Лицо Гарри окаменело. Он не подумал об этом. Да… Если полицейский остановит их и обнаружит… Он подавил поднимающийся страх.

— Ты уверен, что она мертва?

— Да, — ответил Рэнди. — Я постучал, но никто не ответил. Тогда я дернул за ручку — и дверь открылась. — Он шумно глотнул. — Она лежала на койке, с головой укрытая одеялом. Там так воняло, что меня чуть не вырвало. Потом я заметил на одеяле пятна крови. Я позвал ее, затем наклонился и взял руку. И все стало ясно. Рука была холодна как лед.

Впереди показался большой рекламный щит с надписью: «Пляж. Безопасное купание».

— Поворачивай, — сказал Гарри, обернулся и облегченно вздохнул, не увидев сзади ни одной машины.

Рэнди притормозил и свернул на узкую проселочную дорогу. В молчании они проехали полмили и наконец выехали к широкой полосе золотистого песка, за которой плескалось море.

— Останавливаемся, — процедил Гарри. — Если нас кто-то увидит, то подумает, что мы провели тут ночь и спали в фургоне.

Рэнди заглушил мотор, дрожа как осиновый лист.

— Возьми себя в руки! — рявкнул Гарри. Он сунул Рэнди стаканчик кофе. — На, выпей.

— Не могу, — простонал Рэнди, — меня и так мутит.

— Пей.

Рэнди с отвращением смотрел на вощеный стаканчик. Потеряв терпение, Гарри вылез из машины.

— Оставайся в кабине. Я пойду взгляну, что там такое.

Он обошел фургон и огляделся. Лишь несколько чаек летало над пустынным пляжем. Гарри достал носовой платок, положил его на ручку, повернул ее и потянул на себя. Дверь открылась.

В нос ударил тяжелый запах. На нижней койке под одеялом кто-то лежал. На серой ткани выделялось бурое пятно засохшей крови.

Гарри влез в фургон и откинул одеяло. На него смотрели остекленевшие глаза мужчины лет пятидесяти, с загорелым лицом, маленьким крючковатым носом и тонкогубым ртом. Гарри оглядел фургон. Никаких следов девушки-водителя.

— Она мертва, не так ли? — послышался шепот Рэнди. Он подошел к двери, не решаясь заглянуть вовнутрь.

Гарри спрыгнул на песок и достал сигареты. Закуривая, он обратил внимание на отсутствие дрожи в руках. За три года он привык к виду смерти.

— Ее нет, там мужчина, — ответил он и глубоко затянулся. С того момента, как он поймал девушку на лжи, Гарри предчувствовал неладное. Ему следовало сразу вывести ее на чистую воду.

— Ты останавливался где-нибудь, пока я спал?

— Нет, — ответил Рэнди. — Она сбежала?

Гарри сел.

— Да, сбежала. Этот парень мертв уже довольно давно. Не меньше сорока восьми часов. Она выскользнула из фургона, когда мы ушли в закусочную. — Тут он вспомнил про белый «мерседес». — «Мерседес», который ехал за нами… Он остановился на несколько секунд. Вот оно что! Он крался за нами, выжидая удобного момента. Как только мы отошли, она пересела в «мерседес». — Гарри нахмурился. — Возможно, это тот самый Джоэль Блах, взявший напрокат эту машину.

— Давай побыстрее смоемся отсюда, — предложил Рэнди.

— Сядь! — рявкнул Гарри, взглянув на него. Тот послушно опустился на песок. — Ты, похоже, не понимаешь, в какую мы влипли историю. Если полицейские найдут в фургоне труп, они начнут задавать вопросы. Держу пари, кто-то видел нас в этом «мустанге». А имея наши приметы, они без труда найдут и нас самих. И можешь представить их реакцию, если мы расскажем, что произошло на самом деле. Они нам не поверят и решат, что этот парень подвозил нас, а мы убили его ради машины и денег. А девушка добивалась, чтобы они именно так и подумали. — Он помолчал. — Это ловушка. Она специально ехала по шоссе, чтобы сбагрить «мустанг» с фургоном первому попавшемуся болвану, жаждущему, чтобы его подвезли. Поэтому она так тщательно скрывала лицо. Мы же не видели ничего, кроме очков и белого шарфа.

— Что же нам делать? — прошептал Рэнди.

— Сначала разберемся, кто лежит в фургоне.

Гарри затушил сигарету, встал и подошел к двери. Глубоко вздохнув, он залез вовнутрь и сдернул одеяло.

