Поиск
А. И. Боголюбскому
Прощение
Есть таинство познания.
Есть мужество открытия.
И без второго
первое
не стоит ни гроша.
История слагается из множества событий —
Но как они сплетаются,
судьбу твою верша?
Родись хоть новым Пушкиным,
хоть новым Микеланджело —
Эпоха повлечёт тебя в свой тайный лабиринт.
А там — пути нехожены,
премудрости не нажиты,
И как до цели двигаться —
никто не упредит.
Идёшь по жизни ощупью,
ступаешь — по наитию,
Как в подземельях древних фараонских пирамид.
И таинство познания
без мужества открытия
Бессильных — разуверит,
а сильных — утомит.
Когда-то, в пору юности
и пылкого невежества,
Рванулось человечество к секретам бытия…
Но пастыри — замучены,
бунтовщики — повешены,
Пророки — опозорены,
в бесславии гния.
Настало время скептиков,
бездумных попугаев,
Открытья им не надобны,
сомнений — ни на чуть.
И как на детях гениев природа отдыхает —
На целом поколении решила отдохнуть.
Но тайны — непридуманы.
Природа — нескончаема.
А колесо Истории нельзя остановить.
И в лабиринте жизненном —
пусть тонкая, случайная! —
Колеблется
познания нервущаяся нить.
И вспомнит человечество
пророков и романтиков.
Увидят наши правнуки
путепроводный свет.
И мужеством открытия
за таинство познания
Расплатятся за пращуров,
которых нынче нет.
г. Москва
Николай Ерёмин
На уровне любви
Я пил рюмашку за рюмашкой,
Пока в душе хватало сил.
Держал я душу нараспашку,
Пока её не простудил.
Теперь болею и жалею,
Кляну своё житьё-бытьё.
Душа! Что я наделал с нею,
Едва не загубив её…
Не знаю, что со мной творится?
Всё больше спится, больше снится…
Всё радостней с тобою мне
В далёкой сказочной стране,
Где жизнь, как сновиденье длится,
Совсем похожая на счастье,
И хочется навек забыться
И никогда не возвращаться…
Левой рукой — рассказы,
Правой рукой — стихи…
Вот они, муз проказы,
Точно удары, легки —
В глаз, а не в бровь, без промашки,
Сразу на вечный суд…
… А для кого-то — тяжкий
И непосильный труд.
Как хорошо поэтом быть на свете!
Печататься всё время в Литгазете,
Где временами за любой изъян
Журит в статьях Сергей Мнацаканян
Поэтов и, конечно, графоманов.
Ведь у него, по счастью, нет изъянов,
И в Литгазете все до одного
Равняются за это — на него!
Сибирская тоска —
Морозно-ножевая —
Касается виска,
Мириться не желая,
От края и до края,
С заката до рассвета
Вопросы воскрешая,
Которым нет ответа.
Все
Мы должны умереть,
Все мы всерьёз задолжали.
Цены за жизнь и за смерть
Сильно, мой друг, вздорожали.
Тут серебро или медь
Нам пригодятся едва ли.
Золото нужно иметь
И в кошельке, и в подвале! —
Чтобы держаться за жизнь
Крепко, надёжно и долго.
Впрочем,
Держись, не держись —
Не откупиться от долга.
Стихи эмигрантов
Русские стихи из США
Эмигранты снова шлют в Россию.
Просит понимания душа,
Прочит в собеседники мессию.
И в журнал тоскующим стихам
Доллары дорогу пробивают,
И поэты, рады, тут и там
Их по Интернету пропивают…
Хочет славы русская душа,
По российским СМИ вслепую бродит,
И в конце концов её находит —
Здесь, в России, а не в США.
Мчался поезд
Мчался поезд, туманом окутан,
Грохоча меж вокзальных огней…
И таинственно пахло мазутом,
И в душе становилось теплей.
Мчалось детство — за датою дата,
Поезда продолжали греметь.
И хотелось уехать куда-то
И, руками взмахнув, улететь…
Я в сером городе живу,
Где серость на душе тревожна,
Где ни во сне, ни наяву
Кино цветное невозможно.
Где мавзолей-мемориал —
По центру, и музей — по краю…
Где чёрно-белый сериал
Я день и ночь всю жизнь снимаю…
Крестьянка и рабочий
На марках, между прочим,
Когда и я был молод,
Крестьянка и рабочий
Сжимали серп и молот.
Увы, большую пьянку
Вели зимой и летом
Рабочий и крестьянка
Втроём с интеллигентом.
Любили и дружили
И в вёдро, и в ненастье,
Вино хмельное пили
От горя и от счастья,
Увы, в жару и в холод —
От встреч и до разлук.
И выпал серп и молот
Из утомлённых рук…
Ещё в старинных парках,
Мой друг, ты можешь встретить
Их гипсовый дуэт.
А на почтовых марках,
Как можешь ты заметить,
Им нынче места нет.
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: