Поиск
ПАМЯТИ СЕРГЕЯ БОНГАРТА
Ну вот, погостил и ушёл восвояси,
За друга в пути — мой сегодняшний тост!
Он с нашей планеты уходит по трассе
Поэтов, художников, ангелов, звёзд.
Я знаю — ему и сейчас не до смерти.
Я знаю, что смотрит он пристально вниз,
Туда, где остался стоять на мольберте
Последний набросок — прощальный эскиз.
Серёжа, мы в Киеве, в тёмной квартире.
Когда-то с тобою мы встретились здесь.
На старой газете картошка в мундире,
А в кружках какая-то горькая смесь.
И всюду подрамники, кисти, окурки,
И прямо с мольберта глядит с полотна
Парнишка в распахнутой лихо тужурке,
Склонённый в тоске над стаканом вина.
Так вот в чём искусства могучее чудо:
С такою тоскою глядит паренёк,
Таким одиночеством дует оттуда,
Что глянешь — и ты уж не так одинок.
Мы выросли в годы таких потрясений,
Что целые страны сметали с пути,
А ты нам оставил букеты сирени,
Которым цвести, и цвести, и цвести.
Еще и сегодня убийственно-густо
От взрывов стоит над планетою дым,
И всё-таки в доме просторном искусства
Есть место стихам и картинам твоим.
И ты не забудешь на тёмной дороге,
Как русские сосны качают верхи,
Как русские мальчики спорят о Боге,
Рисуют пейзажи, слагают стихи.
* * *
Рюрику Дудину
Где машина мчится за машиной
И под мост ныряет, как в провал,
Эллина в тунике с дудкой длинной
Кто-то на стене нарисовал.
Кружатся однообразно сутки,
День и ночь машины мчат и мчат,
День и ночь играет он на дудке,
Как тысячелетия назад.
Ничего, что ветры воют дико,
Что снега бегут над ним гурьбой,
Что с годами синяя туника,
Выцветая, стала голубой,
Что вблизи встаёт махиной жуткой
Небоскрёб во весь гигантский рост…
Как тебя с твоей смешною дудкой
Занесло сюда, под этот мост?
Ты о чём горюешь одиноко,
И в уединении своём,
Может быть, играешь песню Рока
Тем, кто тут мелькает за рулём?
Ты глядишь из мрака ниши узкой
И напоминаешь мне о том,
Что и я с моею дудкой русской
Оказался где-то под мостом.
* * *
Меж небом и землёю в коридоре,
Похожие на поседевших птиц,
Мои друзья и я в житейском море
Качаемся на палубах больниц.
А было путешествие отменным,
Благоговейно поклонились мы
Камням Европы, всё еще священным,
Америки увидели холмы.
Спеша путем подъёмов и обвалов,
Мы чувствуем по холоду в груди,
Что никаких других не будет палуб,
Что гавани остались позади.
* * *
Сам я толком не знаю,
Что от жизни я жду.
На подножку трамвая
Я вскочил на ходу.
Да, наверное, круто
Повернув невзначай,
Где-то сбился с маршрута
Непутёвый трамвай.
И вагон как попало
Скрежетал, громыхал
С одного перевала
На другой перевал.
Отовсюду нагрянув,
Обступили меня
Карусели каштанов
И домов толкотня,
Блёстки звёздных колючек,
Пляс осенней трухи,
Мне не выдумать лучших,
Чем вот эти стихи.
И, пожалуй, что в этом
Биография вся:
Оставался поэтом,
На подножке вися.
ПРИТЧА О ВРЕМЕНИ,ИЛИ РАЗГОВОР ПЕРЕД НОВЫМ ГОДОМ
— Ты что суетишься?
— Да вот,
Спешка к празднику, к Новому Году.
— А по мне новогодних забот
Хоть и вовсе бы не было сроду.
Что мне нового год принесёт?
Время? С вечною рифмою — бремя?!
Новый камень, что в мой огород
Зашвырнёт вероломное время?
Каждый миг, каждый времени шаг
Мне на плечи ложится поклажей,
Новый Год — он не просто мне враг,
Он командует армией вражьей.
Так зачем же, подумай, врагу
Мне устраивать пышную встречу?
— Я попробую, если смогу,
На твои обвиненья отвечу.
Знаешь, так уж издревле пошло:
Тёща всякая — зло безусловно,
И, конечно, такое же зло,
Скажем, тёща Надежда Петровна.
Ну, а бабушка, наоборот,
Теплота, доброта и забота —
Тешит сказками, песни поёт
И всегда опекает кого-то.
Только разум смущается наш,
Тут какой-то просчёт, безусловно,
Так как бабушка — это она ж,
Та же тёща, Надежда Петровна.
Да, пугает нас времени нож,
Точно ад надвигается Дантов,
Только всё ж неизменно хорош
В полночь бой новогодних курантов.
Пусть кругом всё идет ходуном
За столом с новогодним вином,
Все мы любим весёлую встряску.
Вместо тёщиных каверз мы ждём,
Что расскажет нам бабушка сказку.
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: