А этого парня, чье лицо и грудь были покрыты черной кровью, все считали за сумасшедшего.

Но губы Джона растянулись в улыбке.

Следующее, что он осознал – как он слез со своего лессера и подобрал монтировку со снега. Вернувшись к нежити, Джон сжал прут и вогнал в пустую грудину, где когда–то располагалось сердце, тупой конец инструмента, которым полагалось снимать зажимные гайки.

Раздался хлопок, и вспышка на мгновение ослепила его. А потом он повторил операцию, в этот раз с убийцей, с которым боролся Мёрдер.

Когда вторая вспышка затухла, Джон протянул руку бывшему Брату.

Мёрдер был ранен, запах свежей крови говорил, что он словил минимум одну пулю. Но глаза парня сияли незамутненной радостью, и Джон знал, что пулевое ранение не остановит парня, как и Джона не остановила рана плеча.

Он сжал его руку здоровой рукой и рывком поднял Мёрдера со снега. И потом они ушли в ночь, бок о бок.

Джон подумал, что они делали это раньше...

Мёрдер засвистел на позитивной ноте, и Джон моргнул пару раз.

Рассмеявшись беззвучно, Джон подхватил его настрой «Не беспокойся, будь счастлив»[66]. Когда Мёрдер начал приплясывать на каждом третьем шаге, Джон тоже изобразил Фрэда Астера[67].

Два вампира, в поисках врага, готовые насладиться старым добрым кровопролитием.

Лучшие друзья.