Кто-то снял с левой ноги мертвеца ботинок и носок, а сама ступня обуглилась и почернела. С трудом подавив подкатившую к горлу тошноту, Гарри выволок тело на золотистый песок. Он вывернул все карманы, но ничего не нашел.

Накрыв тело одеялом, он подошел к Рэнди и сел рядом.

— Его пытали. Кто-то держал его левую ногу над огнем. Вероятно, во время пыток сердце не выдержало, и он умер. Они хотели что-то узнать. Судя по всему, он молчал. А потом решили избавиться от тела, подбросив его какому-нибудь хиппи, словам которого едва ли поверит полиция.

Рэнди облизал пересохшие губы.

— Вроде меня.

— Да… вроде тебя.

— Что же нам делать?

— Спрятать тело. Больше ничего не остается. Мы его похороним. Затем оставим машину в одном месте, а фургон — в другом. Тогда, возможно, нам удастся замести следы. И будь уверен, если полиция поймает нас, они докажут, что этого парня убили мы. Так что начинай копать.

У подножия песчаной дюны они вырыли неглубокую яму.

— Помоги мне перенести его.

Рэнди метнулся в сторону.

— Я не смогу. Меня вырвет.

Гарри взглянул на часы. Пять минут седьмого. А еще надо было отвезти куда-то машину и фургон. Он подошел к мертвецу, взял его за ноги и потащил к яме.

Рэнди отвернулся и закрыл лицо руками.

Гарри скинул тело в яму — и похолодел от ужаса. Голова мертвеца ударилась о стенку, и его каштановые волосы отлетели в сторону, как сброшенная шляпка, а совершенно лысый череп лег на песчаное ложе.

Прошло несколько секунд, прежде чем Гарри понял, в чем дело. Парик! Джоэль Блах носил парик, который Гарри принял за естественные волосы.

Двумя пальцами он поднял парик и хотел бросить его в могилу, но заметил какой-то предмет, приклеенный пластырем изнутри. Сорвав пластырь, Гарри обнаружил маленький блестящий ключ, по которому вилась надпись: «Аэропорт Парадиз-сити. Ящик 388».

Глаза Гарри сузились. Не этот ли ключик искали убийцы? Он бросил парик на тело Блаха, а ключ положил в карман.

— Иди сюда, Рэнди! — крикнул он. — Помоги мне засыпать его.

Ресторан «Доминико», построенный в тени пальм и кипарисов, укрывавших от солнца и ветра, располагался на берегу маленькой бухты, отделенной от моря песчаными отмелями. Чистый, ухоженный пляж начинался прямо у стен одноэтажного здания с островерхой крышей. Часть залов отделяла от моря стеклянная перегородка. Кондиционеры поддерживали там приятную прохладу. Веранда и остальные залы предназначались для тех, кто предпочитал влажные ночные бризы. На пляже имелся отдельный бар, окруженный разноцветными зонтиками.

Спускаясь с холма, Гарри на мгновение остановился, пораженный красотой, элегантностью и роскошью ресторана.

— Вот и он! — с гордостью воскликнул Рэнди. — Смотрит на нас, почистив перышки. — Он взглянул на часы. — Десять минут девятого, Соло, должно быть, на рынке, но все равно пойдем. Нас примет Мануэль.

Они подошли к длинному зданию, поднялись на веранду и остановились среди пустых столиков. В этот момент открылась дверь, и из ресторана вышел настоящий гигант. Его маленькие глазки скользнули по Гарри и остановились на Рэнди. Лицо гиганта расплылось в широкой улыбке.

— Рэнди… сукин ты сын! Наконец-то добрался до нас, — рука Рэнди исчезла в огромной волосатой лапе.

Гарри догадался, что перед ним Соло Доминико, владелец ресторана. В белой рубашке и брюках, ростом не меньше шести футов трех дюймов, с широченными плечами, Соло производил внушительное впечатление. Смуглая кожа, волосатая грудь, черные усы и быстрые проницательные глазки дополняли картину.

— Готов приступить к работе? — спросил Соло.

— Хоть сегодня. — Рэнди удалось высвободить побелевшие пальцы. — Соло, познакомьтесь с Гарри Митчеллом. Бывший старший сержант, десантник и чемпион по плаванию.

Гигант повернулся к Гарри.

— Десантник? Ты не встречал моего сына, Сэма Доминико? Третья бригада морской пехоты.

— Нет, не встречал, но слышал о третьей бригаде. Там служат отличные ребята.