- Укус Фенрира был пронизан темной магией. Тир истекает кровью.

Фрейя примчалась бок о бок с Фанг, стащила Тира со спины пегаса и понесла моего парня в медблок, пока я все еще пыталась вздохнуть. Я слышала, как она кричит на бегу.

- Подготовьте вторую кровать.

Я последовала за ними в оцепенении, едва ощущая землю под ногами. Внутри медблока Эльза лежала на широкой медицинской кровати, ее кожа сияла, губы были влажными, а ноги были укрыты таким же плюшевым одеялом, которое украшало комнату Тира по соседству. Но в этой комнате не было джакузи, вместо нее стояла другая широкая медицинская кровать, ожидающая второго пациента.

Все было так, словно боги ожидали этого.

Постойте-ка. Все было так, словно боги ожидали этого.

Я осмотрела комнату. Эльза приходила в сознание, выглядя ослепительно в темно-синем пеньюаре. Ее волосы сияли массой белокурых волн, а щеки были такого цвета, которого не добиться румянами. Аппарат у ее постели проецировал ее жизненные показатели на стену, отмечая лишь одно слово — нормально.

Она была здорова.

Вторая кровать была установлена справа от Эльзиной. Целители стояли наготове, одетые в те же белые одежды, которые я видела в коттедже. Система выглядела во всех смыслах так же, как и Эльзина, с одним исключением: рядом с кроватью стояла механическая рука Хенрика.

Что здесь делал Фред? Мозг начал складывать всю картину воедино. Это было больше, чем совпадением, что Хенрик и Бринн разрабатывали роботизированную руку; и это было больше, чем совпадением, что рука была идеально пропорциональна телу Тира. Ничего из этого было бы невозможным, если...

Я развернулась. Позади меня в палату, прихрамывая, зашел Хенрик.

- Ты знал, что это произойдет, - я ткнула пальцем в его грудь. - Ты знал, что Тир потеряет руку, сражаясь с Фенриром. Ты знал, что он мог умереть! Почему ты не остановил его?

Хенрик обнял меня за плечи обоими руками, притягивая к груди, но не отводил глаз от своего друга. Я повернула голову, чтобы проследить за его взглядом. Фрейя и целители укладывали Тира на кровать и Хенрик обратился прямо к медицинской бригаде.

- Как только вы остановите кровотечение, можно попытаться сделать пересадку.

- Хенрик! - Я попыталась вывернуться из его хватки, но он был слишком сильным. - Что за...

Рука зажала мне рот. Я поборола детское желание укусить ее.

- Не осложняй им работу, - прошептал Хенрик мне на ухо. - Тир теряет много крови. Целителям потребуется вся энергия, чтобы спасти его. И Тир должен сосредоточится на выздоровлении. Если он будет беспокоится о тебе, он не выживет. Ты понимаешь?

Я сжала зубы и глубоко вздохнула, прежде чем смогла кивнуть. Когда Хенрик убрал руку, я тихо заговорила самым спокойным голосом, который смогла изобразить.

- Тебе следовало удержать его от битвы.

- Мы оба с тобой знаем, что это неправда. Тир всегда участвовал в собственных битвах... и в чужих тоже, если думал, что нужна его помощь. Я работал круглосуточно, чтобы уменьшить последствия, но всегда есть вероятность того, что случилось сегодня.

- Почему ты не остановил его? - Я повернулась к Хенрику, когда целители окружили Тира, скрывая его от меня. Я хотела кричать, но Тир не мог так отвлекаться.

- Некоторые вещи мы не можем контролировать. Лучшее, на что мы можем надеяться - это минимизировать ущерб. В этом случае, обойти пророчество никак не выйдет, - тихо произнес Хенрик.

Я прищурилась.

- А как именно звучит пророчество?

- Норны видели, что Фенрир предаст Асгард. Они видели, что гномы сделают цепь, чтобы связать его, замедлить разрушительный путь. Они видели, что асы используют Фенрира для сделки с темными силами, во время Рагнарёка. - Хенрик опустил голову. - Но перед этим они увидели...

