем там заняты? — Зашипели из кустов. — Я тут мерзну, блин…

— Тихо, вроде абориген бежит, — всматривался я в направлении поселка.

И действительно — с еще одним котелком на чуть согнутных руках поспешает. А говорил, ничего у него нет.

— Вот, принес, — запыхавшийся и счастливый, стоял он перед клеткой с ароматной порцией жареного и съедобного, некогда бывшего в перьях.

— Елена, давай. — Скомандовал я, глядя перед собой.

— А ее Е-ле-на зовут? — Уточнил охранник, с неким даже уважением глядя на Таню.

В этот момент стремительно вышагнувшая из кустов Лена нанесла мощный удар копьем по голове рабовладельца.

Кинувшись вперед, успел спасти котелок от падения, чуть обжегшись. Но в остальном все прошло штатно — охранник на земле, Лена, внимательно прислушиваясь, над ним с поднятыми в новом замахе копьем руками.

— А теперь — валим, — распорядился я.

Повернувшись, обнаружил Лилию уже завернутой в ткани и примеряющей на руки браслеты и кольца.

Хотел было возмутиться женской практичностью и ее же нерасторопностью, да цапнула от увиденного некая неправильность. Кольца и браслеты не жалко, да и то, что с ящеров они, тоже все равно — на Лилии украшения смотрелись вполне нормально, только большеваты в основном. Не в них дело — что-то иное вилось на краю сознания, будто забыл, а должен бы помнить. Точно, камни с ящеров! Я же их в общий сверток сунул!

— Лилия, а камешки не видела? Коричневые такие, небольшие, как галька у реки?

— Нет, — отрицательно качнула она головой, дисциплинированно окинув пространство под ногами внимательным взглядом.

— А не было недавно такого, что стало очень и очень хорошо?