Рядом с кроватью Тира началась суматоха. Двое целителей отошли, затем быстро вернулись с продолговатым устройством. Они сорвали рубашку и поднесли устройство к груди Тира, оставив небольшой промежуток между ними, достаточный, чтобы я видела вспышку света прошивающую тело Тира. Его грудь дергалась от энергии, проходящей через нее. Он бился в неистовых конвульсиях, сопротивляясь силе, текущей у него под кожей. Его тело замерло, и он стал мертвенно-бледным.

Целители сделали паузу и снова поднесли дефибриллятор богов к его груди. Еще одна вспышка света поразил грудь Тира, и на этот раз его судороги были более выраженными. Голова его жестоко моталась вперед и назад, пока его ноги бились в руках, которые его удерживали. Целая минута потребовалась для этой вспышки, чтобы пройти сквозь его тело, и когда она ушла, его кожа стала пепельно-серой.

Целители попытались снова, в этот раз испустив девять вспышек в тело Тира в быстрой последовательности. С каждой вспышкой его тело яростно содрогалось, сопротивляясь силе света.

Затем он обмяк. Одна нога неприметно дернулась, прежде чем его тело замерло.

Фрейя начала плакать.

Я ничего не почувствовала. Никакого страха. Никакой боли. Никакой грусти. Ничего. Словно все мои эмоции отключились.

Казалось, я была мертва внутри.

Этого не происходило. Тир просто отдыхал, готовясь к следующему этапу восстановления. Он не был в той же коме, что Эльза. Он не умер, с ним все хорошо.

- Хенрик? - Руки моего друга все еще были на моих плечах. - Что там с остальным пророчеством? Что увидели норны, после того как видели, что гномы сделали цепь?

- Миа, ты должна понять, гномы сказали, что им потребуется кровь аса, чтобы связать волка. Мы знали, что один из нас должен будет пожертвовать собой, если мы хотели защитить миры от зла, растущего внутри Фенрира. Мы веками пытались обойти более мрачные пророчества и сделали все, чтобы избежать потери одного из нас. Мы убедили гномов изменить силу цепи, чтобы она требовала жертвоприношения конечности, а не всей жизни. Это конечно не идеально, но потерять руку куда лучше, чем умереть, верно? - Хенрик слегка сжал меня. - Тир вызвался принять удар. Мы понимали, что волк будет гораздо более ценным для Асгарда живым, чем мертвым, при условии, что мы сможем связать его. И в глубине души, я не думаю, что Тир хотел убить Фенрира. Даже после всего, что случилось, какая-то часть его все еще хотела верить, что что-то хорошее осталось в его детском питомце.

Я не могла говорить.

- Но было другое пророчество. То, что оказывается между тем, как мы связываем волка и тем, где мы используем его во время Рагнарёка.

- Что гласило пророчество? - выдавила я сквозь зубы.

- Оно гласило, что бог войны будет убит.

- Мне жаль, Миа. Мы сделали все, что только могли для спасения... Мне так жаль.

- Нет! - Я открыла глаза и попыталась рвануться к Тиру, но Хенрик слишком крепко меня держал. - Пусти меня!

Я забилась в его хватке, ища глазами целителей.

- Сделайте что-нибудь. Попытайтесь еще. Если дефибриллятор не работает, попробуйте что-нибудь магическое. Драконье сердце, эльфийскую кровь или ту пыльцу альвов - я знаю, у вас здесь что-нибудь есть, чтобы ему помочь. Используйте это! Сейчас же!

Хенрик посмотрел на Форса. Бог правосудия стоял у кровати Эльзы, нежно держа ее за руку. Что-то щелкнуло в моем мозгу.

- Постойте! Эльза... Эльза может вернуть Тира. Она же Верховная Целительница, так? Это ведь должно иметь значение. - Я умоляла Хенрика взглядом.

- Что я могу сделать? - вмешался хриплый голосок. Эльза пришла в себя посреди хаоса. Она в замешательстве огляделась вокруг, ее серебристо-голубые глаза по очереди сфокусировались на каждом из нас. Форс произнес ее имя словно молитву, и поспешно передал ей чашку с водой, стоящую у кровати. Вода плеснулась, когда ее рука пошатнулась под весом чашки, и Форс помог ей выровнять её. Она подняла чашку к губам и выпила, ее взгляд не отрывался от Форса и было ясно, что она разделяет его чувства, и даже больше. Он забрал чашку, когда она допила, и поставил ее на столик.